Джон, Пол, Джордж, Ринго и я (Реальная история ‘Битлз’) - Тони Бэрроу

Его правопреемник, бывший журналист манчестерского ‘Дэйли экспресс’ Дерек Тэйлор располагался на противоположном конце спектра личностей. Обладавший сдержанным чувством юмора и дружелюбный, Джордж чрезвычайно хорошо поладил с битлами, особенно с Джорджем, но его роковой ошибкой было слишком сблизиться с ними. Он прилагал все усилия, чтобы стать ‘одним из этих парней’, и преуспел в завоевании их привязанности, но тем самым он заработал дюжую чёрную метку от Брайана Эпстайна. Ревнивая, собственническая природа Брайана рождала в нём недоверие к мотивам любого, у кого возникали близкие личные отношения с его ребятами. Я осознал это очень быстро после того, как начал работать с ним. Дерек был хорошим литератором и доброй, деликатной и уравновешенной личностью, но он лишился поддержки Эпстайна, взяв слишком многое в свои собственные руки и не держа своего начальника в курсе того, что он делает. Разногласия между этими двумя людьми становились всё жарче, и их яростные споры стали происходить каждый день, свидетелями чему являлись все – от самих ребят до офисных служащих и секретарш. В конечном счёте, обе стороны сошлись на том, что они не смогут продолжать работать дальше друг с другом, и профессиональная связь Тэйлора с ‘Битлз’ была прервана, хотя его дружба с ними продолжилась.

Было очевидно, что слишком частая смена пресс-атташе может выбить битлов из колеи, расстроить их отношения с прессой, привести к деструктивным, а не конструктивным комментариям корреспондентов газет. Результатом стало то, что я получил озвученную в крепких выражениях прямую просьбу Джона, Пола, Джорджа и Ринго возобновить моё практическое управление их связями с общественностью и вернуться в дорогу с ними на время того, что стало их самыми крупными мировыми гастролями. К тому времени я начал понимать, что только полный дурак добровольно откажется – как это уже сделал я – даже от одного мига их уникальной работы, которая позволяла лично прикоснуться к истории в процессе её создания. Поэтому я компенсировал свою ошибку, запрыгнув назад в ‘Эппицентр’ событий, где оставался до 1968 года. Хотя наши основные подходы к бизнесу связей с общественностью сильно разнились, у меня было много времени для Дерека Тэйлора, который не стоял на месте и открыл в Калифорнии успешную компанию, консультирующую по вопросам связей с общественностью, пока не вернулся домой в Британию для работы в ‘Эппл’ в 1968 году, через год, после смерти Брайана Эпстайна.

Через три дня после появления группы в ‘Воскресном вечере в лондонском ‘Палладиуме’’ было объявлено, что битлы приняли приглашение присоединиться к Марлен Дитрих, Софи Такер, Максу Байгрэйвзу, Морису Шевалье, звезде ‘Половины шестипенсовой монеты’ Томми Стилу и поющим поросятам Пинки и Порки в ‘Королевском эстрадном представлении’ 1963 года. Это событие происходило в театре ‘Принца Уэльского’ в Вест-Энде в присутствии королевы-матери и принцессы Маргарет. Встретившись с группой после шоу её королевское мамовство где битлы должны играть в следующий раз. Узнав, что опии продолжат своё осеннее турне следующим вечером в Слоу, она заметила: “О, это же рядом с нами (в замке Виндзор)”. Несмотря на звёздный состав исполнителей, именно Джон вызвал самый большой взрыв хохота и лучшие заголовки для ‘Битлз’ своей нахальным требованием от публики – чтобы те, кто на местах подешевле, хлопали в ладоши, а люди побогаче и пороскошнее, в первом ярусе и партере, звенели своими драгоценностями. К огромному облегчению Брайана Эпстайна, он опустил шокирующее ругательство, которое он грозился вставить между ‘своими’ и ‘драгоценностями’.

Совместно, гласность от ‘Палладиума’ и ‘Королевского эстрадного представления’ достигла непреклонного шквала статей в прессе, который незамедлительно вырвался за пределы границ Британии и перенёс через Атлантику первые заголовки о ‘Битлз’ в новостях американцам. Время не могло быть более идеальным. Мы уже запланировали отправить ‘Битлз’ в Нью-Йорк в первой половине 1964 года, и эти статьи в американских газетах подготовили почву для окончательного улаживания Брайаном Эпстайном переговоров на самом высоком уровне насчёт этой поездки. Теперь битлы были готовы подняться по лестнице славы от новой любимой группы Британии до – тогда ещё редкого – ранга международных суперзвёзд поп-музыки. И этот впечатляющий прогресс произошёл приблизительно в течение года со времени ‘Люби же меня’.

Несмотря на то, что это был один из самых насыщенных периодов в сенсационной – хотя и скоротечной – карьеры ‘Битлз’ в качестве работающего ансамбля, они находили время пойти посмотреть на концерты своих самых обожаемых конкурентов при первой представившейся возможности. Любимцы из истинного перечня желаний великолепной четвёрки гастролировали вместе по британским театрам и кинозала в одном фантастическом флаконе выступлений осенью 1963 года. Возглавленный в самую последнюю минуту королём и королевой рок-н-ролла Литтлом Ричардом, с тяжеловесами ‘Роллинг стоунз’, братьями Эверли и Бо Диддли, плюс певица Джули Грант с поддержкой Микки Моста, это был концерт, который битлы не могли пропустить, и они умудрились застать одно из выступлений накануне своего собственного осеннего турне с концертами по Британии. Группа слышала, как неугомонный Ричард уверял свою публику в своей обычной робкой манере: “Я учил ‘Битлз’ играть рок!” 1 ноября в ‘Одеоне’ в Челтенхэме битлы начали напряжённую серию разовых вечерних выступлений с 33 остановками, задуманную для совпадения по времени с выпуском их пятого сингла ‘Я хочу держать твою руку’ и их второго альбома ‘Вместе с ‘Битлз’’.

Когда билеты на турне закончились раньше, чем очереди у театральных касс, театры по всей стране стали местом действия взрывоопасных демонстраций. Шесть сотен фанатов прождали всю ночь возле кинозала ‘Эй-Би-Си’ в Карлайле. Нетерпеливо снимая покрывало с тёмной стороны битломании, одна статья в прессе гласила, что “в городах и городках побольше ущерб исчислялся сотнями разбитых витрин”. ‘Дэйли телеграф’ захватила лидерство в критике истеричных вспышек фанатов, а ‘Дэйли миррор’, зная, с какой стороны её хлеба намазано масло, возразила: “Вы должны быть по-настоящему угрюмым мещанином, чтобы не полюбить этих ненормальных, шумливых, радостных, красивых битлов. Битлы – чокнутые. Они носят свои волосы, словно швабра, но они вымыты, они очень чистые. То есть это свежее молодое действо. Им нет нужды полагаться на непристойные шутки о хомос для своего веселья… Удачи, ‘Битлз’!” Этот человек из ‘Миррор’ явно не слышал закулисные непристойные шутки Джона. Казалось, после выступления на ‘Королевской эстраде’ битломания получила печать ‘Одобрено’. Всё большее и большее количество комментаторов в прессе начало выступать с поддержкой всего, что великолепная четвёрка спела, сыграла, сказала или сделала.