Клянусь этой жизнью - Рене Карлино

вещи уже вынесли из сарая и сложили на заднем сиденье ее машины. Я с трудом могла смотреть на Паулу, но когда наконец посмотрела, не увидела гнева и осуждения на ее лице. Только сочувствие.

Я не могла дышать, не говоря уже о том, чтобы говорить, но по дороге в аэропорт Паула сказала одну вещь, которая осталась у меня в памяти:

— Ты поступила правильно. Для него и для себя.

Я смотрела в окно и гадала, сможет ли он когда-нибудь простить меня… сможет ли он понять.

Глава 9. Это мы

Отшвырнув книгу на пол гостиной, я издала полный боли и разочарования стон.

Кара смотрела на меня с другого дивана, глаза по пять копеек.

— Что? Что такое?

— Это неправда! Все было не так!

Я вскочила и зашагала по гостиной, лихорадочно закручивая волосы в тугой узел.

Кара молчала, наблюдая за тем, как я пыталась разобраться с беспорядком в своей голове. Джейс написал историю жизни от моего лица, и до сих пор она соответствовала истине в общих чертах, с небольшими художественными допущениями. Но он позволил себе серьезные вольности в этой последней главе.

Потому что это Джейс нас предал.

Я повернулась на пятках к Каре, обезумев от гнева.

— Ты считаешь, что все это внимание критиков заслужено? Я имею в виду, что это не какая-то там большая литература. Просто обычная книга о двух детях. Ума не приложу, как из нее получился бестселлер.

Кара смотрела на меня с сочувствием и в ответ лишь пожала плечами.

— Тебя действительно злит именно это, Эми?

Я уставилась на нее. Поскольку была зла и завидовала его успеху, но в основе всего этого лежала глубокая и бесконечная боль, которая ощущалась как никогда свежей теперь, когда я читала книгу Джейса. Но я не могла сосредоточиться на этом сейчас. Не могла осознать, почему он сдал нас много лет назад. Так что я сосредоточилась на зависти, как озлобленный преподаватель писательского мастерства, который не может написать ничего толкового.

— Синди и Шэрон приезжают. Я хочу просто выбросить все это из головы и навеки забыть, ясно? Не желаю больше ни секунды думать о нем и об этой книге.

— По-моему, ты ведешь себя неконструктивно, — успокаивающе сказала Кара.

— Вовсе нет, — я подошла к ней, положила руки ей на плечи и изо всех сил постаралась собраться. — Я прошла годы терапии, пытаясь пережить, или, по крайней мере, забыть все, что произошло. Я просто не могу больше это читать. Пожалуйста, пойми.

— Да там всего-то десять глав осталось, Эм. По-моему, нужно дать этой книге шанс. Думаю, тебя это излечит.

— Это она «Эм», Кара. А я — Эми. Мы — не одна и та же личность. Спасибо, что пытаешься помочь мне, но нет, я не стану давать никаких шансов. Он свой ход сделал, теперь я делаю свой. Реальная история на этом окончена — по крайней мере, с моим участием.

— Ладно, — сказала она неубедительно.

Я обняла ее.

— Тебе все равно стоит пойти на книжное мероприятие. Он заслуживает читателей, которые любят и поддерживают его. В конце концов, он чертов автор бестселлера. Но, пожалуйста, не упоминай обо мне при нем.

Она кивнула.

— Я бы не стала.

Я вернулась в свою спальню и заползла под одеяло.

После полудня меня разбудили пульсирующая головная боль и легкая тошнота. Я посмотрела на часы. Три. В моей квартире было жутко тихо, и я вспомнила, что Кара отправилась в книжный ждать очереди, чтобы увидеть Джейса и поздравить его с тем, что он рассказал всему миру об ужасах нашего детства, а затем сделал из меня злодейку.

Минут двадцать я крутилась в постели, пока не кончилось терпение. Я написала Каре сообщение.

Я: Ты там?

КАРА: Да, тут очередь вокруг здания заворачивается.

Я: Издеваешься?

КАРА: Толпа ветреных дамочек.

Я: Вот же козлище!

КАРА: Рада, что у тебя поднялось настроение.

Я: Где это место?

КАРА: Ты придешь?

Я: Еще не знаю. Так где?

КАРА: «Таинственная книжная Вселенная».

Я: Ок

КАРА: Я займу тебе место в очереди.

Я: Нет, подписывай свою книжку.

Кажется, я пялилась на содержимое шкафа несколько часов. В конце концов, я сказала «к черту» и надела джинсы, свитер с высоким воротом и теннисные туфли. Нанесла минимальное количество макияжа, немного блеска для губ и туши, а затем выпрямила волосы утюжком. Мне все еще казалось, что я слишком стараюсь, поэтому собрала волосы в хвост, схватила ключи и выбежала за дверь.

Сразу после окончания школы Синди и Шэрон купили мне старую «Хонду». Несмотря на то, что у них было достаточно денег на что-нибудь поприличнее, они не разрешали мне ездить на дорогой машине, особенно потому, что никогда не заставляли меня устраиваться на работу, пока я училась в школе. Я чувствовала, что заплатила свой вклад, но ценила их усилия и в любом случае не заботилась о марке машины.

Я мчалась по шоссе с трясущимися руками. Мои мысли кружились. Что я ему скажу? Как он выглядит теперь?

Когда я въехала на стоянку, моя челюсть грохнулась под сиденье моей «Хонды». Кара не преувеличивала. Очередь буквально обернулась вокруг здания, и в основном состояла из женщин.

Я встала в конец, и через несколько минут подошла женщина и сказала, что я везунчик. Поскольку оказалась последним человеком, на которого у мистера Колби оставалось время до закрытия магазина. Я написала Каре.

Я: Где ты?

КАРА: Внутри. Ты здесь? Хочешь зайти? Я скажу, что заняла очередь.

Я: Не надо. Ты видишь его?

КАРА: Ага.

Я: И-и?

КАРА: Он отпадный, Эми. И костюм классный.

Я: Он напялил костюм?

КАРА: Он ОБЛАЧИЛСЯ в костюм, подруга моя. Выглядит, как модель. У него отличные волосы, и он очаровывает всех этих дамочек до мокрых трусишек. Пожалуйста, пожалуйста, можно мне с ним пофлиртовать?

Я: Я сваливаю.

КАРА: НЕТ!!!!!! Я пошутила! Ты должна его увидеть.

Когда я вошла внутрь, большая книжная полка загородила мне вид на то место, где расположился Джейс. Я встала на цыпочки, чтобы получше рассмотреть, но все, что смогла увидеть, это его макушку. Я не нашла Кару в толпе, но позже она написала мне, что ждет на парковке.

Я: Он подписал тебе книгу?

КАРА: Да.

Я: И что он говорил? Что написал в книге?

КАРА: Он был очень вежлив. Сказал: «спасибо, что прочли книгу и пришли на встречу», и еще спросил, какой у меня любимый момент.