Пандемийный дневник, или 96 дней «изоляции» - Анна Круглова

Секрет малого числа инфицированных прост – у заболевших не берут анализы на COVID-19. Гениальное решение: нет анализов – нет ковида. Лучше придумали только в Киргизии, где запретили слово «коронавирус».

Вообще, в пандемийной терминологии можно запутаться. Кто-то сидит на карантине, кто-то на самоизоляции, а Путин подписал закон, наделяющий правительства регионов самостоятельно вводить режим ЧС в период обострения ситуации с коронавирусом. Внесу же ясность, чем отличаются режимы чрезвычайной ситуации, карантина и самоизоляции.

Чрезвычайная ситуация – это обстановка, сложившаяся в результате, например, опасного природного явления (читай коронавируса), которая влечет за собой серьезные человеческие жертвы, ущерб окружающей среде и материальные потери. Вводить ЧС имеет право правительство, МЧС и особые комиссии. Если ЧС по своей значимости достигает общенародного значения, то могут ввести режим ЧП, который позволяет ограничивать конституционные права и свободы граждан.

Карантин – комплекс мер, препятствующих распространению инфекции. В условиях пандемии коронавируса человек обязан соблюдать карантин, если контактировал с заболевшим COVID-19 или вернулся из стран с неблагоприятной эпидемиологической обстановкой. Срок изоляции на карантине – 14 дней. Людям запрещено выходить из дома, по возможности следует находиться в отдельной комнате. При условии нарушения карантина человека могут принудительно отправить в стационар или наказать штрафом в 4—5 тысяч рублей. За повторное нарушение – 40—50 тысяч рублей.

Термина «самоизоляция» в законодательстве нет, слово символизирует добровольный отказ от посещения общественных мест и контактов с другими людьми, чтобы сократить распространение вируса.

Несмотря на то, что термина нет, нарушители режима самоизоляции могут получить 15 суток административного ареста или штраф от 500 до 1000 рублей.

1 апреля 2020 года

В Москве закрыли крупные парки. Возможно, парки – места безопасные, но до них нужно добраться, преодолев полные заразы подъезды, спуски по лестнице или лифты, где неосторожного любителя подышать воздухом парка подстерегает коронавирус. Заодно с парками заперли общественные туалеты. Коммунальщики решили, люди должны сидеть по домам или в иных местах, где есть уборные. Поскольку общественные места, где можно справить нужду, тоже в опале, работающие граждане смогут достичь окончательного совершенства в умении ждать и терпеть.

Лаборатория, где я работаю менеджером, всю неделю была закрыта, сотрудники сидели дома, свято чтя указы президента об объявлении нерабочих дней. Мы не медицинская и не фармацевтическая организация и не предприятие непрерывного цикла, для которых в указе были сделаны исключения.

Неделя самоизоляции далась нелегко. Дело не в страхе заразиться, а в том, что полностью нарушился привычный ритм жизни. Раньше из стабильно-постоянных вещей у меня были работа, тренировки шестовой акробатикой (прости господи, пол-дэнс) и йогой, уроки английского и общение с людьми. Одним махом я лишилась всего. Как ни старалась сидеть дома, тяга к внешним активностям оказалась сильнее меня – я выходила на улицу каждый день. В оправдание могу сказать, что пыталась дистанцироваться подальше от других людей и чаще мыть руки.

Очевидный плюс недели самоизоляции – вымыла все окна и сделала уборку в игнорируемых мной ранее местах квартиры. Выкинула пять мешков мусора.

По телевизору каждый день новые сводки с коронавирусного фронта. Общая тенденция привычна, в загнивающих Европе и Америке дела совсем швах, барахтаются бедняги как умеют. Надо помочь братьям по несчастью, отправить гуманитарку в виде медицинских масок, дезинфицирующих средств и аппаратов ИВЛ в комплекте с врачами.

У нас, как обычно, все хорошо, ситуация под контролем. Вовремя подготовились, закрыли границы, ввели самоизоляцию. Вы, главное, исполняйте свой гражданский долг, сидите дома, не шляйтесь по улицам. В Северной Корее, говорят, тоже все хорошо.

«Над родною над отчизной бесноватый снег шел,

Я купил журнал «Корея», там тоже хорошо,

Там товарищ Ким Ир Сен, там тоже, что у нас,

Я уверен, что у них то же самое,

И все идет по плану,

Все идет по плану…»2

2 апреля 2020 года

Новым указом президент повелел до 30 апреля считать все дни нерабочими. С компенсацией заработной платы за счет работодателей. Целый месяц! Вечная весна в неодиночной камере…

Больше всего меня пугают две вещи.

Первая – экономические последствия апреля строгого режима.

Наш велемудрый президент возвестил его нерабочим в попытке остановить распространение коронавируса и добавил, что работники должны получать зарплату. Множество регионов ввели режим самоизоляции, приказав жителям оставаться дома, Ярославская область не в их числе, но мало какие организации могут работать.

Директор лаборатории сразу объявил, что за прошлую неделю простоя мы получим только треть от положенного оклада. Президент почему‑то не сказал, где частным предпринимателям брать деньги на зарплату сидящим дома сотрудникам при отсутствии выручки.

Также Путин говорил о необходимости сохранения рабочих мест, но за счет чего могут сохраняться рабочие места в сфере общепита, гостиничного, туристического и прочего бизнеса, президент опять же не сообщил.

Хотя позитивные моменты, конечно, есть. Москвичам, потерявшим работу из-за коронавируса, обещано ежемесячное пособие в размере 19 500 рублей. Жителям остальных регионов обещано светлое будущее, надо лишь немного потерпеть.

В глобальном плане теперь перед нами маячит множество проблем. Введение нерабочего месяца ударит по малому и среднему бизнесу. Бизнес не будет работать, не будет выручки, работодатели не смогут платить зарплату, столь щедро обещанную президентом. Отменять арендную плату для них нет оснований. Закроются и, возможно, никогда не откроются тысячи кафе, ресторанов, баров, салонов красоты, фитнес-центров. За малым и средним бизнесом подтянется вся экономика страны.

У меня эгоистично-шкурный интерес, я переживаю, что меня могут уволить. Как искать новую работу и ходить по собеседованиям, если Ярославль официально введет самоизоляцию? Да и кем работать?

Позже я поспешила со своим экономическим страхом. На продуктовом магазине «Дикси» около дома уже повесили объявление: «Если вы потеряли работу из-за пандемии, приходите работать к нам кассирами и грузчиками».

Спасибо, благословенная администрация «Дикси». Ты вселяешь надежду в истерзанное тревогой сердце человека с высшим фармацевтическим образованием. Работа кассиром в супермаркете для меня всегда найдется.

Второй страх эгоистичный и, в отличие от паники по причине развала экономики страны, может реализоваться уже в конце месяца. Боюсь, что ситуация с заразившимися будет ухудшаться по экспоненте, власти введут чрезвычайное положение, закроют не только страну, но и города. Жителям запретят выходить из дома под любым предлогом. За неповиновение, как в Индии, полицейские будут бить дубинками. В лучшем случае. В целях исполнения сего на подмогу полицейским призовут армию. А у меня рассада сортовых помидоров на подоконнике, семена которых я собирала по всей России. В красках представляю себе, что не могу покинуть пределы города, чтобы посадить их на даче. Растения томатов перерастают, вытягиваются, бледнеют, грустно зацветают. Я, не в