Сказание первое: Клич Ворона - Алина Белова

- Да скрепит кровь наш договор перед ликом Луны, — повторил он за девушкой, чувствуя, как горячая кровь капает с пальцев Арраги ему на ладони.

Вырвавшийся из горла волколаков вой пронёсся над вершинами деревьев, заставляя испуганных ворон взмыть в небо. Этот клич служил кровавым приглашением для остальных Ночных Певцов, и Эвар чувствовал, что совсем скоро лисье княжество изменится. Прав ли был его отец, решив заключить договор с бездумными тварями, жаждущими крови? В любом случае, это уже не их проблемы. С такими союзниками… Единственными, кому теперь следовало бояться, были западные княжества. Эвар уже видел, как острые когти Арраги потянулись в сторону давно забытых земель, желая вернуть им их законного хозяина. Но у Востока было на этот счёт другое мнение.

«Что может быть проще, чем использовать бездумных тварей для своих целей?» — усмехнулся в глубине души Эвар, сохранив на лице маску ледяного спокойствия. Договор был скреплён.

Июль

Деревянные мечи с треском обрушились друг на друга. Алак отступал под натиском своего противника, мысленно прокручивая в голове всё то, что рассказывал ему наставник. Джакал в бою полагался только на волю случая, напрочь забывая обо всех уроках и тренировках, так что сражаться с ним было легче, чем с остальными учениками. Этот мальчишка всегда бился яростно, остервенело, пытаясь достать противника, чего бы это ему ни стоило. Само слово «тактика» было для него пустым звуком. Мечи скрестились вновь, но и на этот раз Алаку удалось отбить атаку своего товарища по оружию.

За сражением наблюдали ещё трое учеников: Ньёр, Эйд и Селека. Впрочем, последняя нисколько не интересовалась происходившим на тренировочной площадке и посматривала в сторону мальчишек только для виду, словно оказывая им огромную честь. Её куда более интересовала книжка, лежавшая у неё на коленях, и то, как скоро должны были начать звать на обед.

Селека была единственной девушкой на военном курсе Академии и очень гордилась этим. Женщин-воинов не слишком любили, их можно было пересчитать по пальцам. Но многие признавали, что у молодой княжны был талант. Впрочем, сама она никогда на военный курс, где издавна учились только мальчики, не пробилась бы. У её отца, князя Хаварда Гвайра из рода Леопардов, были хорошие связи, позволявшие ему потакать прихотям дочери. А Селека была единственным ребёнком в семье. Это отразилось и на её характере. Порой просто находиться рядом с молодой княжной было невыносимо.

Для девушки она была очень даже недурна: длинные золотистые волосы и чистые голубые глаза, аккуратное личико, которое искажала лишь надменная улыбка. К тому же, Селека уже была в возрасте, когда молоденьких девушек выдавали замуж. Ей следовало бы, как и всем княжнам её лет, учиться быть настоящей женщиной, а не играться в воина, как деревенский мальчишка. Но Гвайр не слушала никого. Для неё существовала лишь Академия, оружие и слепая вера в Свет, бога, которого почитала её семья.

Снова раздался треск мечей, и на этот раз импровизированный вражеский клинок довольно ощутимо ударил Алака по колену. Мальчик поморщился и попытался контратаковать, но Джакал ловко увернулся, уходя от удара. Кажется, наставник остался этим доволен, хоть и не подал виду.

Ньёр наблюдал за происходящим с каменным лицом. Впрочем, он вообще редко проявлял какие-либо эмоции, сильно напоминая хладнокровную змею, которая очень кстати находилась на гербе его рода. Пеплохват, как ещё называли мальчишку, был довольно высоким и в восемнадцать лет ростом превышал даже своего наставника по оружию. Из всей компании именно Ньёр первым привлекал внимание из-за своей довольно непривычной для Запада внешности: смуглая кожа, чёрные как уголь короткие волосы и тёмно-карие глаза, почти не отличимые по цвету от зрачков. Он и одевался совсем просто, предпочитая штаны-шаровары и лёгкий жилет, прикрывавший плечи и грудь.

Благородная семья Питонов, из которой происходил Ньёр, когда-то правила Вэлном, землями на юге Сангенума. Но после падения Империи Ворона более пятидесяти лет назад Змеи бежали в Фабар и с тех пор жили в небольшом княжестве Ширте, прозванном в народе Гадюшником. Фабарцы не доверяли Питонам, и Алак часто замечал, какими взглядами люди смотрели на Ньёра, когда тот проходил по коридорам Академии. Но молодой змеиный князь будто не видел их. Он оставался холоден и предельно спокоен, словно настоящая хладнокровная змея, которой нет дела до этих низших созданий.

Когда Алак больно стукнул Джакала по локтю, Ньёр приглушённо усмехнулся. Яван, их наставник по оружию, одобрительно кивнул головой, примечая, что в бою с настоящими мечами Джакал уже лишился бы руки. Но деревянные палки оставляли только большие фиолетовые синяки, от которых руки и ноги ныли после каждой тренировки.

Эйд Траин, из неприметного рода Камышового Кота, был самым тихим среди ребят. Его тёмные короткие волосы почти всегда стояли торчком, а голубые глаза горели энергией… которая очень редко находила выход из-за замкнутости юноши. Эйд не был активным, предпочитал сначала продумывать свои действия. Но при этом он с большим трудом запоминал имена, названия, мог легко заблудиться в четырёх стенах и обладал невероятной неспособностью к изучению иностранных языков. И этот мальчишка был наследником княжеского рода Траинов. Его отцу не повезло, что у него был лишь один сын и три девчонки.

Алак и Джакал были последними из этой пятёрки. Они очень напоминали друг друга внешне — черты лица, светлые волосы, только у Алака кудри были немного длиннее, а глаза имели насыщенный васильковый цвет. В схожести мальчишек не было ничего удивительного, ведь эти двое приходились друг другу двоюродными братьями. Джакал был наследником княжества Альвишей из рода Сельвигов, Алак же должен был наследовать после своего отца, князя Таодана, княжество Воронов. У них двоих было много общего. Оба мальчика недавно справили свои шестнадцатые именины. Они даже носили похожие накидки — только у Алака она была синего цвета с золотым вороном на груди, а у Джакала — серая, с красной птицей сельвигом.

Ещё один удар — и меч вылетел из руки Альвиша. Он совершенно не ожидал этого и вскрикнул, когда Алак бросился на него и повалил на землю. Конец деревянной палки уткнулся Джакалу в шею, и мальчик испуганно захлопал глазами. Яван, стоявший неподалёку, одобрительно захлопал в ладоши, и молодой Ворон помог подняться своему кузену на ноги. Оба были в пыли, уставшие, грязные и побитые, но вполне довольные. Из всех ребят только Селека постоянно ныла после тренировок, жалуясь на боль в руках и ногах.