Ян и Инь 5. Свой, среди своих - Ник Вотчер

Следующие два дня я отдыхал и наблюдал за жизнью городка. Особое внимание уделил новобранцам, многие из которых, обливаясь потом и даже кровью, проходили придуманные специально для них испытания. Я отметил для себя нескольких, особо упорных парнишек, которые были одеты в откровенные лохмотья. Глядя на них, мне в голову пришла мысль, а почему бы не повторить то, что придумал князь русов? Почему бы не открыть школу для детей и растить из них будущую воинскую элиту, которая будет предана и благодарна исключительно мне?

Я поделился своими идеями с Акамиром, но он спустил меня с небес на землю.

— Ян, ну какая школа? — спросил он меня. — Да ещё и здесь. Неизвестно, насколько мы тут задержимся. Ты же сам говорил, что собираешься мстить, и что твои враги находятся где-то на востоке и севере, если я верно помню.

— Мне пришлось одно время пожить на улице, — начал объяснять я ему в ответ. — Мы с Максом выживали одни, пока случайно не попали в кадетское училище московского князя. Если бы не тот случай, то моя жизнь была бы совсем другой. Да что там говорить, мы бы с тобой никогда не встретились, не говоря уже обо всех них, — я махнул рукой в сторону нашего поместья, где сейчас находились Зовид, Онгур, Мин и Лэй.

— Я-то понимаю. И ещё я слышал, что туда набирали беспризорников, давали им каких-то слабых недодухов, учили основам сражения, а потом отправляли в бой.

— И что? — возразил я.

— И то, что большая часть из них умирала. Вот сколько человек из этого вашего училища выжило?

— Понятия не имею, — честно ответил я.

— Ладно, а из тех, с кем ты попал в один отряд?

— Только мы с Максом, — хмуро ответил я.

— Вот видишь, — покачал головой Акамир. — И теперь ты хочешь создать тут то же самое.

— По крайней мере, у них появится шанс на лучшую жизнь. А так, они могут умереть в любой день, от голода, от побоев, от болезней. Зато, я это чувствую, из них могут получиться отличные духоведы. Ты посмотри, какая у них воля.

Я кивком головы указал ему на тренировочную площадку, где несколько худых парней спотыкались и падали от усталости, но снова вставали и бежали дальше. По их щекам текли слёзы, оставляя чистые дорожки на грязных лицах, но они не сдавались. В отличие от взрослых мужиков, которые пользовались любой возможностью, чтобы присесть и немного отдохнуть, пока на них не смотрели выполняющие роль тренеров бойцы.

— Тут я с тобой согласен, — по-доброму усмехнулся Акамир. — Этим будет недостаточно духа жабы, зайца или, скажем, макаки. Таким подойдёт только волк или даже тигр!

— С тигром ты, конечно, переборщил, но на счёт волков согласен. Из этих волчат могут вырасти лютые звери, если они не растеряют со временем свою злость.

— Может тогда не будем оттягивать? — предложил я. — Как по мне, за это время можно было уже выбрать десяток-другой тех, кто доказал, что готов и, главное, достоин получить духа.

— А давай, — с радостью ухватился за предложение приятель. — Что-то мы засиделись на одном месте. Скучно.

— Ну, раз тебе скучно пойдём, узнаем у Мина, кого он там выделил.

Мин, на которого Онгур скинул работу с новобранцами, встретил нас уважительным поклоном. Как одного из самых сильных и важных командиров, среди ханьцев, я наградил его духовным камнем, которой он использовал во время медитаций, чтобы стать сильнее. И, насколько я могу судить, его дух действительно стал чуточку сильнее.

От Лэя он, конечно же, сильно отставал, но тот — это отдельный разговор. Акамир как-то даже в шутку мне сказал, что своей тягой к силе он напоминает ему меня. Мол тренируется и медитирует, укрепляя связь с духом, каждую свободную минуту.

Если это даже и так, то не вижу в этом ничего плохого. Наоборот, Лэй всё делает правильно. Может раньше ему просто не хватало того, за кем стоило тянуться. Ведь даже наших бойцов постоянно приходится подпинывать, заставляя тренироваться и совершенствоваться. Они почему-то решили, что после того, как получили своих духов, то стали чуть ли не неуязвимыми, возвысившись над «обычными смертными». Именно поэтому, я считаю, их надо почаще водить в аномалии, чтобы они не забывали, насколько они, на самом деле, слабы, по сравнению с по-настоящему сильными духоведами-Связанными.

— Командир? Чем я могу Вам помочь?

— Я вижу, что ты полностью оправился от ранений и стал немного сильнее, — начал я с того, что похвалил его.

— Да, командир Ян, благодарю, командир Ян! Но до Лэя мне, конечно же, далеко. Даже не знаю, смогу ли я теперь когда-нибудь его догнать.

— Всё зависит только от тебя, Мин. Будешь ходить в аномалии, сражаться со зверями, давать своему духу поглощать других духов и у тебя будет шанс. Кстати об этом. Кого из них ты бы отправил в аномалию прямо сейчас?

— Простите, господин Ян, но никого, — низко поклонился мне Мин и замер в этой позе.

— Почему же?

— Они там все умрут! Их тела слабы. Им не хватает выносливости. Они не смогут ни победить зверя, ни убежать от него.

— Меня не интересуют их тела. Что ты скажешь про их волю и дух?

— Господин Ян, позволю себе предположить, что вы спрашиваете это, чтобы попытаться сделать из них Связанных? — Мин, как это у него бывает, когда он сильно волнуется, снова начал именовать меня «господин», вместо «командир».

— Ты всё верно догадался, Мин. Ну так что?

— Не мне судить, но, в силу своих скромных разумений, я бы указал на дюжину новеньких.

— Зови их сюда! — скомандовал я, желая посмотреть, кого он так высоко оценил и совпадёт ли его выбор с моими собственными наблюдениями.

Через пару минут передо мной стояло двенадцать ханьцев разного возраста. Однако, среди них не было ни одного из тех парнишек, которых я для себя отметил.

— Это все? — спросил я Мина.

— Да, командир Ян.

Остальные новобранцы, конечно же, заметили и нас с Акамиром, и то, что Мин собрал и приказал подойти к нам некоторых из них. Взгляды, которые они бросали на эту дюжину счастливчиков, были разные. В основном, правда, преобладали завистливые.