КиберШторм - Мэттью Мэтер

— С чего бы это мне ревновать? — сердито бросил я.

Люк заплакал.

— Пойду оденусь, — пренебрежительно сказала она, качая головой. — Не задавай глупых вопросов. Ты прекрасно понимаешь, о чем я.

Не обращая на меня внимания, она наклонилась, поцеловала Люка, шёпотом извинившись перед ним, сказала, что не хотела кричать и что очень его любит. Успокоив Люка, она одарила меня сердитым взглядом и направилась в спальню, хлопнув дверью.

Вздохнув, я повернулся к Люку и взял его на руки. Положил его голову себе на плечо и мягко начал поглаживать по спине.

— Почему она вышла за меня, а, Люк? — прошептал я.

Потом сам себе ответил на вопрос.

— Ах, ну да, у нас случился ты, крепыш.

Я почувствовал, как, шмыгнув пару раз, он успокоился.

— Пойдем. Отведем тебя к Элларозе и тёте Сьюзи.

8 декабря

— Сколько их у тебя тут?

— Пятьдесят. Это только вода.

— Шутишь? У меня от силы полчаса, не могу же я бросить Люка одного.

Чак пожал плечами.

— Я позвоню Сьюзи. Она может посидеть с ним.

— Отлично, — с сарказмом ответил я, спускаясь по лестнице с двумя пятнадцатилитровыми бутылями воды. — Выходит, ты платишь пять сотен в месяц, чтобы хранить дома семьсот пятьдесят литров воды?

Чаку принадлежали несколько ресторанов каджунской кухни на Манхэттене, и логично было предположить, что он будет хранить воду в одном из них, но Чак сказал, что это слишком далеко. Не раз я от него слышал: «Действующий член „Virginia Preppers“[4] не может быть слишком осторожен».

Чак обладал совершенно нехарактерной для Нью-Йорка предусмотрительностью.

Его семья была с юга от линии Мейсона-Диксона.[5] Он был единственным ребёнком в семье, а родители погибли в аварии сразу после того, как он окончил колледж. Поэтому, едва он познакомился со Сьюзен, они решили начать жизнь с чистого листа и переехали в Нью-Йорк. Моя мама умерла, ещё когда я учился в колледже, а отца я едва знал. Он ушёл от нас, когда я был совсем ребёнком, и моим воспитанием в основном занимались братья.

Схожие семейные обстоятельства и связали нас, когда мы познакомились.

— Ну, где-то так, — засмеялся Чак, — хорошо же, что я купил ещё одно место в подвале.

Он с усмешкой наблюдал за моими усилиями.

— Тебе, друг мой, не помешало бы почаще выбираться в тренажёрку.

Я одолел последние ступени подвала. Наш комплекс в целом мог похвастать и оформлением, и обслуживанием: аккуратно подстриженные японские сады рядом с тренажёрным залом и спа, декоративный водопад на входе, круглосуточная охрана; в то время как подвал был произведением утилитарного дизайна. За полированной дубовой лестницей у чёрного хода скрывался грубый бетонный пол, а свет здесь давали, висевшие на проводах под потолком голые лампочки. Думаю, дело было в том, что сюда попросту никто не спускался.

Никто, кроме Чака.

Я ответил ему неуверенным смешком, практически не прислушиваясь к его словам. Мои мысли всё время возвращались к Лорен. Когда мы встретились в Гарварде, нам всё казалось по силам, но, похоже, жизнь решила доказать обратное.

Сегодня Лорен поехала в Бостон на несколько собеседований и сказала, что проведёт вечер с семьёй. Утро Люк провёл в яслях, но я не нашёл для него сиделку на день, поэтому мне самому пришлось вернуться домой с работы. Мы немного повздорили с Лорен из-за её поисков работы, но была и другая причина. Она чего-то мне не договаривает.

Я дошёл до конца коридора и толкнул локтем дверь в хранилище Чака в подвале. Надсадно вздохнув, я поднял свои бутыли и взгромоздил поверх тех, что уже перенёс сюда Чак.

— Ставь поплотнее, — посоветовал Чак, заходя вслед за мной со своими двумя бутылками. Он поставил их, и мы пошли обратно за следующей партией.

— Видел уже новости в сети? — спросил Чак. — WikiLeaks опубликовали планы Пентагона по бомбардировке Пекина.

Я лишь пожал плечами в ответ, мои мысли занимала Лорен. Я вспоминал, как впервые её увидел: она шла с друзьями вдоль кирпичных стен Гарварда и смеялась. Я только поступил на деловое администрирование, потратив на это деньги, вырученные с продажи своей доли в стартапе, а она поступила на юридический. Мы оба мечтали о том, чтобы изменить мир к лучшему.

— В новостях столько шума подняли, — продолжил Чак об утечке из Пентагона, — но мне кажется, на пустом месте. Отработка сценария, обычные учения.

— Ага, — только и ответил я, не в силах отвлечься от мыслей о Лорен.

Вскоре после нашего знакомства оживлённые дискуссии в пивных на гарвардской площади привели к страстным ночам в постели. В своей семье я был первым, кто поступил даже не в Гарвард — в университет вообще — и я знал, что она из какой-то состоятельной и аристократичной семьи, но на тот момент эти различия казались совершенно неважными. Мы же жили в Америке, а меня впереди, несомненно, ждало большое будущее. Она хотела сбежать от своей семьи, а я хотел её саму и всё, что она собой олицетворяла.

Мы поженились вскоре после выпускного, сбежали ото всех и обосновались в Нью-Йорке. В восторге от нашего поступка её отец не был. Почти сразу после женитьбы Лорен забеременела — этого мы не планировали, помог случай. Но этот же счастливый случай разрушил весь наш крохотный мир, к которому мы только начали привыкать.

— Ты меня вообще всё это время не слушал? И не отпирайся.

Мы с Чаком уже поднялись из подвала и стояли на тротуаре Двадцать четвёртой улицы. Шёл дождь, холодное серое небо было под стать моему настроению. Ещё неделю назад было тепло, но за последние дни температура резко упала.

Этот отрезок Двадцать четвёртой улицы между Пирсом Челси и Гудзоном был тихим закоулком: в ряд по обе стороны дороги стояли машины, окна прятались за решётками, вдали слышались гудки автомобилей на Девятой авеню.

К нашему дому примыкала мастерская по ремонту такси, и под её грязным навесом стояла группа рабочих: они курили и смеялись над чем-то. Чак договорился, чтобы воду ему доставили прямо к гаражу.

— Ты в порядке? — спросил Чак, несильно хлопнув меня по плечу.

Мы протиснулись сквозь толпу таксистов и механиков к грузовой платформе, стоящей возле гаража, и взяли еще несколько бутылей воды.

— Прости, — немного помедлив, ответил я и крякнул, поднимая бутыли. — Мы с Лорен…

— Ну да, Сьюзи мне говорила. Значит, Лорен уехала в Бостон на собеседование?

Я кивнул.

— Мы живем в квартире за миллион долларов, но этого недостаточно. Когда я рос в Питтсбурге, я не мог даже представить себе, что однажды буду жить в подобной квартире. Я был младшим партнёром в фонде венчурного капитала по работе с социальными сетями, и наша квартира далась мне весьма нелегко, но даже тогда я считал, что не имею права позволить для нас ничего меньшего.

— Она тоже не могла представить себе, что у неё будет такая квартира — всего за миллион долларов, — сказал он, смеясь. — Да ладно, ты же знал, что тебя ждёт.

— И она постоянно проводит время с Ричардом, когда я на работе.

Чак остановился и опустил свои бутыли с водой.

— И думать брось об этом. Согласен, он скользкий тип, но, по-моему, ты недооцениваешь Лорен.

Он провел карточкой по сканеру у заднего входа. Когда после двух попыток замок не открылся, Чак стал рыться в кармане в поисках ключа.

— Постоянно эта фигня не работает, — пробормотал Чак. Он, наконец, открыл дверь и повернулся ко мне. — Просто дай ей немного времени и свободы, чтобы она во всём смогла разобраться. Для женщины тридцать — это не шутка.

Он придержал дверь, и я вошёл первым.

— Наверное, ты прав. Так о чём ты там говорил?

— О сегодняшних новостях. В Китае всё выходит из-под контроля. Ты не смотрел? Сжигают флаги посольств, грабят американские магазины. FedEx[6] заявил, что им пришлось прекратить операции в Китае — даже доставку вакцин в области, где произошли вспышки птичьего гриппа — а теперь Анонимус угрожает напасть на них в ответ на это.

Об Анонимусе, группе хактивистов,[7] всё чаще и чаще было слышно из новостей. Наконец, мы с Чаком снова спустились в подвал и поставили бутыли с водой на место.

— Поэтому ты делаешь запасы?

— Нет, это просто совпадение. Я тут прочитал о том, что количество кибератак на Министерство обороны увеличилось в разы.

— Министерство обороны кто-то атакует? — с тревогой спросил я. Очевидно, Чак стал интересоваться кибермиром с того времени, как я упомянул о нём на барбекю. — Это серьёзно?

— Не особенно. На Министерство устраивают такие атаки по миллиону раз на день, но теперь они становятся более нацеленными. И я волнуюсь, что кто-то планирует что-то в аналоговом мире.

— Аналоговом?

Он улыбнулся.

— Интернет — это цифровое пространство, но мы, — он помедлил для пущего эффекта, — находимся в аналоговом мире, усёк?