Газета Завтра 21 (1018 2013) - Газета Завтра Газета

Государь всё-таки - отец народа. И он, создавая промышленность, думал о народе. И то, что мы сегодня видим на предприятии УГМК, - это квинтэссенция петровского завета. Самое главное для страны - сохранение и приумножение людского потенциала.

Важной целью экономики должно также быть внимание к провинции. Да, у нас есть национальный лидер. И есть национальный духовный, религиозный лидер, который первым обратил внимание на необходимость попечения над провинцией. На Урале создано три епархии. Порой это называют разделением, я это называю умножением, усилением. Потому что общественно-церковные структуры вышли за сугубо церковные рамки и активно участвует в преобразовании экономики.

Патриарх послал нас по провинциям, так сказать, в болотных сапогах. Вот я совершал очередной объезд епархии, был на Севере, где 25 муниципальных образований, проживает полтора миллиона человек. Как они живут? По существу, брошены. Едешь - разрушающиеся предприятия, зарастающие поля Чьё это? Карабаса-Барабаса. А это? Карабаса-Барабаса. Они сами в Лондоне, ещё где-то. Если хотят закрыть предприятие, на которое весь город замкнут в трудовом плане, то закроют, не позволив даже акционировать, чтобы не было конкурентов.

Важно, что патриархом инициировано внимание к провинции, послан сигнал людям: они не забыты. Мы должны людской потенциал сохранить. Есть механизмы, которые выработала церковь и продолжает их совершенствовать, чтобы вернуть человека к жизни. Сейчас это трудно делать, приходится людей попросту утешать.

У новой индустриализации должен быть нравственный характер. Нужно вести борьбу за души людей. Экономическая мысль, думаю, найдёт выход из сложившегося положения. Но для этого нужно сохранить потенциал провинции.

Валерий Коровин, директор Центра геополитических экспертиз.

Последние два десятилетия мы находимся в плену западной модели экономики, которая гласит, что бесконечный финансовый рост фондовых рынков и является целью существования человечества. Но в конечном итоге эта "бесконечность" привела к финансовому коллапсу. Потому как рост фондовых рынков значительно оторвался не то что от реального производства, но и от производства бумажных денег, от скорости печати долларовой массы, которая значительно обгоняла объемы произведенных в мире товаров. Рост фондовых рынков может обеспечиваться лишь путём вовлечения всё новых и новых активов из тех экономик, где они ещё остались.

Если возьмём теорию мир-системы Иммануила Валлерстайна, там ясно описана эта модель, и в ней проглядываются перспективы, которые отведены России. Есть глобальный финансовый центр, который живёт за счёт производства денег - бумажных денег и фондовых виртуальных активов, которые растут сами по себе, вне зависимости ни от чего, засасывая для обеспечения роста всё новые и новые реальные производственные активы. Есть периферия, которая обеспечивает глобальный рост своим трудом. Это страны т.н. "третьего мира". А между ними находится полупериферия. Это то, что отчасти интегрировано в глобальную финансовую систему, а отчасти представляет собой некое промышленное продолжение стран "третьего мира" с элементами наличия технологий.

Какова судьба полупериферии, т.е. второго мира в концепции Валлерстайна?

Её элита, наиболее богатые люди, интегрированные в финансовую глобальную систему, в конце концов, окончательно сольётся с центром, а всё остальное пространство должно быть затоплено некими ордами обездоленных масс, которые движутся в пространство второго мира из третьего мира в виде дешёвой трудовой силы. По сути, мир должен в конечном итоге поляризоваться на центр, который будет производить деньги, и периферию, обеспечивающую своим трудом этот бесконечный рост.

Полупериферии места в этой мир-системе нет, т.е. она должна быть полностью уничтожена. Но именно в эту полупериферию и входят как Россия, так и страны бывшего советского лагеря. Т.е. нам уготовлены перспективы вычленения отсюда финансовой глобальной элиты и её слияние с глобальным центром, и затопление оставшегося пустого пространства ордами с юга, которые будут здесь трудиться на благо этой финансовой верхушки. Каким образом мы можем в принципе отвечать содержательно на этот вызов - на затопление России и её растворение в глобальной системе производства денег и всасывания последних наших производственных и сырьевых активов этим пожирающим всё монстром глобального турбокапитализма?

Для ответа на этот вопрос можем обратиться к теории автаркии больших пространств немецкого экономиста Фридриха Листа - т.е. полностью изолироваться от системы глобального финансового рынка. Нужно отказаться от финансовой глобализации в принципе - как явления. Потому как мы становимся здесь жертвами заклинания о том, что если вы не интегрированы в глобальную финансовую систему, значит, вы отсталые, значит, вы лохи, лузеры, которым надо как можно быстрее интегрироваться любой ценой, отдав всё, что у вас есть, - в это горнило финансовой глобализации. И тогда вы имеете шанс вскочить в этот мчащийся мимо нас в пропасть скоростной поезд, в этот состав глобальной экономики.

Но позвольте! Давайте всё-таки как-то встряхнёмся и здраво посмотрим на ситуацию. Мы пострадали от нынешнего глобального кризиса, но не так, как все остальные передовые экономически развитые страны и гиганты "большой восьмерки", только по той причине, что мы ещё недостаточно полноценно интегрировались в глобальную финансовую систему. И понесли наибольшие потери как раз там, где мы уже интегрировались в глобальную финансовую систему во всей полноте. Только благодаря тому, что мы отстаём с остатками нашей громоздкой промышленности, наследованной от сталинской империи, с её консервативным народом, с её традициями - вот этот багаж мы волочём за собой в этот поезд, не поспеваем, поезд уезжает без нас. И летит в тартарары глобального финансового кризиса, а мы стоим растерянно на перроне.

Второй момент: нужно сосредоточиться на создании собственной модели хозяйствования, т.е. своей евразийской, имперской философии хозяйствования, учитывающей все три уклада. Первый уклад - аграрный. Аграрная модель позволяет воспроизводиться большому русскому народу, потому как социологический закон гласит, что в условиях городской жизни население сокращается. Первое поколение горожан, перебравшихся из аграрной среды, рожает двух-трёх детей, второе поколение - двух, третье - одного, четвертое не рожает детей вообще. Город - это то, что пожирает народ, и то, что пополняется за счёт некоей воронки засасывания новых и новых приезжих. Но лишь в аграрной среде мы можем начать процесс возобновления большого народа.

Второй уклад хозяйствования - это индустриальный уклад, который обеспечивает нам независимость от производителей извне, благодаря которому мы становимся самодостаточными в плане производства материальных активов.

И третий, финансовый, постиндустриальный, уклад должен затрагивать лишь страны, входящие в большой евразийский цивилизационный блок, т.е. речь должна идти об автаркийном финансовом центре со своим собственным эмиссионным центром.

Вот на пути построения такого блока, некоего автаркийного пространства сегодня находится Россия. И Путин, говоря о создании Таможенного союза и создании Евразийского союза, практически дословно повторяет разработки и теоретические модели такого немецкого экономиста, как Фридрих Лист, который обосновал, что в объёме порядка 250 миллионов человек цивилизационное пространство может само себя обеспечивать. О чём уже здесь говорилось. И при этом оно обеспечивает в то же время достаточный рынок для того, чтобы на нём реализовывать всю произведённую продукцию. Т.е. такое автаркийное интеграционное объединение не требует обязательной включённости в глобальную финансовую систему.

Не нужно бояться замкнуться в пространстве большой Евразии с близкими культурно и цивилизационно нам народами и государствами, создав некий цивилизационный евразийский анклав, который будет самодостаточен, обеспечен и человеческой массой, и имеющимся объёмом промышленного производства.

Создавая евразийские интеграционные объединения, мы это стоим на верном пути. Единственное, что нам осталось сделать, отказаться от веры в непогрешимость западной модели и глобальной экономики с её глобальным рынком. Надо сформулировать собственную культурно-цивилизационную евразийскую повестку дня, сосредоточившись на создании своей евразийской экономической цивилизации, своего собственного полюса.

Константин Черемных, писатель.

В своё время мы пытались строить образ будущего, в том числе экономического, работая над "Русской доктриной". И поддержали её предприниматели с Урала. Когда я работал над докладом об разрушительных изменениях в нашем законодательстве, то наткнулся на статью уральских юристов, которые рассматривали ситуацию в нашем праве. При изменении уголовно-процессуального законодательства из УПК исчезло слово "истина", исчезло понятие о том, что целью судопроизводства является установление истины, потому что новый кодекс составлялся для подведения нашего законодательства под гребёнку европейских стандартов.