Все могло быть иначе - Даниэла Стил

Кэрли снова прижала к себе сына.

В разговор вступила Барбара.

— Я думаю вам с Итеном надо побыть вдвоем, а мы с Эриком пойдем в кафетерий и купим чего-нибудь попить.

Кэрли обратила внимание на мать.

— А где Вэлли?

— Он пошел узнать мнение полицейских…

Отпустив Эрика и подходя вместе с ним к Барбаре, Кэрли сказала:

— Мне, если можно, принесите чашку чая.

Она повернулась к Итену.

— А тебе принести чего-нибудь?

Он ответил, не глядя ни на кого:

— Мне ничего не надо.

— Мы недолго, — сказала Барбара, взяла Эрика за руку, и они пошли в холл клиники.

Когда они скрылись за углом, Итен сказал:

— Ты никогда не пила чай.

Кэрли прищурилась:

— Что?

— Ты пьешь только кофе, и мне показалось странным, что ты вдруг изменила этой привычке. Вот и все.

— Твоя паранойя достигла пика, Итен. Ты и сейчас устроил мне сюрприз.

Она разгорячилась и не хотела останавливаться.

— Ты прекрасно знал, что с Шоном все будет в порядке и устроил мне на целый час адские муки.

— Я не знал…

— Перестань выкручиваться, — возмутилась Кэрли.

Пройдет много времени, пока она сможет простить ему этот день.

— Довольно извиняться, мне не хочется даже говорить с тобой.

— Что с тобой, Кэрли? Я делал все, чтобы ты была счастлива. Я делал, а ты только принимала. Когда же все это кончится?

— Ради Бога! Когда ты хотя бы на один день перестанешь думать только о себе? Сейчас не время и не место для выяснения, что правильно, а что неправильно в наших семейных отношениях.

— У тебя всегда не время и не место. Интересно, как долго я буду ставить девяносто процентов на твои десять?

— Я не хочу говорить с тобой об этом сейчас.

— Тогда когда?

— Итен, остановись!

— Я хочу знать, Кэрли, когда ты думаешь найти хоть немного времени для меня? Разве я прошу многого?

Неожиданно он решил прекратить скандал.

— Хорошо, если ты захочешь, мы сможем продолжить разговор, когда вернемся домой.

— В ту самую минуту, когда войдем в дверь? Или после того, как я разгружу посудомойку и накормлю собаку? С чего ты взял, что это все так важно для меня? К черту все, так когда же? Может, вечером, Итен, когда Эрик уйдет спать? Это тебе подойдет?

Кэрли краем глаза заметила, что к ним подходит Вэлли. Он, держа в руках куртку из шотландки в красно-серую клетку и с подобием улыбки на костлявом лице, быстро подошел к Итену и Кэрли.

— Ну, что вы выяснили? — сразу же обратилась к нему Кэрли, пряча руки в складках пальто, чтобы не было видно, как они дрожат.

— Я говорил с шерифом Линдейла. Он сказал мне, что поскольку авария произошла на подконтрольном мне участке, то я могу поступить так, как сочту нужным.

— И что вы решили?

— Никто из ребят наказан не будет. Однако я попрошу Бредфордов, чтобы они убрали куда-нибудь подальше этот мотоцикл на время, пока оба их паренька не подрастут года на два, на три.

Кэрли подошла к Вэлли, встала на цыпочки и поцеловала его.

— Вы всегда приходите к нам на помощь в трудные моменты.

Вэлли обнял ее и крепко прижал к себе.

— И всегда с удовольствием, милая.

Так, обнявшись, они простояли несколько минут. Кэрли словно получила заряд силы от человека, в котором она страстно желала видеть своего настоящего отца.

— Куда ушли Барбара и Эрик? — спросил Вэлли, когда наконец Кэрли подняла голову с его плеча.

Кэрли отступила назад и посмотрела в сторону холла.

— В кафетерий. Вот-вот вернутся.

Вэлли снял с руки куртку и положил ее на стул.

— Как самочувствие, Итен? — спросил он, как будто только что заметив его.

— Могло быть и лучше.

— Как жаль, что такое случилось с твоим парнем.

— Сам черт не придумает такого.

Кэрли хотела попросить его уйти куда-нибудь и умерить там свое раздражение, как вдруг увидела, что со стороны холла к ним приближаются Барбара и Эрик в сопровождении женщины в стерильном хирургическом халате. Она шла впереди них и улыбалась.

— Мама, с ним все хорошо, — кричал Эрик, первым подбежав к матери.

У нее перехватило дыхание от радости. Она взглянула на врача, ища подтверждения. Высокая, стройная женщина кивком головы подтвердила, что это так.

— Ему чрезвычайно повезло, — сказала она, подходя к Кэрли и протягивая руку. — Эвелин Вебстер. Вы его мама?

— Да, Кэрли Хэргроув.

После этого она представила Вэлли и Итена.

— Я хотела бы сказать вам, что благодаря каске, которую он одел, мальчик поправится без больших осложнений, — продолжила доктор Вебстер. — Переломы у него закрытые, и они сравнительно быстро зарастут.

— Переломы? — повторила Кэрли с новым испугом. — Их много?

Доктор сняла хирургическую шапочку и поправила коротко стриженные темно-русые волосы.

— У него сложный перелом правой плечевой кости и трещина правой берцовой. Вам разве никто не сообщил о результатах рентгена и об операции, которую мы решили сделать?

— Мы еще не успели толком поговорить. Я приехала сюда только несколько минут назад, — поспешила ответить Кэрли, желая скрыть неблагополучные отношения в семье.

Взгляд, брошенный врачом на Кэрли, подсказал ей, что доктора не интересуют ее объяснения. Открытость врача и ее доброта были чисто профессиональными.

— Скажите, Шон правша или левша?

— Левша, — ответил Эрик.

— Хорошо, это немного поможет лечению. Он пробудет здесь несколько дней. Мы отправим его домой только когда он начнет передвигаться самостоятельно. Но ему потребуется помощь, особенно в первые пару недель. Есть ли кто-нибудь, кто сможет этим заняться?

— Моя супруга будет ухаживать за ним, — сказал Итен.

Доктор обернулась к Кэрли и смотрела на нее, ожидая подтверждения.

Кэрли кивнула.

— Перед тем, как мы отпустим его домой, нам надо будет встретиться и поговорить.

— Сколько времени, как вы думаете, он пролежит в больнице? — спросила Кэрли.

— Через четыре-пять дней, в зависимости от состояния здоровья, он сможет поехать домой.

Доктор собралась уходить.

— Могу ли я навестить его? — торопливо спросила Кэрли.

— Из операционной его переведут в палату примерно через час. Номер палаты вы сможете узнать у сестры на этаже.

Она кивнула на прощанье и пошла вдоль по коридору к операционной.

Как только Кэрли поняла, что доктор не услышит ее, она с гневом обратилась к Итену.

— Ты же все знал и ничего не сказал мне!

Ее возмущению не было предела.

— Да замолчи же, ты! — воскликнул Итен.

Он взял ее за руку и отвел подальше от других.