Всё страньше и страньше. Как теория относительности, рок-н-ролл и научная фантастика определили XX век - Джон Хиггс

бульварных фантастических романов. Дальность полета у них превышала 300 километров, и они на десятки лет опережали любые разработки, на которые были способны СССР и США. Проблема заключалась в том, что фюрер однажды уже отказал фон Брауну, поверив некогда увиденному сну. В том сне Гитлера кто-то убедил, что ракеты никогда не долетят до Англии, так что он не видел смысла развивать проект.

В 1943 году Гитлер посерел от жизни в бункере без солнечного света. Он выглядел старым и хрупким по сравнению с довоенной встречей, сутулился при ходьбе и казался ниже ростом. Армейский генерал, сопровождающий фон Брауна, поразился этой перемене. Однако, выслушав уверенный доклад фон Брауна и посмотрев кадры успешного запуска А-4, Гитлер заметно оживился. «Как я мог не поверить в успех вашей работы! – воскликнул он. – И Европа, и весь мир слишком малы, чтобы вместить войну с таким оружием. Человечество не вынесет такого!» Гитлер поставил на фон Брауна, надеясь, что ракеты принесут ему победу, и перенаправил столь дефицитные средства на ракетную программу. А-4 переименовали в V-2, «оружие возмездия». Гитлер распорядился увеличить массу заряда с одной до десяти тонн и наладить выпуск тысяч ракет ежемесячно.

Гитлер рассчитывал, что «Фау-2»[54] сломит дух британского народа, чего не смогли сделать массированные бомбардировки в начале войны. Возможно, так бы и произошло, появись оружие раньше, а не в финале европейской кампании, когда русские подступали к Берлину, а с запада продвигались союзники. «Фау-2», обрушенные на Британию, нанесли измученному войной населению Лондона огромный моральный урон, заметно превосходивший урон от «блица» 1940–1941 годов. Во время немецких бомбежек Лондона, Белфаста или Ковентри в жизни горожан появилась своеобразная рутина. Все начиналось с воя сирены, предварявшей нарастающий гул бомбардировщиков, и спуска в убежище, где пока наконец не прозвучит отбой. Британцы сумели приспособиться к этой рутине. Но «Фау-2», не в пример самолетам, оказались бесшумными. Их было невозможно обнаружить в полете и сбить. Они могли прилететь в любой момент и в любое место, так что население обстреливаемых городов жило в постоянном страхе.

Билл Холман, ребенком переживший ракетные обстрелы, хорошо запомнил одну из 1115 «Фау-2», выпущенных по Лондону и окрестностям. «24 ноября я сидел в школе, и вдруг – страшный взрыв, стены затряслись. Я побежал домой и вижу, как из своих дверей выходит мой друг Билли, на нем лица нет, но он говорит спокойно: „Маму с папой убило“. Возле нашего дома стояла башня с часами. После обстрела на ее месте зияла глубокая воронка… Мистер и миссис Рассел торговали на нашей улице овощами с тележки. Ракетой его убило, а ей оторвало ноги. Мамина подруга миссис Попплуэлл лежала замертво без единой царапины. Она шла по улице, и взрывной волной ей сжало легкие, так что она не смогла дышать. Дальше по улице военный приехал в отпуск к жене и матери. Жена выскочила в магазин и осталась в живых. Мать и сын погибли».

Для фон Брауна все это были лишь издержки погони за детской мечтой. Как и Джек Парсонс, он грезил о космических полетах. Ребенок из богатой берлинской семьи, он рассматривал Луну в телескоп и привязывал ракеты на свою педальную машинку. Мечтать о полете на Луну в довоенной Германии было такой же странной причудой, как и в довоенной Америке. Серьезные организации не тратили время на такие проекты, и, конечно, никто не стал бы их финансировать. Оставалось держать мечту в тайне и пытаться двигаться к ней единственно возможной дорогой – через военную промышленность.

Этичность такого решения фон Брауна особо не волновала. В 1937 году он вступил в нацистскую партию, а в 1940-м надел форму СС. Ежегодно получая повышения, он дослужился до штурмбаннфюрера[55]. После успешной аудиенции в «Вольфшанце» фон Браун развернул производство «Фау-2» в Миттельверке – подземном заводе, неуязвимом для вражеских авианалетов. Миттельверк представлял собой более 67 километров тоннелей, вырубленных в скале руками узников; отчеты американских военных, освободивших этих людей в 1945 году, наводят ужас. На строительстве завода и на производстве ракет погибло более 20 тысяч заключенных. Регулярно устраивались массовые казни, смотреть на которые сгоняли весь лагерь. Как правило, произвольно выбирали двенадцать человек и вешали на кране, оставляя тела там на несколько дней. Заключенных намеренно морили голодом, лишали чистой воды, вынуждая пить из луж. Дизентерия и гангрена были типичными причинами смерти. Сохранились рапорты американских военных о том, что трупный запах из тоннелей не удалось вытравить даже сильными дезинфицирующими средствами.

Фон Браун лично участвовал в наборе рабочей силы из концентрационных лагерей, например Бухенвальда. А через десять лет в Америке он вел детские передачи на канале «Дисней», пытаясь вызвать в обществе интерес к космическим программам. Ради своей мечты этот человек шел на все.

Путь фон Брауна от СС до «Диснея» был сложен и извилист. Самого одаренного ракетостроителя в истории человечества мечтали заполучить и американцы, и британцы, и СССР. Но это не значило, что в последние недели войны в Европе, когда вокруг него рушился Третий рейх, самого Брауна или его людей не найдет случайная гибель и их разработки переживут хаос смены режима. Дело усугубила пресловутая директива «Нерон», подписанная Гитлером 19 марта 1945 года: «Все… ценные ресурсы на территории Рейха, которые враг сможет тем или иным способом использовать в военных целях, немедленно или в обозримом будущем, должны быть уничтожены». Безусловно, фон Браун и его команда считались ценным ресурсом, и их поместили под охрану СД, службы безопасности СС. У охраны был приказ немедленно расстрелять всех, если возникнет опасность, что ученые попадут в руки какой-то из вражеских армий. К счастью, работавший с фон Брауном генерал Вальтер Дорнбергер смог убедить майора СД, что, если тот выполнит приказ, его повесят как военного преступника и единственная надежда на спасение – сжечь черную форму и переодеться в мундиры вермахта.

К тому моменту фон Браун уже решил сдаться американцам. Он рассудил, что США – единственная из воюющих стран, не подвергшаяся разорению, и только там найдутся деньги на космическую программу; кроме того, с его аристократическим происхождением Браун плохо подходил для жизни в Советском Союзе. Америка же хотела заполучить фашистского конструктора прежде всего для того, чтобы он не достался никому другому. Фон Брауна, его чертежи и готовые ракеты и еще около тысячи немцев (сотрудников Брауна с семьями) стали спешно готовить к отправке в Америку. А там началась операция по отбеливанию досье ученого и других крупных нацистов из его команды. В операции принимал