Министерство магии - Денис Стародубцев

— Софья, я работаю официанткой в кафе, в котором часто любил отведывать ваш отец. В один день он попросил меня отдать вам этот документ, если с ним что-то случится и вот я тут. Он чувствовал, что вас могут обмануть и не хотел этого допустить.

— Как же здорово, что ты пришла, дорогая Софья. Ну что же вы медлите, господин управляющий, читайте…

Старик дрожащими руками открыл бумагу

Управляющий делами поднялся с места, поправил очки на переносице и развернул пожелтевший свиток. Голос его был ровным, но в комнате чувствовалось напряжение — каждый в этой комнате ловил каждое слово.

— По воле покойного Александра Алмазова, — начал он, — главой рода назначается его законный сын — Демид Александрович Алмазов.

Брат и сестра, сидевшие напротив, переглянулись. Их лица вытянулись, будто кто-то выдернул у них почву из-под ног. Но управляющий не дал им времени на возражения и продолжил:

— В наследство переходит родовое имение и земли при нём, а также пакет ценных бумаг, приносящий небольшие дивиденды. Именно на эти выплаты и жил последние годы покойный.

Я слегка наклонил голову и скользнул взглядом по лицам «родни». Они явно ожидали другого исхода. Их губы дрожали от злости, но сказать было нечего.

— Таким образом, — подвёл итог управляющий, — отныне все права, обязанности и управление родом Алмазовых переходят к вам, господин Демид.

Я поднялся, не торопясь, чувствуя, как слова оседают в воздухе, как тяжёлый груз на плечах каждого присутствующего.

— Что ж, — произнёс я спокойно. — Значит, отныне я — глава рода. Пускай наследство и не богатое, но это наш дом и наша история. Я приму её такой, какая она есть.

Брат и сестра молча потупили взгляды, а управляющий слегка склонил голову, подтверждая: решение окончательно.

Я понимал, что все равно не останусь жить в Екатеринбурге, так как все мои мысли и будущее были связаны с Санкт- Петербургом и принял в тот момент самое правильно для меня решение.

— Ну что ж, братик и сестричка. Я принял одно важное решение. Я оставляю родовое поместье вам, в качестве вашей части завещания. Можете делать с ним, что захотите. Сам же я забираю все остальное и отправляюсь с этим в Санкт-Петербург. Это максимально выгодное для всех нас решение вопросов. Я вижу, как вы мне не рады и уж поверьте, сам не желаю больше оставаться тут и на минуту. Приготовьте мне повозку, я уезжаю.

Я видел, как они были недовольны моим решением, но это лучшее, на что они могли рассчитывать после того, как их коварный план разбился в дребезги. Видимо отец знал, каких змей он воспитал. Может и паренек живший до этого в моем теле был такой же, кто знает.

Повозку подали достаточно быстро, настолько сильно они хотели от меня поскорее избавиться. Я даже не попрощался и отправился на вокзал, по дороге заехав в банк, нужно было разобраться, что по итогу из денег я имею.

Нужно было разобраться с наследством — и в первую очередь с бумагами, что значились за отцом. По пути меня сопровождало странное чувство: с одной стороны, горечь от осознания того, что весь «родовой капитал» оказался скорее мифом, чем реальностью, с другой — твёрдое намерение выжать из этого хоть что-то.

В банке меня встретил молодой служащий, вежливый до чрезмерности.

— Господин Алмазов? Рад приветствовать вас, — сказал он, поклонившись чуть ниже, чем того требовал этикет. — Я уже ознакомился с делом вашего отца.

Мы прошли в кабинет, и он разложил передо мной аккуратные папки.

— Вот все активы, что числятся за вашим родом. По большей части это пакет облигаций и несколько старых акций. Доходы невелики, порядка пяти десяти тысяч рублей в квартал.

Я слушал, не перебивая, хотя внутри всё сжималось.

— А если я захочу всё это ликвидировать? — спросил я.

Служащий на секунду удивился, потом собрался и заговорил сухим банковским языком:

— Разумеется, вы вправе это сделать. После оформления бумаг и продажи активов итоговая сумма составит примерно пятьсот тысяч рублей.

Я кивнул, не показывая ни радости, ни разочарования. Полмиллиона — не те деньги, ради которых стоит устраивать семейные войны, но это был капитал. Пусть небольшой, но вполне достаточный, чтобы начать с нуля жизнь рода Алмазовых в моем лице в столице нашей Империи.

Подписав все бумаги о продажи бумаг в пользу предприятия, я вышел из банка с кожаной папкой, где лежало подтверждение о переводе денежных средств на мой счет.

После чего продолжил путь до вокзала в повозке. Странное чувство, меня вез тот же кучер, с которым я несколько месяцев назад отправился в академию магии. Попросил Кучера дать газу, чтобы ветер приятно обдувал моё лицо. Так сказать, прокатится с ветерком.

Мы добрались до вокзала, я дал ему тысячу рублей в качестве благодарности и отправился купить билет до Санкт-Петербурга. Ин повезло, Ближайший поезд отправился через пятнадцать минут.

В поезде на обратном пути я долго смотрел в окно, на серые поля и глухие деревни. В голове вертелась одна мысль: теперь у меня есть возможность хотя бы на время закрыть вопрос с деньгами. В Петербурге можно будет снять квартиру, спокойно обустроиться, а дальше — думать. Искать, куда вложиться, как приумножить капитал, а главное — с чего начать собственный путь.

Полмиллиона — не состояние, но достаточно, чтобы сделать первый шаг.

* * *

Санкт-Петербург встретил меня привычной смесью величия и хаоса. Дворцы соседствовали с трущобами, роскошь — с нищетой, а блеск Невского проспекта тянул к себе словно магнит. Но я приехал сюда не ради праздных прогулок.

Нужно было решать бытовые вопросы, как же я все это не очень любил. Сначала — жильё. Я снял просторную квартиру недалеко от Сенной. Не самая престижная часть города, зато удобная: рядом рынок, люди, шум, жизнь. Я не собирался отсиживаться в золотой клетке, мне нужен был доступ к самому сердцу города для удобной логистики.

Первые дни ушли на то, чтобы по нормальному обжиться. Книги, которые я купил у букинистов, посуда, минимум мебели, диван со спальным местом 2 метра на 140 сантиметров — всё это создавало иллюзию стабильности. Но я понимал: долго тянуть нельзя. Деньги утекают слишком быстро, и надо было придумать, чем заняться для стабилизации своей финансовой стороны.

Я начал думать, чем же можно заняться. Ходил по кабакам, трактирам и заведениям,