По следу пламени - Доктор Вэнхольм

приближающийся топот мощных лап ездовых ящеров, именуемых дрейками. Похоже, по их души со стороны лагеря неслась погоня, и у этого «идиота» - каким считал его Гар - не получится так легко отделаться.

Гар поднялся со своего места, быстро поправил лохмотья, оставшиеся от одежды за время плена. Затем парнишка выбрался из дома, использовав для этого выбитое окно. Осколок стекла, воткнувшийся в деревяшку, слегка порезал ладонь, но Гар не обращал на это внимания. Отойдя от зданий практически на окраину, он решил затаиться и переждать, ведь ублюдки-кочевники были уже совсем рядом. Скорее всего, они прикончат Рафаила и захватят остальных в плен. Заметив покосившийся короб нужника, парнишка избрал его в качестве места для скрытия. Как-никак, вряд ли они станут досконально проверять абсолютно всё, а запах дерьма отлично его спрячет. К тому же, через щели в двери ему открывался весьма неплохой обзор.

Когда кочевники добрались до деревни, первым же делом они приказали найти Рафаила. Гар, слышащий их громкие разговоры, мысленно кивал себе о том, что правильно сделал, раз убрался оттуда. Наверняка, это разбудило остальных, но вряд ли это им поможет. А вот чего парнишка не ожидал, так это того, что первой же их целью станут дома на окраине. И того, что осматривать эту часть отправятся сразу двое, да ещё и с ящерицей.

А проклятый дрейк обладал чертовски хорошим нюхом, будто чувствовал даже мускусный смрад страха. Он петлял по косой тропинке следов парнишки, задерживаясь возле каждого места, где тот останавливался, наблюдая за его дрянными хозяевами.

Смрад вёл ящера по дорожке прямиком к вонючему укрытию Гара. Парнишка уже смирился, что стычка неизбежна, схватил тонкий острый деревянный обломок, готовясь воткнуть его в глаз уродливой гадине, как только та начнёт скрестись в дверь.

Он слышал разговор двух ублюдков, которые старались отвадить ящера, думая, что тот учуял какую-то дохлятину, однако тот явно не собирался отступаться от примеченной тропинки. Но стоило тому начать шкрябать покосившуюся дверцу, удерживаемую одной лишь слабенькой щеколдой, произошло то, чего Гар никак не мог предвидеть.

Два арбалетных болта со свистом рассекли воздух и нашли свою цель в головах кочевников, ещё два выстрела прикончили точными попаданиями ящера. Тот упал, взревев от боли, и окончательно затих, перестав шевелиться. Гар, тяжело дыша, тихо сидел и не верил в собственное спасение. И крайне надеялся, что спаситель обойдёт его стороной. Тысячу раз прокляв своё решение, он вознамерился выглянуть на улицу, но вдруг по боковой стенке постучали.

- Выходи. Я знаю, что ты там, тихоня.

Голос Рафаила прозвучал тихо, спокойно, но сурово. Гар спорить не стал, как-никак ему спасли жизнь, поэтому аккуратно сдвинул щеколду и вышел на улицу. Мужик-южанин стоял рядом с его укрытием, поглядывая в сторону дороги, где разгорались звуки сражения. Парнишка молчаливо посмотрел на него с вопрошающим взглядом.

- Возьми оружие кого-то из них, - скомандовал тот. - Сейчас по толчкам не время отсиживаться. Сейчас я стою за тебя, а ты стоишь за меня. Усёк, тихоня?

Гар кивнул. Опоры его плана покосились. Забирать жизнь взамен спасению он не собирался. Не сейчас. Схватив тонкий обоюдоострый кинжал одного из кочевников, он поспешил за Рафаилом.

Когда они пришли к месту ночлега, то застали картину, как другие невольники, теперь уже вооружённые, забаррикадировав вход, вполне успешно отбиваются от кочевников, ящеры которых не могли протиснуться сквозь проём. Однако не всё было так хорошо: один из людей, выкупленных Рафаилом, погиб и мёртвым телом истекал кровью посреди комнаты.

Рафаил аккуратно начал обходить хижину, дабы обеспечить себе укрытие от взоров кочевников. Гар хотел было последовать за ним, но решил сделать ещё больший крюк и подкрасться к тем сзади. Отчего-то этот план казался ему наиболее подходящим.

Пробираясь словно мышь в полевой траве, он обходил тёмные силуэты покинутых зданий, наблюдая за рожами в перьях, освещаемых огнём факелов. Этот огонь отражался в его глазах и поджигал фитилёк разгорающейся надежды на столь долгожданную месть. Да, он убьёт не всех, как того хотел, но заставит их кровь окропить обезвоженный грунт. Спустя столько времени…

Сквозь чёрную фату ночи, обвенчанной со смертью, могильный холод которой блуждал где-то в округе, парнишка заметил промелькнувшую тень арбалетчика. Тот затаился в зарослях сухого кустарника, слившись с клешнями его тонких ветвей и начал выцеливать противников.

Посреди улицы их осталось трое, остальные щемились к входу в комнату, пока дрейки ревели близ наружной двери. Гар осторожно выбрался на эту же улочку, оставаясь близ спасительной тени домов на другой стороне. Рафаил его явно заметил – парнишка, бросая взгляд, мог поклясться себе, что видел, как тот смотрит прямо на него.

Арбалетчик прицелился, сделал выстрел. Серебристый наконечник арбалетного болта прорезала расстояние между ним и одним из дрейков за секунды. С хлюпаньем и ужасающим болезненным рёвом она вонзилась тварине в глаз, и в ту же секунду Гар, тяжело выдохнув, рванулся на ближайшего к себе кочевника и, прыгнув, воткнул кинжал тому в полоску кожи на шее, не защищённую бронёй.

Болезненный хрип вырвался из горла кочевника, когда Гар прорезал тому полосу ниже затылка, заливая своё лицо кровавой струёй. Рафаил сделал ещё один выстрел, поразив второго дрейка, но в этот раз только ранив его. Кочевники тут же развернулись по сторонам: один из них, перехватив свой искривлённый меч, двинулся на парнишку, оказавшегося в опасной близости. Другой же рванулся в сторону, уходя с открытой улицы, дабы не попасть под огонь.

Южанин выстрелил снова, но в этот раз болт прошёл мимо, просвистев между пятившимся Гаром и преследующим его кочевником. В это же время, сметя дверь с петель, из комнаты вырвались остальные, оттеснив ещё двоих степняков на улицу.

Звон лезвий, скрестившихся в жестокой битве, на секунду отрезвил парнишку, уже не знавшего, куда деваться. Он упёрся спиной в стену, и, как только кочевник размашисто вскинул руку перед ударом, нырнул вниз, резанув того по ноге. Мужик свалился на колено, едва не выронив меч. Этой замешки хватило, чтобы Гар развернулся и всадил кинжал ему в спину. Тот яростно вскрикнул, наотмашь взмахнув мечом, но парнишка ушёл от удара и ткнул того ещё дважды. Кочевник обмяк окончательно.

Остальные же, тем временем, вчетвером заколошматили оставшихся двоих и дрейка. Рафаил, судя по арбалетным щелчкам и звуку падения, добил последнего. В заброшенной деревне воцарилась кромешная тишина…

Та ночь окончательно подвела черту над планом побега. Тихоня Гар – ему понравилось это прозвище – в момент, когда