Сама невинность - Лаура Гурк

Дело было не в любви, а только в желании. Но, несмотря на эти слова, которые она повторяла себе снова и снова, Софи обняла Мика за шею, держась за него, как за единственно надежную вещь в мире, когда всё вокруг, казалось, закружилось в неистовом хороводе. Она встретила ласку его языка своим, и поцелуй стал ещё глубже.

Застонав, Мик оторвался от губ Софи.

– Господь всемогущий, – прошептал он. – Что я делаю?

Девушка почувствовала, как он начал отодвигаться от неё, а она не хотела, чтобы он отодвигался. Она обняла его ещё крепче.

– Мик, – прерывисто дыша и беспокойно двигаясь, Софи прижималась к нему. Ею руководил инстинкт, горячечное безумие, которого она не понимала.

– Мы должны остановиться, – выдохнул он, но не оттолкнул её, а обнял ещё крепче и прижался лицом к её нежной шее. Девушка чувствовала его горячее и учащённое дыхание на своей коже. – Господи, женщина, что ты добавляешь в духи? – простонал он. – Шпанскую мушку?

– Жасмин, – Софи с трудом смогла ответить. Прикосновение его языка заставляло её дрожать. – Лимон.

– Я спрашиваю не об этом, – Мик покрыл поцелуями её шею, добрался до нежного ушка. – Нет, я имею в виду секретный ингредиент.

– Какой секретный ингредиент?

– Тот, который сводит меня с ума. Тот, который заставляет меня творить глупости, – он поймал губами мочку её уха и принялся нежно посасывать её, как карамельку. Дразня Софи, пробуя её на вкус, вызывая в ней дрожь.

– Мик.

Казалось, звук его имени привел инспектора в чувство, и он оторвался от Софи, оторвался настолько неожиданно, что она даже покачнулась. Не ощущая больше его объятий, девушка на мгновение почувствовала себя потерянной. И пока она недоуменно моргала, пытаясь прийти в себя, Мик отошёл от неё. Софи была изумлена тем, что он так внезапно её оставил.

– Идиот, – пробормотал Данбар, качая головой и уставившись на неё так, будто не мог поверить в случившееся. – Я, должно быть, самый глупый ублюдок во всём королевстве.

Софи не понимала, о чём он говорит. Она не могла прочесть ни его мыслей, ни его эмоций. На самом деле, казалось, она вообще была не в состоянии думать.

– Больше не душитесь этими духами в моём присутствии, – отрывисто бросил он, развернулся и был таков. И пока не стихли его шаги и она не осталась одна, девушка продолжала стоять, прижимая кончики пальцев к губам и незряче глядя на проход между вазами.

Сейчас она понимала, как это – желать мужчину. Мечтать о его поцелуях и прикосновениях. Ощущать этот жар и отчаянное стремление. Мик показал ей всё это. Воспламенил в ней что-то, чего прежде не было. И она знала, что никогда больше она не сможет возненавидеть его.

Глава 9

Следующие две недели Софи почти не видела Мика, и она всё никак не могла понять, рада она этому или нет.

Девушка знала, что Мик желает её, но мужчины испытывают страсть постоянно. Это ничего не значит. И потряс её вовсе не тот факт, что его влечет к ней. Её поразило собственное поведение той ночью в оранжерее. То, как она отвечала ему, как цеплялась за него, испытывая неизъяснимую, причиняющую боль, необходимость чувствовать его прикосновения – все эти чувства были обычный похотью, и ничем больше. Она его практически не знала и даже не была уверена, что он ей нравится, но, тем не менее, отвечала на его поцелуи со страстью, которой не испытывала никогда прежде.

Через некоторое время Вайолет поинтересовалась, как — во имя всего святого! — они должны приглядывать за Миком и защищать его, если его никогда не бывает дома. В ответ Софи заверила тётушку, что если бы инспектору вновь угрожала опасность, она узнала бы об этом.

Это не было неправдой. За прошедшее время она несколько раз сталкивалась с Данбаром и каждый раз ясно видела его ауру. Если аура вновь исчезнет, то Софи поймёт, что ей необходимо предпринимать действия для его защиты. Пока же этого не случилось, и Мик был в безопасности.

В течение этих же двух недель Софи убедилась, что её опасения насчет того, что инспектор начнёт допрашивать и запугивать всех её друзей и знакомых, были несколько преувеличены. Он и вправду расспрашивал тех, кто знал её, но делал это так, что никому и в голову не могло прийти, что он ведёт расследование. Он старался казаться очарованным ею, что шокировало тех её знакомых, которые были снобами, и озадачивало тех, которые снобами не были. Софи не чувствовала себя польщённой. Он мог желать её, однако всё ещё подозревал её, верил в то, что она была связана с покушением на его жизнь. И к тому же она чувствовала, что для Мика женщины были подобны десерту — восхитительное блюдо, которым следует насладиться, а потом забыть.

К счастью, у Софи, практически, не было времени для размышлений на эту тему. Агата начала кампанию по поиску подходящего мужа для своей младшей дочери, на следующий же день после своего приезда отправившись вместе с ней на Риджент-стрит[65] к лучшим портным, чтобы приобрести для Софи новые платья. И хотя девушка всячески сопротивлялась этому, её заставили полностью обновить гардероб. Все новые наряды были куплены на деньги Гарольда, и девушка была уверена, что Шарлотта будет припоминать ей это всю её оставшуюся жизнь. И как только Софи была подходящим образом одета, её тотчас же закружило в вихре светской жизни. Её заставляли посещать карточные вечера, чаепития, приёмы, балы и такое огромное количество других светских мероприятий, что она сбилась со счёта.

Хуже всего были балы, ведь она совсем не умела танцевать. Никакие уроки в мире не могли помочь ей избавиться от того чувства, которое охватывало её всякий раз, стоило ей только войти в бальную залу — что она неловкий, неуклюжий манекен, неспособный двигаться. Она использовала любую возможность, чтобы отказаться от приглашений на танец. И за каждым её отказом неизбежно следовала ссора с матушкой. Софи знала, что единственный способ победить Агату — это открыто ей не повиноваться, но это было очень, очень сложно.

Когда они присоединились к Виктору и Кэтрин в их поместье в Беркшире на неделю скачек в Аскоте, Софи была уже измучена этой постоянной борьбой.

Скачки в Аскоте всегда устраивались с размахом, но в этом году они были особенно грандиозны — в связи с бриллиантовым юбилеем королевы Виктории. Мужчины вели себя идеально — особенно тщательно они следили за тем, чтобы не хватить лишку. Женщины нарядились в свои самые модные и новёхонькие, с иголочки шляпки и платья. В этот раз Софи была так же прекрасно одета, как и остальные леди, но её это не слишком волновало. Она никогда не обращала особого внимания на моду.