Свет иных дней - Стивен Бакстер

Во враждебности Хайрема она не сомневалась, хотя тот и старался прятать ее под маской вежливости.

«Он знает, зачем я здесь», – решила Кейт.

Бобби вел себя тихо, ел мало. Невзирая на неприятную привычку избегать подолгу смотреть в глаза, он все-таки теперь словно бы больше замечал Кейт. Она чувствовала, что его влечет к ней, понять это было нетрудна – но к влечению явно примешивалось удивление. Быть может, ей удалось каким-то образом проколоть его неподатливую и скользкую шкуру, как она и надеялась.

«Или – что более вероятно, – подумала Кейт, – Бобби попросту озадачен тем, как на меня реагирует».

А возможно, все это были ее собственные фантазии и ей не стоило копаться в голове у других людей. Такую привычку у других она терпеть не могла.

– Не могу понять, – произнес Хайрем, – почему Полынь не могли обнаружить до две тысячи тридцать третьего года – объект диаметром четыреста километров? Да-да, я знаю, она находится за Ураном, но все же…

– Она необычайно темная и очень медленно движется, – объяснила Кейт. – По всей вероятности, это комета, но она намного крупнее любой из известных комет. Мы не знаем, откуда она взялась; возможно, существует целое облако таких объектов – где-то дальше Нептуна. Да в ту сторону никто особенно пристально и не смотрел. Даже система космического дозора сосредоточивает свое внимание на околоземном пространстве, на тех объектах, которые могут ударить по Земле в ближайшем будущем. Полынь была обнаружена компанией астрономов-любителей.

– Гм-м-м, – промычал Хайрем. – И вот теперь она направляется сюда.

– Да. Это случится через пятьсот лет.

– Но это еще так далеко. – Бобби махнул крепкой ухоженной рукой. – Наверняка есть какие-то планы на случай подобных непредвиденных обстоятельств.

– Какие планы? Бобби, Полынь – гигант. Мы не знаем ни единого способа, как можно было бы оттолкнуть эту тварь, – даже в теории. А когда этот камешек рухнет на Землю, прятаться будет негде.

– Мы не знаем ни единого способа? – сухо переспросил Бобби.

– Я имела в виду астрономов…

– А по вашему тону я уже почти представил себе, что вы ее и открыли.

Она была ему нужна. Так он отвечал на ее предыдущие уколы.

– Как легко спутать собственное достижение с тем, на которое надеются люди, верно? – Хайрем хихикнул. – А вы неплохо ладите, ребятки. Если уж между вами возникают споры… А вы, мисс Манцони, конечно, полагаете, что люди имеют право знать о том, что через пятьсот лет наступит конец света?

– А вы так не полагаете?

Бобби сказал:

– И вам безразличны последствия – самоубийства, подскок числа абортов, отказ от выполнения целого ряда проектов по защите окружающей среды?

– Я принесла плохую весть, – натянуто проговорила Кейт, – но не я принесла Полынь. Послушайте, если мы не будем информированы, мы не сможем действовать ни хорошо ни плохо; мы не сможем позаботиться о себе – за то время, какое у нас осталось. Правда, нельзя сказать, что перспективы у нас радужные. Возможно, самое лучшее из того, что мы могли бы предпринять, это отправить горстку людей в какое-нибудь более безопасное место – на Луну, на Марс, на какой-то астероид. Но даже это не станет гарантией сохранения вида, если только мы не обеспечим наличие размножающейся популяции. Спасутся, – тяжелым голосом произнесла она, – вне всякого сомнения, те, кто сейчас нами правит, и их отпрыски. Если только мы не очнемся от электронного наркоза.

Хайрем оттолкнулся от стола и загоготал.

– Электронный наркоз! Как это верно сказано! То есть – покуда средства для наркоза продаю я. – Он посмотрел на Кейт в упор. – Вы мне нравитесь, мисс Манцони.

«Лжец», – подумала она и сказала:

– Благодарю вас…

– Зачем вы здесь?

Последовала долгая пауза.

– Вы меня пригласили.

– Шесть месяцев и семь дней назад. Почему же только сейчас? Вы работаете на моих конкурентов?

– Нет, – вспыхнула Кейт. – Я – свободный художник.

Он кивнул.

– Тем не менее что-то вам здесь нужно. Сюжет, естественно. Полынь уже становится достоянием прошлого, и вам нужны свежеиспеченные триумфы, новые масштабы. Этим живут такие люди, как вы. Разве нет, мисс Манцони? Но что бы это могло быть такое? Наверняка – ничего личного. В моей жизни слишком мало того, что не освещено в средствах массовой информации.

Кейт осторожно проговорила:

– Осмелюсь заметить, несколько моментов существует. – Она вдохнула поглубже. – Я слышала, что у вас имеется новый проект. Новая область применения «червоточин», далекая от простых инфопроводов, которые…

– Вы явились сюда, чтобы разнюхать факты, – заключил Хайрем.

– Будет вам, Хайрем. Весь мир опутан вашими «червоточинами». Если бы я могла охватить остальное…

– Но вам ничего не известно.

«Я тебе покажу, что мне известно». Кейт возмутилась.

– Вы родились под именем Хирдамани Пейтел. Но еще до того, как вы родились, семья вашего отца была вынуждена бежать из Уганды. Этнические чистки, так ведь?

Хайрем был готов испепелить ее взглядом.

– Это все знают. В Уганде мой отец был банковским менеджером. В Норфолке он водил автобусы, поскольку никто не пожелал признать его квалификацию.

– Короче говоря, в Англии у вас особых радостей в жизни не было, – напирала Кейт. – Вы не смогли преодолеть расовые и классовые барьеры. И тогда вы уехали в Америку. Вы отреклись от имени, полученного при рождении, и приняли его англизированную версию. Вы приобрели известность как типичная модель поведения азиатов в Америке. И все же вы отрезали себя от своих этнических корней. Обе ваши жены были американками англосаксонского происхождения.

Бобби широко раскрыл глаза.

– Обе… жены?! Отец…

– Семья – это для вас все, – холодно продолжала Кейт, старательно удерживая внимание отца и сына. – И похоже, с помощью Бобби вы пытаетесь здесь создать династию. Возможно, это связано с тем, что вы ушли из семьи, бросили своего отца в Англии.

– Ах! – Хайрем театрально всплеснул ладонями, вымученно улыбнулся. – А я-то все гадал, когда же наконец к нашему застолью присоединится папаша Зигмунд! Так вот какой у вас сюжет. Хайрем Паттерсон создает «Наш мир», поскольку чувствует вину перед отцом!

Бобби нахмурился.

– Кейт, о каком это новом проекте вы говорите? «Неужели Бобби на самом деле не знал?»

Не сводя глаз с Хайрема и наслаждаясь нежданной властью над ним, Кейт проговорила:

– Проект настолько значительный, что ваш отец вызвал вашего брата из Франции.

– Брата…

– Настолько значительный, что он пригласил в качестве партнера-инвестора Билли-боба Микса. Микса, основателя «Мира Откровения». Вы слышали об этом, Бобби? Об этой новейшей замороченной и высасывающей денежки извращенческой религии, которая увлекла жалких легковерных граждан Америки…