История с географией, или Жизнь и приключения географических названий - Эдуард Вартаньян

Эдуард Арамаисович ВАРТАНЬЯН

ИСТОРИЯ С ГЕОГРАФИЕЙ,

или

ЖИЗНЬ И ПРИКЛЮЧЕНИЯ ГЕОГРАФИЧЕСКИХ НАЗВАНИЙ

ПРО ЭТУ КНИГУ

Новая книга Эдуарда Вартаньяна, автора известных читателю книг о языке, создана с целью популяризации топонимики — особой комплексной науки, развивающейся на стыке языкознания, этнографии, истории и географии. Эта взаимосвязь и взаимозависимость разных наук вполне понятна.

Предмет изучения топонимики — географические названия — это слова, а словами занимается языкознание.

Но географические названия даются народом. А без знания культуры и быта народа нельзя понять особенности географических названий. Изучением жизни народов занимается особая наука — этнография.

Названия исторически изменчивы: они меняются в связи с изменениями и в языке, и в жизни народов. Поэтому изучение географических названий без помощи истории просто невозможно.

Кроме того, своеобразие названий часто определяется особенностями территории, и без знания этого наши представления о географических названиях объектов будут весьма неполными. Следовательно, топонимика не может обойтись без помощи географии.

Вот как много нужно знать, чтобы заниматься топонимикой, чтобы учитывать все стороны любого географического названия — топонима. Для топонимики важны данные всех наук, но на первом месте здесь все же стоит языкознание, ибо объект топонимики — географические названия (топонимы) — это прежде всего слова, точнее, их разновидность — имена собственные. Но ведь имена собственные не отделены непроходимой стеной от имен нарицательных, которые и являются главным объектом языкознания.

Я говорю о трудностях и сложности изучения географических названий, выяснения их этимологии (происхождения), а книга Э.А. Вартаньяна читается легко, и может показаться, что и топонимы изучать легко. Но дело в том, что в книге излагаются результаты большого числа исследований в четком, популярном освещении. Многие специальные, научные проблемы из истории языков опущены. Я об этом предупреждаю читателя потому, что заниматься топонимикой без предварительного знакомства с основами исторического языкознания только по образцу изложенных в этой книге занимательных топонимических историй невозможно.

В науке о географических наименованиях до сих пор много нерешенных и спорных вопросов. Автор показывает их сложность, обращает на них внимание читателей, как бы приглашая к решению таких задач в будущем, что возможно лишь после овладения основами истории языка и основами сопредельных с топонимикой наук.

Для тех, кто захочет расширить и углубить свои знания по топонимике, в конце книги приводится список рекомендуемой литературы. Указатель географических названий делает содержание книги более легко обозримым и превращает ее в своеобразный топонимический справочник.

Книга предназначается для школьников старшего возраста и учащихся ПТУ. Она, без сомнения, представит интерес и для всякого любознательного читателя.

В добрый час!

И.Г. Добродомов

Детям и внукам друзей по трудной военной судьбе

ОТ СОТВОРЕНИЯ МИРА…

Все течет, все изменяется…

Далекие наши пращуры рисовали планетарную модель следующим образом. Земля — тарелка: едина и неделима. Она — цельный массив суши, омываемый единым же Океаном-Рекой…

Но вот всматриваюсь в «Карту мира», изображенную итальянским монахом Фра Мауро в 1459 году. На ней с достоверностью обозначены контуры Европы и расположившиеся на ней страны. Довольно похожа на себя Африка, только усечена южная ее оконечность. К востоку от нее, стягиваемая Аравийским полуостровом, раскинулась самая крупная часть света — Азия. С ее тремя, одна за другой, Индиями, затем Серикой — Китаем, и, наконец, островом Чипангу — Япония — на краю Ойкумены. В Древней Греции словом ойкумена или эйкумэнэ от эйкос — «обиталище» обозначали известные грекам части обитаемой земли с центром в Элладе.

Любопытна эта карта тем, что все части суши тоже составляют одно целое, умещаются в одном полушарии, обрамлены водами единого Моря-Океана, сплошь покрывающего и подразумеваемое, потустороннее второе полушарие.

Одна из распространенных гипотез о геологической истории Земли предполагает существование в далеком прошлом единого праматерика — Пангеи, — окруженного единым океаном — Панталассом. Просто рай для нелюбознательных ребят — весь земной шар, а всего-то два топонима. Ни тебе островка, ни Робинзона. Лет этак 250 миллионов назад Пангея раскололась на две части — Лавразию и Гондвану. Лавразия объединяла нынешние территории Европы, Азии, Северной Америки и Гренландии. Гондвана — Африку, Индостан, Южную Америку, Австралию и Антарктиду.

Еще через многие миллионы лет продолжающийся раскол суши под влиянием приливов и центробежной силы, разбухания земного шара привел к образованию современных материков. Пространства между ними заполнились водами Мирового океана, разделившегося на Индийский и Атлантический.

Ученые-мобилисты, сторонники гипотезы постоянного смещения материков, уже сегодня могут заполнить многие графы «Метрики Земли» и рассчитать ее изменения в далеком будущем. 200 миллионов лет назад полуостров Индостан лежал далеко к югу от экватора. Континенты Европа и Африка, Северная и Южная Америка сблизились и продолжают сближаться. Разрыв между единой сушей привел к образованию Евразии и Северной Америки с разделительным Беринговым проливом.

В последние годы все более утверждается новая гипотеза, опирающаяся на плечи старой, классической. Дрейфуют не только и не столько материки, сколько держащие их на себе гигантские плиты из земной коры и мантии Земли. Сталкиваются плиты — и подземные судороги высекают огни вулканов, отдаются землетрясениями, сотворением горных систем. Расходятся плиты — и в высвободившееся пространство устремляются воды, возникают океаны.

То, что материки некогда составляли одно целое или находились очень близко друг к другу, подтверждается сходством их очертаний. Если Южную Америку «приложить» к Африке, то контуры берегов на большом протяжении почти совместятся. То же самое можно сказать об Африке, Европе, Гренландии и Северной Америке.

Спрашивается — а для чего, собственно, я рассказываю вам всю эту историю, не имеющую прямого касательства к науке о географических названиях?

На это отвечу вопросом. А что, Пангея — не топоним?

А Гондвана и Лавразия — не два суперматерика, имена которых требуют объяснения? Я уже не говорю о том, что знание любого предмета только тогда и основательно, когда идет оно от корня, в этом случае от генеалогического древа Земли, а таковы Пангея и Панталасс.

Да, так почему праматерик и праокеан получили такие имена?

Термин Пангея образован от греческих пан — «вся» и гея — «земля, суша». Он был предложен в 1912 году автором гипотезы о дрейфе материков, немецким геофизиком Альфредом Лотаром Вегенером. Его же новообразование Панталасс — от известного вам уже пан и таласса — «море».

Разрыв Пангеи привел к образованию двух обособленных частей суши. Земля в Северном полушарии была наименована Лавразией. Это имя — сложносокращенное слово, составленное из слов лавр(ентийский) и (Евр)азия. Первое дано по реке Святого Лаврентия в Канаде (или, точнее, по Лаврентийскому щиту — массиву, занимающему все пространство между Гудзоновым заливом и Великими озерами, вместе с полуостровом Лабрадор). Второй элемент аббревиатуры вам известен: таково имя материка, включающего территории Европы и Азии.

Южный гипотетический материк получил название Гондвана — по имени могучего племени гондов, издревле населявших области в Центральной Индии.

Вот какой шарик-то, на котором живем! По геологическим часам — весь порыв, весь движение. Дышит, развивается, полнеет, крутится-вертится. Советские исследователи подсчитали: ежегодно за счет космической пыли Земля прибавляет в весе на 40 тысяч тонн. Пустяки? Не скажите. Масса планеты непосредственно влияет на динамику геологических процессов, климат, течение времени. Ко всему прочему Земля испытывает воздействие лунных и солнечных приливов. Они хотя и медленно, но неутомимо замедляют вращение планеты. Полтора миллиарда лет назад Земля оборачивалась в два с половиной раза быстрее, чем сейчас. Удлинение суток также оказывает заметное влияние на климат, на жизненные циклы животного и растительного мира.