У истоков древнерусской народности - Петр Третьяков

Еще совсем недавно, в конце 40—начале 50-х годов, наиболее ранними бесспорно славяно-русскими древностями, исследованными археологами, были курганы и остатки поселений IX–X вв. Восточнославянские древности предшествовавших столетий оставались почти неизвестными; они не были отделены от восточнобалтийских и других древностей. История восточных славян в I тыс. н. э., основывающаяся на археологических данных, представляла собой область мало обоснованных гипотез, нередко исключавших одна другую.

В ходе археологических исследований, проведенных в послевоенные десятилетия в Среднем Поднепровье, поречье Южного Буга и бассейне Днестра, были отысканы и исследованы многочисленные и не вызывающие никаких сомнений славянские древности второй половины I тыс. н. э. — места поселений и могильники. Их изучение позволило определить некоторые известные ранее находки, прежде всего богатые среднеднепровские клады V–VIII вв. Соображения (гипотезы) о более ранних периодах в жизни восточных славян в результате этих исследований приобрели значительно большую конкретность и определенность.

В области Верхнего Поднепровья и по его периферии подверглись исследованию многочисленные поселения и городища восточных балтов I тыс. до н. э. и I тыс. н. э. В итоге открылась перспектива изучения балто-славянских отношений и их главного результата в области Поднепровья — ассимиляции восточных бал-тов, слияния их со славянами в ходе образования известных по летописи древнерусских группировок. В связи с этим выявилось кое-что новое и в древней истории финно-угорских племен Волго-Oкскогo междуречья, восточных соседей днепровских балтов.

Но далеко не все вопросы, относящиеся к истории образования древнерусских раннесредневековых группировок и древнерусской народности, получили законченный ответ. Исследования этой темы продолжаются. В настоящей книге будет сделана попытка осветить три вопроса, относящиеся к ней: расселение славянских племен в области Поднепровья и его периферии, когда славяне встретились с балтами; древнейшая Русь — основное ядро древнерусских народности и государства; роль финно-угорских племен севера Восточной Европы и восточной части Волго-Окского междуречья в формировании древнерусской народности.

СЛАВЯНЕ И БАЛТЫ В ПОДНЕПРОВЬЕ

О древних славянах[10]

Судя по историческим, филологическим и археологическим данным, восточнославянские группировки не были исконными обитателями всей той огромной территории, в пределах которой сформировалась раннесредневековая древнерусская народность. Им принадлежала в древности лишь ее юго-западная часть, В первобытной истории восточных славян имелся период, в течение которого они значительно расширили пределы своих земель. С этого периода — времени «великого славянского расселения» — начинали историю Древней Руси многие исследователи, отечественные и зарубежные.

Если факт славянского расселения никогда не вызывал и теперь не вызывает каких-либо сомнений, то конкретная история расселения: его хронологические рамки и масштабы, его причины и «движущие силы», границы плацдарма, откуда оно началось, — все это относится к области дискуссионных вопросов, среди которых лишь немногие нашли в последнее время более или менее согласованное решение. Еще далеко не ясным остается вопрос о происхождении славян, о началах их исторического бытия. Разъяснение древнейшей истории славянских племен не входит в задачу этой книги, посвященной исторической тематике более позднего времени, главным образом кануна средневековья. Но несколько слов по этому поводу сказать необходимо, иначе не будут ясными исходные позиции автора.

В результате исследований последних десятилетий выясняется, что древняя территория славянских племен лежала в средней полосе Европы, севернее и северо-восточнее Карпат. В ее границы на западе входили бассейн верхнего и среднего течения Вислы и, может быть, верховья Одера. На востоке славянам принадлежали земли в Правобережье Среднего Днепра, в зоне лесостепи и леса, ограниченные с севера течением Припяти. Здесь, на берегах Днепра, в I тыс. до н. э. и в начале н. э. славяне сталкивались с западными иранскими племенами, сначала скифами, а позднее сарматами. На юге, в Прикарпатье, лежали области древних фракийцев. Соседями славянских племен на западе были когда-то иллирийцы, а затем кельты и германцы. Наконец, севернее славянских пределов, за Припятью, в Верхнем Поднепровье и в областях, примыкающих с юго-востока к Балтийскому морю, жили многочисленные племена балтов — предки литовцев, латышей, пруссов и средневековых ятвягов, а также днепровские балты, смешавшиеся со славянами в раннем средневековье. Их соседями на севере и востоке являлись древнейшие обитатели восточноевропейских лесов, племена финно-угорской группы.

Такова в самых общих чертах древняя этногеографическая картина Средней и Восточной Европы приблизительно двухтысячелетней давности, основанная на скудных сообщениях современников — историков и географов рубежа и начала нашей эры, главным же образом на материалах сравнительно-исторического языкознания, гидронимии и «лингвистической географии», а также на археологических данных.

Известия о славянах-венедах, приведенные греческими и латинскими авторами — Птолемеем, Тацитом, Плинием и др., являются крайне неопределенными и во многих отношениях спорными. Из них можно заключить, что многочисленные племена венедов, по своему образу жизни отличавшиеся от сарматского населения степей и близкие германцам, на рубеже и в первых веках нашей эры обитали в лесах между Карпатами и «Венедским заливом Северного океана», т. е. Балтийским морем, по обе стороны Вислы, главным образом на восток от нее. Через их земли по Висле проходил торговый путь, связывавший римские владения с южным побережьем Венедского залива, Янтарным берегом, где издавна добывали янтарь.

Границы земли венедов на основании этих известий не могут быть обозначены на карте хотя бы приблизительно. Остается неясным отношение к ним многих других племен, известных только по наименованию, помещенных древними авторами к северу от Карпатских гор. Трудно сказать даже, насколько справедливой и бесспорной является идентификация венедов и древних славян. По сообщению Иордана, историка VI в. н. э., и некоторым другим сведениям, венеды — это древнее наименование славян. В этом значении этноним «венеды» сохранялся в Средней Европе до позднего средневековья. Но весьма возможно, что в древности, на рубеже и в начале нашей эры, венедами называли не только славян, но и других восточных соседней германцев, в частности бал-тов, по образу жизни отличавшихся от кочевников-сарматов.

Более обстоятельными являются данные о размещении древних славян и соседних с ними европейских племен, полученные в результате изучения отразившихся в языках контактов и связей между различными племенами. Так, в славянских и балтийских языках имеется ряд общих особенностей, восходящих к далекому прошлому и свидетельствующих, что эти племена столетиями жили по соседству друг с другом. В балтийских языках налицо следы древних контактов с финно-угорским миром, которые еще более отчетливо отразились в материалах финно-угорского языкознания. В славянских же языках следов таких контактов не наблюдается. Отсюда следует, что в древности славяне и финно-угры не имели общей границы, их отделяли друг от друга балтийские племена. Очевидно, славяне жили южнее и юго-западнее балтов. В свою очередь славянские языки содержат отдельные иранские элементы, в балтийских языках почти не представленные. Значит, славянам принадлежали области, отделявшие западных иранцев (скифов и сарматов) от поселений балтов. Таким же образом устанавливается, что область древних славян лежала между землями балтов и владениями кельтских племен, что те и другие — славяне и балты — граничили на западе с германцами и т. д. В результате сопоставления всех этих наблюдений с известиями древних авторов появилась возможность представить уже более или менее определенную этногеографическую картину древней Европы (рис. 1).

Рис. 1. Древнейшая славянская область в Средней и Восточной Европе по историческим и филологическим данным.

Особенно существенным было то, что основные контуры этой картины совпали с данными, полученными в итоге изучения топонимики и гидронимии — наименований рек, озер и урочищ, восходящих нередко к глубокой древности и веками сохранявших свою этническую специфику.

Оказалось, что старые славянские гидронимы лежат широкой полосой в Центральной и Восточной Европе, от Среднего Днепра на востоке и до Одера на западе, т. е. в тех самых пределах, которые и по другим данным связываются с древними славянами. За Припятью начинается область балтийской гидронимии, охватывающая все Верхнее Поднепровье, Понеманье, большую часть поречья Западной Двины и Юго-Восточную Прибалтику. Очень хорошо прослеживается граница балтийских и финно-угорских гидронимов, идущая от Рижского залива на восток к верховьям Волги и дальше по Волго-Окскому междуречью в юго-восточном направлении к устью Москвы-реки и еще далее на юг. В Среднем Поднепровье имеется некоторое количество иранских гидронимов, вероятно, сарматского происхождения. Они сохранились в славянской среде, в области древних контактов славян с западными иранцами. На западе, по Одеру и Эльбе, в Ютландии и южной части Скандинавского полуострова, распространена древнегерманская гидронимия, а в южной части Центральной Европы — по верхнему течению Дуная, где жили кельтские племена, — кельтская гидронимия и топонимика.