Маг. Биография Паоло Коэльо - Фернандо Морайс

Наутро, без пятнадцати десять первые приглашенные на пресс-конференцию журналисты уже сидят в тридцати мягких креслах маленького зала в отеле «Геллерт». Тем, кто пунктуально придет ровно в десять, придется стоять. Сам объект репортерского интереса поднялся в половине девятого. Если бы не дождь, писатель, как обычно, совершил бы часовую прогулку по ближайшим улицам. Ему не нравится заказывать еду в номер («В спальне едят только лежачие больные», — говорит он), и Коэльо позавтракал в кафе гостиницы, принял душ и теперь читает газеты и что-то ищет в интернете. Обычно он просматривает одну газету, выходящую в Рио, и одну — в Сан-Пауло, а также основанную в Париже газету на английском языке — «Интернешнл геральд трибюн». Прочую информацию он получит позже из специально подобранных газетных выдержек и обзоров, где упоминаются он сам и его книги.

Ровно в десять он входит в освещенный прожекторами зал, набитый журналистами, и садится за столик, где стоят бутылка минеральной воды, стакан, пепельница и букет красных роз. Дьердь берет микрофон, сообщает о цели визита писателя и о том, что в первом ряду сидит его литературный агент Моника Антунес. Она поднимается, смущенная, и благодарит за аплодисменты.

Пауло говорит по-английски сорок минут — включая то время, что Дьердь тратит на перевод каждой фразы на венгерский. Писатель вспоминает свой визит в Будапешт в 1982 году и немного рассказывает о себе и своей писательской карьере. Например, о том, что после успеха «Дневника мага» число паломников, идущих в Испании по «Пути Святого Иакова», увеличилось с четырехсот человек в год до четырехсот человек в день; в благодарность правительство Галисии назвало улицу города Сантьяго-де-Компостела[2], завершающую этот путь, именем Пауло Коэльо. Когда настает черед вопросам, журналисты проявляют не только хорошее знание его творчества, но и, махнув рукой на пресловутую объективность, откровенно им восхищаются. Некоторые прямо называют какие-то его романы любимыми. Писателю не задают нескромных вопросов, не говорят ничего неприятного. Здесь царит дружеская атмосфера будапештского клуба читателей Пауло Коэльо. Когда Дьердь объявляет встречу закрытой, его провожают аплодисментами. Перед его столиком образуется очередь охотников за автографами — почти все журналисты прихватили с собой его книги.

Писатель не очень любит тратить время на обед — он быстро перекусывает тут же, в ресторане гостиницы. Съедает тост с печеночным паштетом, выпивает стакан апельсинового сока и чашечку эспрессо. До следующего мероприятия остается полчаса, и он просматривает международные полосы парижской газеты «Монд» и мадридской «Пайс». Благодаря интернету, телевидению или прессе Пауло всегда в курсе мировых событий. Он жадно следит за международной политикой, хорошо осведомлен о войнах и кризисах в любой части света. Обычно он говорит со знанием дела (но при этом без тени педантизма или снобизма) о таких различных вещах, как обострение кризиса в Ливане или национализация нефти и газа в Боливии. В свое время он публично требовал обмена заложников, которых удерживали колумбийские партизаны-марксисты, на политзаключенных в Боготе. В 2003 году разразилась громкая полемика вокруг его письма протеста, которое прочло более четырехсот миллионов человек оно имело название «Спасибо, президент Буш» и содержало резкую критику главы Соединенных Штатов за вторжение в Ирак.

Просмотрев газеты, писатель вновь включается в работу. Теперь настал черед белокурой Маржи Анико, ведущей программы «Фокус-2» на телевизионном канале «РТЛ-Клуб» — самой популярной воскресной вечерней передачи. Ведущая «Фокус-2» славится не только талантом и красотой, но и тем, что в завершение передачи имеет обыкновение баловать гостя блюдом венгерской кухни, приготовленным ее собственными руками. При записи в маленькой телестудии, оборудованной по этому случаю в комнате отеля, не происходит ничего неожиданного. Маржи даже ни разу не приняла свою любимую позу, при которой она эротично забрасывает ногу на ногу, однако слегка зарделась, когда Пауло Коэльо, придя в прекрасное настроение, принялся рассуждать о сексе. В конце передачи писатель получил пару поцелуев, блюдо с традиционным венгерским тортом с маковыми лепестками — Маржи уверяет, будто готовила его сама, — и бутылку «палинки» — крепчайшей венгерской водки. За считанные минуты декорации студии сменяются другими, поярче и повеселее: теперь у писателя будет брать интервью Андраш Шимон с венгерского «МТБ». Через час запись заканчивается, и бразилец получает вместо подарка стопку из семи своих книг, на которых он должен оставить автограф.

Через несколько минут — Коэльо успевает лишь выпить эспрессо и выкурить сигарету — начинаются и длятся до самого вечера интервью с наиболее значительными венгерскими СМИ. Когда последний журналист покидает отель, в городе уже темно. У Пауло под глазами темные круги, но он уверяет, что совсем не устал:

— Напротив. Когда говоришь о таких различных вещах за такое короткое время, повышается уровень адреналина. Меня будто электризует…

Благодаря то ли профессионализму, то ли честолюбию, то ли еще какому-нибудь горючему, писатель, которому уже за шестьдесят, сохраняет завидную форму. Приняв душ и выпив эспрессо, в половине десятого он вновь появляется в холле отеля, где его дожидаются Моника, швейцарка Лия, которая, кажется, тоже решила присоединиться к группе, безмолвный охранник Сабадош и Дьердь.

Малыш под присмотром няни Хуаны уже видит третий сон в материнском номере. Завершением сегодняшней программы должен стать ужин с писателями, издателями и журналистами в доме Тамаша Колоши, хозяина издательства «Атенеум» и одного из организаторов приезда Пауло Коэльо в Венгрию. Когда Дьердь спрашивает, не устал ли писатель, тот хохочет:

— Конечно, нет! Сегодня был аперитив, настоящая работа начнется завтра!

После ужина у издателя Моника сообщает программу на следующий день, составленную совместно с Дьердем.

— Открытие ярмарки назначено на два часа дня. Утром будут еще интервью в гостинице, поэтому на обед времени не останется. Я зарезервировала места в одном ресторанчике по дороге, ограничимся бутербродами и салатом.

Но Пауло думает о другом:

— Меня беспокоит израильское издательство. Им не нравится название «Заир», они хотят его поменять. Пожалуйста, позвони им завтра же и скажи, что я не согласен. Или они сохраняют заглавие, или я запрещаю печатать книгу. Хватит с меня и того, что они переименовали пастуха Сантьяго из «Дневника мага» в Якоби.

Он всегда был упрям — еще до того, как стал звездой. Моника вспоминает, что когда в Соединенных Штатах издавали «Алхимика», издатель вознамерился озаглавить книгу «The Shepherd and His Dreams»[3], но автор топнул ногой и настоял на своем. Пауло слушает и улыбается: