Свет иных дней - Стивен Бакстер

Кейт глубоко вдохнула и выдохнула.

– Будто надо мной висела бомба – и исчезла.

Бобби рассмеялся.

– Это он умеет. Кстати…

– Что?

– Я собирался вас пригласить как раз перед тем, как появился этот старый балбес. Приезжайте к нам поужинать. Может быть, нам удастся неплохо провести время, узнать друг друга получше…

Бобби продолжал мурлыкать, а Кейт перестала его слушать и сосредоточилась на том, что ей было известно о Хайреме Паттерсоне и «Нашем мире».

Хайрем Паттерсон, урожденный Хирдамани Пейтел, происходил из бедного семейства, проживавшего в болотистой местности на востоке Англии. В данное время эти земли исчезли, погрузились в волны Северного моря. Первое состояние он сколотил, применив японскую методику клонирования для производства ингредиентов лекарств, применявшихся в народной медицине и прежде изготовлявшихся из тигриных усов, лап, когтей и даже костей.

Эти вещества Хайрем начал поставлять китайским общинам по всему миру. Это принесло ему известность двух сортов: одни осыпали его упреками за то, что он такую тонкую методику употребил для столь примитивных нужд, а другие восхваляли за то, что ему удалось поспособствовать сбережению популяций тигров в Индии, Китае, России и Индонезии. (Не лишним будет упомянуть, что тигров на тот момент ни в одной из этих стран почти не осталось.)

После этого Хайрем резко сменил направление деятельности. Он придумал первый в мире удачный софт-скрин – гибкую систему передачи изображения на основе полимерных пикселей, способных испускать многоцветный свет. Успех софт-скрина принес Хайрему серьезную прибыль. Вскоре его корпорация «Наш мир» стала генератором продвинутых технологий, заняла ведущее место в области телевещания новостей, спорта и развлечений.

Но Британия была охвачена упадком. Она являлась частью объединенной Европы и была лишена орудий макроэкономической политики типа контроля за валютными курсами и процентными ставками да вдобавок не защищена достаточно интегрированной комплексной экономикой. Вследствие всего этого британское правительство не смогло сдержать резкий экономический спад. Наконец в две тысячи десятом году социальные беспорядки и климатический кризис вынудили Британию выйти из Европейского Союза. Соединенное Королевство распалось. Шотландия пошла своей дорогой. На протяжении всех этих событий Хайрем изо всех сил старался не растерять капиталы «Нашего мира».

Затем, в две тысячи девятнадцатом году, Англия и Уэльс, отдав Северную Ирландию Ирландии и отправив членов королевского семейства в Австралию, где их довольно тепло приняли, стали пятьдесят вторым штатом США. Благодаря преимуществам подвижности рынка труда, межрегиональным финансовым трансфертам и прочим защитным свойствам поистине объединенной американской экономики Англия начала процветать.

Но ей пришлось процветать без Хайрема.

Став гражданином Соединенных Штатов, Хайрем не пренебрег возможностью быстренько перебраться в Сиэтл, штат Вашингтон. На окраине этого города он с полным восторгом соорудил новую корпоративную штаб-квартиру – когда-то на этом месте базировался кампус компании «Майкрософт». Хайрем любил похваляться тем, что станет Биллом Гейтсом двадцать первого века. И действительно, его корпоративное и личное могущество на благодатной почве американской экономики возрастало в геометрической прогрессии.

Но Кейт отлично знала о том, что он – всего лишь один из сильных игроков на многолюдном и конкурентоспособном рынке. Сегодня она находилась здесь из-за того, что, как о том твердила молва и как только что намекнул сам Хайрем, он собирался продемонстрировать нечто новое, нечто такое, из-за чего способно измениться все на свете.

Бобби Паттерсон, в отличие от своего отца, вырос в упаковке его могущества.

Он учился в Гарварде, занимал различные посты в отцовских компаниях, вел роскошную жизнь международного плейбоя и считался самым желанным холостяком в мире. Насколько знала Кейт, Бобби ни разу не продемонстрировал ни единой искорки собственной инициативы, ни капли желания вырваться из объятий отца – а уж тем более превзойти его.

Кейт рассматривала его красивое лицо. «Вот птичка, которая счастлива в своей золоченой клетке, – думала она. – Избалованное богатенькое чадо».

И все же его взгляд заставил ее покраснеть, и она прокляла собственную биологию.

Она молчала уже несколько секунд, а Бобби все еще ждал от нее ответа на приглашение на ужин.

– Я подумаю, Бобби.

Вид у него стал озадаченный – словно он никогда прежде не слышал таких неуверенных ответов.

– Есть проблемы? Если хотите, я…

– Дамы и господа…

Все повернули головы. Кейт обрадовалась.

Хайрем поднялся на подиум, смонтированный у стены банкетного зала. За его спиной на гигантском софт-скрине появилось увеличенное изображение его головы и плеч. Он улыбался всем с высоты, словно милостивый бог, а над его головой витали дроны с кадрами со множества телеканалов «Нашего мира».

– Позвольте мне прежде всего поблагодарить всех вас за то, что вы пришли сюда, чтобы стать свидетелями исторического момента, а также – за ваше терпение. А теперь – шоу начинается.

Денди-виртуал в светло-зеленом мундире материализовался на сцене рядом с Хайремом. Его стариковские очки сверкали, отражая многочисленные огни. К нему присоединились еще трое – в розовом, голубом и алом мундирах, и каждый со своим музыкальным инструментом – трубой, гобоем, флейтой-пикколо[5]. Послышались отрывочные аплодисменты. Четверо музыкантов слегка поклонились и плавно отступили к площадке в дальней части сцены, где их ожидали ударная установка и три электрогитары. Хайрем с легкостью проговорил:

– Это изображение транслируется к нам в Сиэтл с телевизионной станции, расположенной неподалеку от Брисбена, в Австралии. В передаче сигнала помогают несколько спутников, и задержка составляет несколько секунд. С удовольствием сообщу вам о том, что эти ребята за последние пару-тройку лет заработали кучу денег. Их новая песенка «Позволь мне любить тебя» после Рождества была «номером один» в мире на протяжении четырех недель, и вся прибыль от продаж пошла на цели благотворительности.

– Новая песня, – насмешливо повторила Кейт.

Бобби наклонился к ней.

– Вам не нравятся «Ви-Фэб»?

– Да будет вам, – отозвалась Кейт. – Оригинал был в моде шестьдесят пять лет назад. Двое из этой четверки умерли до того, как я родилась. Их гитары и ударные настолько неуклюжи и старомодны в сравнении с новейшими группами, у которых музыка возникает из танца исполнителей… да и в любом случае все эти так называемые новые песенки – всего-навсего умело экстраполированный древний мусор.