Обороты (СИ) - Чар София

Поджав губы, Тард бросил быстрый взгляд наверх. Туда, где горела серебряными и золотистыми вспышками ограда. Верхний мир уже почти перекрыл солнце и теперь только вспышки камней, что падали с него и растворялись до того, как обрушиться на землю, освещали улицы города.

Чуть замедлив шаг, чтобы спутник сумел поравнять с ним, Тард снова свернул в проулок. Довольно тесный он тянулся между парой серых домов, что примыкали друг к другу почти вплотную. Здесь не было ни разноцветных фонариков, ни звуков смеха. Рабочим, что за пару монет гнули спины в надежде на лучший оборот, было не до праздников.

Богатые кварталы давно остались позади, и ночных путников поглотил мрак окраинных улиц.

Задумчиво проводив взглядом спешно удаляющиеся фигуры, блондин прищурился. Появление Тард И’Ара здесь, в компании какой-то девки не казалось случайностью. Потерев подбородок, он все же медленно обернулся к другу.

– Что думаешь, Бэйзи? Этот дикарь решил устроить веселой девке прогулку? – чуть тише, прекрасно зная, насколько собеседник не любит громкие звуки, поинтересовался он.

Грузный мужчина, что еще мгновение назад красочно пошатывался, разыгрывая пьянчугу, презрительно усмехнулся.

– Солэй, мой милый друг… Если это была веселая девка, тогда я слеп и глуп. Это был юноша и юноша высокого дома... Я думаю, что стоит отправить небольшое известие нашему старому товарищу. Это не будет лишним, – вновь усмехнувшись, он бросил короткий взгляд вслед удалившейся парочке.

Кем бы ни был спутник дикаря Его Величества, этот южанин только что знатно подставил его.

*Оборот - полтора земных года.

Глава 2. Ночные костры божественного воронья

Звон колокола разнесся над городом протяжным унылым воем.

Губ мужчины, замершего у городской стены в паре десятков шагов от ворот, коснулась легкая усмешка.

Первый удар – для Зажигающего, хозяина Жнецов.

Второй – для правящей династии.

Третий – для короля.

Первый удар – великая честь, но звучать над городом, опутывая его мерным гулом прежде, чем затихнуть, будет именно последний.

Глубоко вдохнув прохладный ночной воздух, Аскар осмотрелся. Звук колокола еще дрожал в воздухе, но короля эта честь волновала мало. Куда сильнее его интересовал другой звук. Вначале шум шагов был едва различимым, но уже скоро Аскар различил скрежет железных набоек. Последняя мода столичных щеголей. Этот звук сопровождал другой, куда более тихий, ровный звук шагов опытного охотника.

Остановившись посреди мостовой, Аскар только повернул голову в сторону проулка, из которого доносился звук. Ждать долго не пришлось. В какое-то мгновение шаги резко оборвались, сменившись тишиной. Из тьмы проулка медленно вышел Тард ИʹАр. Чуть горбясь, точно хищник, он на мгновение замер.

Вновь усмехнувшись, без труда признавая эту манеру, Аскар шагнул вперед, бросив короткое:

– Привратник.

Дважды повторять не пришлось. Кивнув, Тард быстрым шагом направился к небольшой сторожке. В ночном мраке крохотная будка напоминала болотную гнилушку из-за тусклого, зеленоватого света, крохи которого проникали из, неплотно закрытого, окна.

Проводив молодого стражника взглядом, Аскар выжидающе замер, сложив руки за спиной. Второго парня, что нерешительно приблизился к нему, он точно и не заметил.

Одного, коротко брошенного незнакомцем, слова хватило, чтобы Ошер признал в нем своего отца. Впрочем, спокойнее молодому принцу не стало, напротив. Чувство тревоги, что немного поутихло после победы короля в круге, вспыхнуло с новой силой.

Не смея подать голоса, Ошер нервно закусил губу, испытывая острое желание скорее вернуться в замок. Оказаться как можно дальше от этой жуткой вони и холода.

Впрочем, Аскар на терзания сына не обратил ровным счетом никакого внимания. Пусть он стоял в паре шагов от сына, мысленно он был далеко отсюда. Замерев, точно каменное изваяние, мужчина казался совершенно спокойным, но душу все назойливее жгло недоброе предчувствие. Особенно сильно этот жар тревожил, при воспоминании о Первом жнеце. Этот ворон был далеко не так прост, как предыдущая птица во главе святого курятника. Но пока у него было дело, размышления о жнеце пришлось ненадолго отложить.

Тем временем дверь сторожки раскрылась. В тусклом, дрожащем прямоугольнике света, появилась вначале юношеская фигура Тарда, а после послышались и шаркающие шаги привратника. Старика совершенно не радовала необходимость покидать теплую будку, но вознаграждение, обещанное парнем, оказалось куда соблазнительнее.

Подслеповато щурясь, мужчина закряхтел. Казалось, что каждый шаг давался ему с трудом, настолько тяжелой была тяжелая походка.

Невольно усмехнувшись, Аскар только покачал головой. На миг даже захотелось совершенно по-юношески хлопнуть привратника по плечу. Он-то прекрасно знал, что эта «старая развалина» в мгновение отрежет все лишнее любому, кто будет вести себя слишком… Нелюбезно.

С трудом сдерживая рвотный позыв от невероятной вони, что досаждала почти на каждом шагу, Ошер невольно улыбнулся, когда его отец наконец-то направился к привратнику.

«Как только, вернемся в замок – приму ванну. Дважды.» – мысленно заметил он.

Замерев чуть в стороне от привратника, Тард пристально следил за каждым его движением. Он не знал наверняка играет ли старик, но звериная сущность, ворочаясь на грани сознания, более чем четко скалила клыки. Этот человек был опасен, какой бы рухлядью ни казался.

Звук сдвигаемого засова в тишине ночи казался особенно мерзким и громким. Скрежет и грохот, точно рев невиданного чудовища нижних миров, которых так любили изображать на полотнах летописцы последних десяти оборотов.

Выросшие в мирное время, они считали, что поймали Ужас, заключили его в клетку холста и красок. Бахвалясь, беспечные мотыльки не подозревали, что поймали только кривое отражение, что истинный портрет Ужаса можно найти только в зарисовках ветеранов. Самый жуткий монстр не сравнится с бессмысленным братским кровопролитием, самая яркая картина мечтателя не отобразит той глубины, что сохраняет в себе простой набросок очевидца. Того, кто минутой раньше пролил кровь брата, чтобы не была пролита его собственная кровь.

Провожая взглядом троицу, привратник задумчиво огладил бороду. Если, что и помогло ему дожить до почтенного возраста, так это умение загодя чуять перемены.

– А от вас, вороны, этой дрянью так и смердит… – сплюнув, мрачно пробормотал он, прежде чем закрыть ворота.

Что-то приближалось и впервые за долгое время привратник не был уверен, что сможет пережить это «что-то». Однако кто сказал, что старый волк был согласен расставаться с жизнью по первому колоколу? Нет, иные развалины бывают крепче и держатся дольше пестрого новостроя.

Лагерь кшерхов не отличался ни кичливым многообразием шатров, ни обилием настороженной охраны. Не было ничего такого, что Ошер считал обязательным атрибутом каждого лагеря. Считал по прочитанным книгам и рассказам учителей. Но разочарованным юный принц не был.

Первым, что он заметил, когда они вышли за стены города было алое зарево костров. Сам лагерь на тот момент еще скрывал пригорок, поросший кустарником и невысокими деревцами. Постепенно, стараясь не отставать от спутников, принц ощутил и теплый запах горящей древесины.

Принюхавшись, Ошер на мгновение даже растерялся. Он никак не ожидал, что такой простой, дикарский аромат в ночной прохладе окажется до такой степени приятным.

В противовес сыну, Аскар предпочитал смотреть исключительно себе под ноги. Если сердце принца трогало любопытство и легкая нотка страха, сердце короля все сильнее сжимало в тиски напряжение и черная тоска.

– Вас кто-то видел? – пытаясь отвлечься, коротко уточнил он, не оборачиваясь к Тард ИʹАру.

– Меня заметили лорд Бэйзи Нагс и Солэй Снейк. Его Высочество не узнали.