Настоящая любовь и прочее вранье - Уитни Гаскелл

– С каких это пор? И почему ты не захотел поужинать со мной и Джеком?

– Работы много, – пожал он плечами.

– Ну да, – кивнула я, встав перед ним с угрожающе скрещенными на груди руками. Так легко он у меня не отделается! – И что же тебе в нем так не понравилось?

– Ничего… то есть я едва с ним словом перемолвился. Вроде бы вполне нормальный, – плел Макс, даже не делая усилий казаться искренним. Обычно Макса хлебом не корми, только дай посплетничать о моих парнях и злорадно перечислить все недостатки: безвольный подбородок, безвкусная обувь, наглый гогот или, не дай Боже, напыщенность. Он не щадил никого, включая самых близких друзей. Но эпитет «нормальный» показался мне куда более уничижительным, чем, скажем, возможные насмешки над прической Джека или его манерой говорить или одеваться.

– Ладно, можешь не продолжать, – вздохнула я и села на диван, поджав ноги. Фрэнки и его команда орали «Рилэкс» четырехсотый раз подряд. Я взяла пульт и заткнула их.

– Чувствуй себя, как дома, – разрешил Макс, садясь рядом.

– Мне нужно с тобой поговорить.

– О чем?

– Твой друг Такер все еще свободен?

– А что? – опешил Макс.

– Договорись о встрече… то есть о свидании, – попросила я.

Макс, сбитый с толку, покачал головой:

– А как же этот самый Джек? Разве он не уехал всего десять минут назад?

Значит, Макс следил за нами?! Не будь я так измучена собственными комплексами, может, и смогла бы докопаться до сути проблемы Макса и его странного поведения. Но мои нервы и без того не выдерживали, так что и Максу, и всему тому, что зрело в мутных глубинах его извращенного умишка, придется подождать.

– Да, он вызвал такси и уехал в аэропорт, – подтвердила я.

– И… между вами все кончено?

Я попыталась проигнорировать нотки надежды в его голосе.

– Не думаю.

– И что тогда? Ты больше по нему не страдаешь?

Я вздохнула.

– Хотелось бы, но, к сожалению, все наоборот. Мало того, боюсь, я немного запуталась. Слишком все это затягивает, поэтому и хочу, чтобы ты свел меня с Такером, – пояснила я со всей доступной ему логикой.

Как раз то, что мне нужно: свидание с другим парнем, в точности таким же обаятельным и красивым, как Джек. Может, мне удастся разглядеть, что, кроме него, есть и другие, только без такого хвоста проблем и сложностей. И тогда моя влюбленность в Джека предстанет в истинном свете. Увлечение. Страсть. Мимолетный роман. Секундное помрачение ума. Но не любовь. Конечно, не любовь.

Такер Фицпатрик был идеальным кандидатом. Я знала его, еще, когда он встречался с Диной, своей девушкой. Странной они были парочкой: Такер отличался особой, мальчишеской, своеобразной красотой в стиле Хью Гранта и, кроме того, очень умен и добр. В последний раз мы виделись на одной из вечеринок Макса и долго оживленно спорили о Вуди Аллене. Такер считал, что его фильмы внесли большой вклад в американскую культуру, я же утверждала, что репутация Аллена сильно раздута, а его так называемое «творчество» – не более чем многозначительное дерьмо. Такер горячо отстаивал свою точку зрения, цитируя целые монологи из фильмов «Энни Холл» и «Преступления и проступки». Я же настаивала на том, что Аллен страдает тяжкой формой нарциссизма, все его картины – раздутые сексуальные фантазии жалкой личности и вечного неудачника, мечтающего о женщинах не своего круга, а в доказательство приводила «Все говорят, что я люблю тебя», «Великую Афродиту» и «Загадочное убийство в Манхэттене». Такер пытался парировать мои доводы, приводя в пример «Пули над Бродвеем», но я нанесла решающий удар, напомнив жутчайший бред «Сцен в торговом центре», и вынудила Такера признать поражение.

Дина, с другой стороны… как бы выразиться поточнее… – корова неумытая. Нет, она, конечно, не уродина, хотя низкий рост и приземистая фигура никого не красят, да и волосы ее почему-то всегда выглядели сальными. Кстати, она никогда не прилагала усилий, чтобы выглядеть хоть сколько-нибудь поприличнее. Новая прическа, немного румян и хороший пинцет для бровей могли бы разительно изменить ее внешность, но, увы, Дина, кажется, понятия не имела о существовании подобных вещей. Зато у нее был выдающийся интеллект, остроумие, неизменно веселое, жизнерадостное настроение, и Такер, похоже, обожал ее. Когда они разошлись… причем это она его бросила и вышла замуж за коллегу, с которым все это время изменяла Такеру, – тот был безутешен, и я точно знаю, постоянно приставал к Максу, чтобы тот познакомил его с девушкой (правда, если я верно припоминаю, он упоминал о модели, но, поскольку наверняка хотел заставить Дину ревновать, трудно его осуждать).

Такер нравился мне как человек, и я всегда уважала его за любовь к женщине, которая, подобно мне, была далека от идеала красоты. И он казался чудесным кандидатом для первого пункта моей новой программы «Забудь Джека».

– Итак, позволь уточнить: ты по уши втрескалась в мистера Британца, – начал Макс.

– Он американец, как тебе известно, – перебила я.

– Какая разница? Ты втрескалась в мистера Британо-американца, и это доводит тебя до белого каления. Поэтому ты желаешь, чтобы я обманом свел тебя с лучшим другом?

– Обманом? Нет, Такер мне действительно нравится. И я хотела бы с ним встречаться.

– Чтобы отвлечься от мыслей о парне, в которого ты влюбилась! Нехорошо, Клер, – покачал головой Макс с видом благочестивого неодобрения, что на него не похоже. – Даже если бы я согласился так подло поступить с Такером, чего никогда не случится, все равно не выйдет: у него уже есть девушка.

– Вот как, – пробормотала я, снова плюхнувшись на диван. Значит, и тут обломилось…

– Однако если действительно хочешь, чтобы я тебя с кем-нибудь познакомил, – задумчиво протянул Макс, – есть еще один парень, который, возможно, пойдет на такое.

– Правда? – встрепенулась я. – Я его знаю? Как его зовут? Какой он?

– Нет, с Кукси – кстати, его зовут Гэри Кукси – ты не знакома. Он фотограф, хотя в основном спортивный. И очень… занятный.

Последнее сразу меня насторожило. Не слишком обнадеживающая характеристика для свидания вслепую. Еще хуже, чем прилагательное «милый», что, как всякий знает, всего лишь кодовое обозначение для «жутко уродливый».

– И почему ты вдруг решил навязать его мне, если считаешь такой уж угрозой для Такера? – поинтересовалась я.

– Кукси не так чувствителен. И не такой близкий друг, так что можешь сколько угодно терзать его списком своих правил, чего можно и чего нельзя с мужчинами, а я спокойно умою руки.

Мне не понравился блеск в глазах Макса, но выбора не было. Я, можно сказать, женщина отчаявшаяся, настолько отчаявшаяся, что готова была нарушить одно из главных правил отношений с мужчинами, а именно – никогда не назначать свиданий вслепую. Но на этот раз я делала это не для того, чтобы встретить своего единственного мужчину, а с прямо противоположной целью: забыть. И готова была пойти на многое, даже если придется уговаривать всех приятелей свести меня с холостыми дружками подходящего возраста.