Полночная аллея - Рейчел Кейн

Если вампиры не решат придерживаться своего фирменного метода — самосуда.

В газете Капитана Откровенного появилась гораздо более подробная статья об этих убийствах; она связывала два других, о которых Клер знала, с этим последним и высказывала предположение, что, возможно, на этот раз преступление совершил не вампир, а человек. И в данном случае автор статьи проявил гораздо меньше энтузиазма в своих призывах к расправе. Хотя вряд ли для погибших девушек имело значение, какого типа монстр лишил их жизни.

Клер получила от Амелии записку, освобождающую ее от занятий с Мирнином до конца недели, что давало возможность полностью погрузиться в учебу. Лекции были труднее для восприятия, чем она привыкла, но это ей нравилось, как нравились сложные задачи, и профессоров, похоже, по-настоящему волновало, улавливают студенты ход их мыслей или нет. «Мифы и легенды» оказались совсем не тем предметом, что она ожидала: речь шла не о греческих богах и даже не о байках американских аборигенов. Нет, здесь рассказывалось о… вампирах, то есть изучалась литература и фольклор этой тематики начиная с зарождения письменной истории до самых поздних вампиров-героев поп-культуры (которая, как теперь понимала Клер, представляла собой современную версию мифов и легенд). Учитывая условия Морганвилля, казалось странным лишь то, что профессор не избегал описания методов убиения вампирами своих жертв, но Клер полагала, что в классе она одна из немногих знала, что на самом деле происходит в городе. Остальные бездумно отсиживали свои один-два года, переводились в более престижные университеты и оставались в полном неведении о том, что жили бок о бок с самыми настоящими монстрами.

Конечно, она держала язык за зубами, не желая навлечь на себя неприятности, поскольку у профессора тоже имелся браслет. Анализируя символы на нем, она пришла к выводу, что, скорее всего, преподаватель принадлежит женщине-вампу по имени Сьюзен, занимающейся финансовыми операциями. Она имела в Морганвилле множество недвижимости и считалась «шишкой» в банковских кругах.

В специальной записной книжке Клер начала фиксировать все о символах, вампирах и кто кем владеет — не с каким-то определенным умыслом, а просто из интереса. Впрочем, возможно, когда-нибудь это могло пригодиться. Наверное, расспроси она Амелию, та рассказала бы обо всем, но докапываться самой — это тоже был вызов. К тому же при таком подходе Амелия не будет знать, что именно Клер известно, а это совсем неплохо. Поскольку она уже поняла, что Белая Королева вежлива, когда ей это выгодно, и это вовсе не означает, будто она на самом деле такая милая.

В пятницу утром Клер обнаружила прикрепленную к зеркалу в ванной записку, оставленную для нее Евой.

Храбрая Клер — не забывай, сегодня вечеринка. Задача: выглядеть круче Моники, чтобы все и думать забыли о том, кто здесь хозяин. Одежда рядом с дверью. Будешь мне должна. Е.

Одежда состояла из вещей, которые Клер никогда и ни в коем случае не купила бы себе сама. Начать с того, что черная кожаная юбка казалась ну просто очень короткой. К ней прилагались узорчатые колготки и ярко-алая блузка с большими набивными розами. А сверху еще и черный жакет.

К блузке была приколота вторая записка.

«Туфли под шкафом».

Они оказались на толстой, тяжелой платформе, лакированные, в точности размера Клер.

Она отнесла все это к себе в спальню, разложила, отступила и несколько секунд разглядывала приобретения.

«Не могу я это надеть. Это не мое».

С другой стороны, Ева высмеет ее, если она явится на вечеринку в голубых джинсах. И ведь подруга немало потрудилась, подыскивая вещи размера Клер, даже туфли сумела подобрать.

И это действительно взбесит Монику, если Клер будет выглядеть круто, — не круче самой Моники, это, конечно, фантазии, но тем не менее.

«Нет, не могу», — думала Клер, медленно поглаживая мягкую кожу юбки и представляя себе выражение лица мисс Моррелл.

И потом она вообразила лицо Шейна, когда он увидит ее…

Ну, пожалуй, уж как-нибудь она это выдержит.

Изумление Шейна, когда он увидел спускающуюся по лестнице Клер, превзошло все ожидания: у него в прямом смысле отвисла челюсть. Стоящий рядом Майкл резко обернулся, и, хотя на это она не рассчитывала, внутри разлилось тепло, когда золотоволосый ангел-вампир удивленно оглядел ее снизу доверху.

Остановившись на лестнице чуть выше них, Клер повернулась в одну и другую сторону и спросила:

— Ну как, нормально?

Шейн захлопнул рот, Майкл откашлялся и сказал:

— Прекрасно.

— Прекрасно? И это все? — воскликнула Ева, спускаясь по лестнице вслед за Клер. Обойдя ее, она ткнула Майкла в бок. — Она выглядит изумительно. Круто. Сексуально.

Шейн по-прежнему молчал, но его взгляд вызвал во всем теле ощущение жара и легкое головокружение. Снова — уже, наверное, в десятый раз — возникло желание проверить, нормально ли сидит юбка, но Клер сдержалась и лишь улыбнулась.

— По-твоему, это умно? — спросил Шейн, и это было совсем не то, что она рассчитывала услышать. — Ты выглядишь фантастически.

— Спасибо…

— Если ты выглядишь фантастически в этом городе, то оказываешься в первой строчке меню еды на вынос.

Она подняла левую руку, демонстрируя запястье и браслет на нем.

— Все будет в порядке. Вампы меня не тронут.

— Речь идет не только о вампах. Стоит любому парню взглянуть на тебя, и ему конец.

Ева закатила глаза.

— О, ради бога, Шейн, не порть настроение. Она выглядит замечательно, и нечего ревновать и вставать в позу защитника. Мы тоже будем там и присмотрим за ней. Признай, выглядит она потрясающе. Волосы тоже я ей уложила. Как вам этот оттенок?

Волосы, по мнению Клер, благодаря гелю и спрею приобрели обдуманно взъерошенный вид и выглядели классно — прямо как у модели.

Ева тоже сегодня не ударила в грязь лицом: на ней было эффектное черное платье до полу, оставляющее обнаженными бледные руки, с головокружительно глубоким вырезом и доходящим до бедер разрезом на боку. Под платьем, естественно, были сетчатые колготки, что выглядело потрясающе сексуально, и Майкл переключил свое внимание на Еву.

Она подмигнула ему и повернулась, демонстрируя спину, которую платье не прикрывало вообще — была даже видна маленькая кроваво-красная роза на пояснице.

— Господи… — пробормотал Шейн. — Вот это да.

И только тут до Клер дошло, что Ева, видимо, потрудилась и над парнями, потому что они тоже выглядели прекрасно. На Майкле были черные брюки, черная кожаная куртка и темно-голубая шелковая рубашка — в этом наряде он просто сверкал, как белое золото на фоне бархата.