Гоблины дальнего космоса - Виталий Крыръ

  Их всегоблинское императорское величество изволят зевать во весь рот, а я заканчиваю с отключением сигнализации на преграждающей путь решетке. Только мое сиятельство засобиралось вырезать решетку импульсами ригвела, как одну из рэл'гоблинш, видимо от нежелания превращаться в грязное вонючее чучело, посещает 'гениальная' мысль:

  - Может, набрать заложников и пригрозить расстрелять, если не сдадутся? - говорящая смущенно переминается с ноги на ногу, но в полном бронировании это выглядит не так смешно, как угрожающе.

  О наивность неофита! А мы переживали, согласны ли новички убивать, когда потребуется.

  - Эти так называемые 'заложники', - оборачивается к ней и суровым голосом, будто вбивая каждое слово в землю, отвечает Келум, - теперь граждане Империи.

  - Так мы ж понарошку... - просительным голосом парирует валькирия, и непонятно: то ли с самого начала так думала, то ли сейчас исправилась.

  - Тебе бы понравилось такое про свою семью услышать? Не зная, что понарошку, - я подключаюсь к беседе, ориентируюсь в Законах и традициях гоблинов не хуже императора. - Мы так не воюем, значит, может, и против нас пореже такое будут вытворять. А кто будет - уничтожим в первую очередь, не считаясь с потерями.

  Переплавленная решетка выпадает под ноги моему сиятельству, шипит нагретыми частями, и весь отряд постепенно втягивается в подземелье, передвигаясь где по колено, а где и по пояс в жидкости. Вскоре переходим на инфракрасные визоры и весело хлюпаем дальше, если даже кто и не весело, то уж точно поспешно. Всем хочется наверх, к солнцу, где в процессе предстоящего дела можно обсохнуть, а после и вымыть доспех мыльной пеной и чистой водой.

  Выбрались в переулке у самого муниципалитета - хорошо когда есть подробный план города с коммуникациями. Оборонительный периметр преодолен, однако на большее рассчитывать не приходится - на улицах сплошное видеонаблюдение, как и в родном Демобарэ. Но 'подземный ход' они прошляпили!

  Оставляя за собой мокрые, грязные следы, побежали к зданию, оружие в руках. Мы буквально влетели в просторный светлый вестибюль и столкнулись нос к носу с поднятыми по тревоге людьми, людьми пускай не в 'зеркальном' доспехе, но в самодельной композитной броне с усилителями мышц, с ригвелами и стандартными полицейскими щитами в руках. Все смешалось: фланги, тыл, удары, а также выстрелы, редкие из боязни задеть своих.

  Наскочив на очередного противника, я наискось взмахиваю секирой, но до него не достаю, лишь задеваю оголовок ригвела, повредив, наверное, концентратор энергии. В ответ человек подскакивает поближе и лупит ригвелом как дубиной. Но на конце этой дубины боевой штык из фемтокомпозитного сплава. Я закрываюсь щитом и в момент соприкосновения с оружием врага слегка отдергиваю его назад, чтобы удар отчасти потерял силу и не мог повредить 'зеркальную' поверхность. Бью в ответ, надкалывая врагу щит. Теперь в мою сторону следует тычок штыком, но я вообще ухожу с линии удара, а потерявший равновесие человек получает в лицо лезвие моей секиры. Забрало его шлема не выдерживает и проламывается.

  Слева подскакивает еще один республиканец, но я замечаю, что между ним и стеной нет наших и останавливаю человека ригвел-импульсом. Разворачиваюсь к следующему врагу, ото всей души луплю секирой о его щит, принимаю удар на свой, с удовольствием бью снова. Мне становится весело и я смеюсь в упоении битвы: наружный динамик разносит звук по вестибюлю, а человеку видны сквозь мое прозрачное забрало покрытое шрамами лицо, оскаленные в улыбке зубы. Противник разворачивается в попытке убежать, но я настигаю ударом топора в спину.

  Сталкиваюсь с еще одним, отбрасываю его ударом щита, добавляю ригвел-секирой. Мышцы работают на пределе, но тренированное дыхание не сбивается с учащенного равномерного ритма. И вот, я только-только по-настоящему вошел во вкус драки, как встречаюсь с пустотой: враги, лишь кое-где вперемешку с нашими, лежат на полу в лужах крови.

  Стараясь сохранить в сердце боевой задор, не растерять его, сожалея о своих и чужих мертвецах, я бегом устремляюсь вглубь здания. Пустынные коридоры, лестницы, переходы - и я у черного входа. Тут высокий широкоплечий чиновник представительного вида возится с запорами, которые не использовались, наверное, со времени постройки здания. По описанию Малышки узнаю мэра города, одетого в темный консервативный костюм. Бросить гоблинам вызов он осмелился, но вот умереть рядом с охраной от нашей руки посчитал нецелесообразным.

  Человек отказывается поднять руки вверх и пытается проскочить мимо меня вверх по лестнице. Я не бросаюсь на перерез и не пытаюсь поставить подножку, чего он, пожалуй, ожидает. Напротив, беспрепятственно пропускаю мимо, зато потом делаю пару быстрых преследующих шагов и придаю чиновнику дополнительное ускорение мощным пинком пониже спины. От резкого соприкосновения с нижними ступеньками лестницы лицо мэра не могут уберечь даже выставленные вперед руки.

  Не обращая особого внимания на дрыганье конечностями и проклятия человека, лишь легонько стукнув пару раз для острастки, я хватаю две его руки своей левой, а коленом упираюсь чиновнику под дых. Не имея усилителей, оказывать сопротивление гоблину, облаченному в полный 'доспех', - глупая затея.

  - Грязная вонючая морда! - воет человек.

  Ну что ж он так неполиткорректен! Хотя, на мой доспех и впрямь налипло немало вонючей грязи. Мое графское сиятельство неспешно счищает ком грязи из сочленения бронепластин и затыкает политику рот. Звуки кашля гулко отдаются от стен здания, а я счищаю с себя новый ком и леплю человеку на ноздри.

  - Продолжать? - в ответ на мой вопрос мэр лишь отрицательно вертит головой и его сотрясает новый пароксизм кашля. Всю свою представительность политик уже растерял.

  Прислушиваясь к приглушенным звукам выстрелов где-то в другом крыле здания или на площади, а может быть и там, и там, я даю чиновнику отдышаться, а тогда начинаю допрос:

  - Где дроббер и гравитрон?

  - А вы оставите меня в живых? - вопросом на вопрос отвечает человек.

  - Оставим, - я отпускаю руки, позволяя ему встать. Надеюсь, пытки грязью из городского стока ему хватило: по традиции нам вообще пытать кого бы то ни было не полагается.

  - А гарантии? - человек все больше приходит в себя, даже частично стирает грязь рукавом.

  - Мое слово.

  - Я требую обещания при свидетелях.

  Отойдя от человека на два шага, я долго смеюсь. Это немного сбивает с него возродившуюся спесь, он испуганно ежится, вжимаясь в стену, но больше не пытается убежать. Отдышавшись, я великодушно бросаю:

  - Хорошо.

  - И вы должны сохранить за мной мои имущественные права, мою свободу, и никаких телесных наказаний, - эта тирада мэра, наверное, выдает порядок приоритетов среди его жизненных ценностей.

  - Пойдем, - я легонько хлопаю его по плечу, но человек чуть не падает. - Поговорим, как ты и хотел, при свидетелях.

  Мы снова преодолеваем путаницу коридоров, лестниц и переходов. Мэр явно чувствует себя неуверенно: не слишком ли много запросил. Но и отказываться не спешит - очевидно, меньшего ему недостаточно для комфортной жизни. Я же храню молчание.

  В вестибюле чиновник испуганно косится на мертвые тела, а мое сиятельство подходит к императору, все так же наглухо закованному в броню. Келум размашисто жестикулирует и что-то рассказывает по радиосвязи двум понурившимся рэл'гоблинам, но обращает внимание на нас и прерывается, озвучив реплику через динамик:

  - О, а что это за чучело ты привел? Его что, в детстве умываться не научили?

  Я объяснил свой метод допроса с пристрастием. Мэр ожесточенно трет руками лицо, вызвав смех у всех присутствующих гоблинов.

  - Погляди на этих героев, - прерывает смешки император. И продолжает по общему радиоканалу: - Угадай, куда они отправились в перерыве между человеческими контратаками? - Я смотрю, но не так на 'героев', как на императора: интересно, где и когда он успел отмыть доспех?

  А его величество продолжает:

  - Они пошли в пивнушку за 'мороженым'.

  Мэр недоуменно смотрит на нас: из-за шлемов ему не слышно, о чем говорим.

  - Не знаю, как насчет мороженого, но водку они бы там точно нашли, - уточняет Келум. - А их задачей был северный перекресток, как они его собирались контролировать, если из пивной он даже не попадает в сектор обстрела?

  - Может, они хотели заодно обыскать здание, вдруг - засада? - подсказываю я обеляющий бойцов вариант.

  Вообще-то как гениальность, так и тупость человеческая безграничны - а вдруг действительно посреди боя искали мороженое?

  - Его величество направлял туда на разведку несколько 'жуков'-роботов с видеокамерами, и мы об этом знали, - понуро признается рэл'гоблин.