История с географией, или Жизнь и приключения географических названий - Эдуард Вартаньян

Снова приступил к своей черной работе вулкан Везувий, уничтоживший при своем извержении в 79 году н.э. города Помпеи, Геркуланум и Стабию. До того как вновь ожила Этна, Везувий считался единственным в Европе действующим вулканом, принесшим окрестным жителям немало страданий и в XVII, и в XVIII, и в XIX веках, а в нашем столетии — в 1906 и 1944 годах. И теперь опять. Выбросы газа, серы и пепла всерьез беспокоят жителей Неаполя — соседа коварного Везувия. Римляне дали ему имя Везувий — «пар», «дым», противопоставив его Этне — «пламя», «огонь». Некоторые сейсмологи и вулканологи предсказывают скорое приближение катастрофы: легкие вулканические судороги колеблют почву, в подвалах домов повысилась температура, некоторые здания дают трещины.

Труды ученых сохранили для потомков воспоминания о страшном лавинном потоке, который в 1794 году исторгла из себя «пародымная гора», когда в огненном потоке погибло почти все население местечка Торре-дель-Греко в окрестностях Неаполя.

А известно ли вам еще о двух именитых огнедышащих горах? Одна из них — вулкан Попокатепетль в Мексике, близ ее столицы Мехико. Гора высокая, почитай с наш Эльбрус без малого. Изредка проявляет норовистость, но в основном тихо и постоянно коптит небо. Название сложено на языке науа (ацтеки и родственные им индейские племена) и традиционно переводится: или «Дымящаяся гора» — из попокани («дымить», «курить») и тепетль («гора»), или же «Гора того (божества), кто курит».

Но если Попокатепетль, покуривая, изредка заходится кашлем, то куда сложнее дело обстоит с Фудзиямой — горой-вулканом на японском острове Хонсю. Многие специалисты буквально с месяца на месяц ожидают рокового припадка у грозной святыни японцев — горы Фудзи, белоснежная шапка которой так хорошо видна токийцам и гостям столицы. На Японских островах в сотнях тысячах экземпляров разошлась книга любителя-вулканолога Масатоси Сагары, которую он озаглавил «Великое извержение Фудзи». Опираясь на научные изыскания, он предсказывал неминуемое в самое ближайшее время бедствие, которое превзойдет последствия землетрясения 1923 года, унесшего жизни около 150 тысяч токийцев. Версии о толковании названия Фудзияма различны: в основе айнское слово с понятием «огонь». Известно также, что японское яма — «гора». Японские топонимисты охотно расшифровывают имя примерно таким поэтическим образом: «неповторимая прелесть удлиненного склона, парящего в небе».

Собственно говоря, тема вулканов практически неисчерпаема. Тем не менее хочу еще напомнить о нашем камчатском вулкане по имени Безымянный — так некогда и нехотя его нарекли, потому что видели в нем всего-то угасшую навсегда сопочку, окольцованную ключевскими вулканами-великанами. Но вот в 1956 году «сопочка» заставила говорить о себе весь мир. Извержение вулкана было охарактеризовано как самая крупная вулканическая катастрофа XX века. И, добавим, самая безобидная, так как в той безлюдной местности не пострадал ни один человек. А между тем извержение обезглавило гору, а столб дыма и камней взметнулся километров на 40—50. Поведать о Килиманджаро — вулкане-красавце Африки, название которого возводят к словам из языка суахили и которое будто бы означает «Обитель божества холода». Но поручиться за образ и точность предложенного перевода — кто возьмет на себя такую смелость? Рассказать о многих других «работах» Гефеста будет чересчур: ведь на одной только Курильской гряде островов насчитывается 140 вулканов. Нужно лишь взять на заметку, что «бывшие», «спящие», «потухшие» могут, подобно Сент-Хеленс или Везувию, вздумать побеситься. Этого можно ожидать и от Эльбруса с Казбеком, и от вулкана Демавенд, что в виду жителей Тегерана, и каждого из сотен вулканов, что покоятся, например, на дне Тихого океана или на шестом, ледовом континенте.

А Гефест — божественный кузнец и Колебатель Земли — оказался легок на помине. Только что газеты принесли сообщение о том, что он вновь раздул свои горны на Этне и принялся за дело.

«Уж лучше бы Гефест побольше курил или ушел бы на заслуженный отдых», — скажет читатель. Ученый же возразит. Он напомнит, что именно вулканы стали колыбелью жизни. За миллиарды лет своей деятельности они образовали атмосферу, водные бассейны, земную твердь, способствовали возникновению первых живых существ. Такую гипотезу, правда далеко не общепринятую, выдвинул советский ученый с мировым именем геолог Е. Мархинин.

И все же: за работу, проделанную огнедышащими, удушливыми, лавистыми горами, — спасибо. Спасибо, как и за жизнь на Земле. Но хватит разрушать. Довольно авралов, Гефест. Человек хочет жить!

Однако нет мира и спокойствия и на других планетах Солнечной системы. Положим, на Марсе. Там есть свой Олимп, но повыше земного раз в девять. Высота этой вулканической горы 27 километров, а диаметр кратера — 500 километров. Выходит, и у нашего небесного соседа имеется свой марсианский Гефест? Улыбнемся и скажем: «А почему бы нет?»

Перечитал я «вулканическую» главу и заметил: упустил происхождение Сент-Хеленс. И шутники-американцы попросту заблуждаются. Вулкан наречен по имени барона, английского посла в Испании, которому ставили в заслугу предотвращение в 1790 году войны между Великобританией и Испанией. Под впечатлением дипломатического подвига своего соотечественника мореплаватель Джордж Ванкувер, исследователь побережья Американского континента, присвоил вулкану в 1792 году имя Сент-Хеленс. Вот теперь, кажется, все.

Эхо происшествия

Событийное содержание топонима, отражение в нем какого-то случая, происшествия, факта, хорошо прослеживается на ряде примеров, выхваченных из щедрой номенклатуры географических наименований.

Среди географических названий Австралии можно найти аборигенное Доомбал Воани — (место, где) «Человек умер от укуса змеи» и привнесенное английское, дословно: «Река разбитой бутылки» (какое, однако, «знаменательное» событие!).

В Мексике есть индейское (на языке кока) название местности. Перевод: «Там, где москиты искусали господина».

Этимологию названия правого притока реки Риони — Цхенисцкали объясняют как грузинское словосочетание из цхени («лошадь») и цкали («река»). В летописи говорится, что такое имя река получила после неудачного вторжения арабских завоевателей: шесть тысяч арабских скакунов поглотили воды быстрой реки.

Лакский топоним Ашура-Даргьу-Муралда — не более не менее как «Скала, с которой упала Ашура».

А вот история возникновения названия известной вам столицы Пномпень. Если верить старинной хронике, в один из весенних дней 1372 года некая вдова по имени Дон Пень, взглянув на разлившуюся реку (Меконг), заметила прибитое к берегу большое дерево. Когда с помощью соседей дерево было извлечено, Дон Пень обнаружила в его ветвях и в дупле одну каменную и четыре бронзовые статуи Будды.

Жители селения сочли необычную находку чудом. Они торжественно внесли фигурки божества в дом вдовы, находившийся на холме. Позднее на вершине этого холма построили пагоду. Буддийские жрецы поместили найденные изваяния в храм, освятили его и назвали Ват Пном Дон Пень («Пагода на холме Дон Пень»).

Прошли десятилетия или века (сведения весьма разноречивы), и король повелел перенести свой трон в это благословенное место. Стали строить новую столицу. А когда вырос дворец, помещение для свиты и город был обнесен мощной крепостной стеной, монарх и его окружение на лодках прибыли в новую столицу. Ее наименование укоротилось. «В год от рождества Христова 1434… король… отплыл в Пном Дон Пень». В русской дореволюционной географической литературе — Пном-Пенх. В наше время — Пном-Пень, с переходом в последнее десятилетие в Пномпень. Велика ли степень достоверности приведенной этимологии? Некоторые ученые склонны объяснять Пномпень более прозаически: просто калька кхмерского «Гора изобилия». Приведенный же нами рассказ изложен на основе «Камбоджийской летописи» — свода древних официальных хроник.

Альфа и Омега (ныне мыс Майси). Так назвал Колумб при своем втором плавании крайнюю восточную оконечность Кубы, после которой берег, «отклонившись на юг, принял направление на юго-запад». Название, по мнению историков-землеведов, должно было характеризовать мыс как начальную точку «Азии», если идти с востока, и конечную ее точку, если идти с запада. Напомним, что альфа и омега — первая и последняя буквы греческого алфавита и выражение «альфа и омега» имеет смысл: «начало и конец».

Здесь и дальше я частично опираюсь на работы известного советского географа Иосифа Петровича Магидовича, лекции и беседы которого мы, в прошлом студенты-гуманитарники МГУ имени Ломоносова, с благодарностью вспоминаем и поныне.