Спорим, ты меня полюбишь?! - Алла Биглова

Не учёл ведь, что эта бестия любила споры, жить не могла без дискуссий и обожала доказывать свою правоту. Вот так неожиданно я поспорил с ней на свои же чувства. Какая ирония, они жили во мне уже без малого шесть лет!

Ну, что ж! Удачи ей в пари, в котором она заранее проиграла. Осталась только одна маленькая загвоздка: как показать и доказать ей, что я её люблю?!

Лина

Меня нагло подловили на моей любви к спорам. Осознала на что я согласилась только, когда за Стасом захлопнулась дверь — он попросил не затягивать и спустится к обеду, иначе лично поднимется ко мне с едой, свяжет и покормит как маленькую девочку.

Удивлённо уставилась на него, но тактично промолчала, не рискнув и вякнуть: мало ли, что этому придурку в голову могло прийти. Вдруг, не шутил и действительно решил меня накормить столь извращённым образом?! К счастью, подмигнув мне, он всё-таки оставил меня в покое. Ненадолго, но оставил.

Мельком оценила себя в зеркале. Длинные рыжие вьющиеся волосы, которые Стас давно рекомендовал мне отрастить. О, я помнила, но не хотела признаваться в его правоте! Карие глаза, миниатюрный носик… Да, я симпатичная, и мою хорошесть сейчас особенно поддерживает женственное лёгкое платье.

Подскочила к шкафу, оценив старый гардероб, который я не забирала отсюда. Долго не решалась на преображение, а затем сдалась: надела любимые дранные бриджи и ярко-красную майку, зацепила волосы в хвостик и снова посмотрела на себя в зеркало. Вот, теперь я снова настоящая пацанка!

Одежда села, как влитая, и это было ещё одной причиной для гордости: я не сильно поправилась за три года жизни в общаге. Но, разве там можно набрать вес?!

Спустилась в гостиную, где Стас уже разогрел вермишель с мясом, налил вишнёвый компот и накрыл на стол. Тётя Катя основательно подготовилась к моему приезду, и это было приятно.

— О, я смотрю, ты вернулась в своё привычное амплуа? — усмехнулся Стас, окинув меня взглядом, который мне в очередной раз не понравился.

— Ну, мне не очень понравилось, что ты на меня слюнками капаешь, так что… — сделала паузу, улыбнувшись, — пришлось пойти на крайние меры.

— Тогда надень паранджу, сестрёнка. Я всегда говорил тебе, что ты симпатичная, — хмыкнул он, а меня аж в дрожь бросило.

Стас сейчас подколол меня или сделал настоящий комплимент? От души? Неужели, и в правду так считал?

Но я не поверила этому наглому хитрецу. Разве ему вообще можно было доверять? Он делал всё только ради своей выгоды. И сейчас наслаждался, упивался тем, что издевался надо мной.

Пообедали мы в полной тишине. Я оказалась мудрее и взрослее и не стала отвечать на его колкость.

— Оставь тарелку в раковине, Лин. Я помою, — кивнул Стас. — Ты, наверняка, устала после перелётов. Я после них так вообще сам не свой.

— Что за напускная заботливость? Что-то замышляешь? — недоверчиво прищурилась, желая раскрыть его, вывести на чистую воду.

— Нет, что ты. Ни капли, — и снова этот любимый жест: парень вновь показал свои ладони.

Кивнула и повиновалась. Хотела уйти в спальню, но не смогла: наше нелепое пари не давало мне покоя. Остановилась в проходе и обернулась:

— Ты знаешь, ты меня подловил на споре. Я поступила очень глупо и нелепо, поддавшись порыву. Ты очень хорошо меня знаешь и умело расставляешь крючки, — начала издалека, ещё не зная, как отказаться.

— Хочешь съехать? — подсказал мне Стас.

— А ты догадливый! Единственное твоё хорошее качество, — подстебнула я парня в отмеску.

— Не получится, сестрёнка, — лениво растянул Стас. — Идти в пари до конца — это дело чести. Или ты признаёшь, что проиграла?

— Ни за что! — мгновенно вспыхнула я. Прямо почувствовала, как мои рыжие волосы полыхнули на солнце. Ох, как же сильно я хотела сжечь этого гада, но, к сожалению, не была ни его палачом, ни святой инквизицией. — Я просто не знаю, как соблюдать правила твоего нелепого спора.

— Ну, тут ты права. Правил пока что нет, но мы можем вечером после ужина их составить. И даже, если хочешь, составим договор. Распишем всё до мельчайших подробностей и поставим подписи, — кажется, Стаса вообще было невозможно хоть чем-то смутить или возмутить. Он оставался спокойным и даже немного флегматичным.

— Как в пятидесяти оттенках серого? — фыркнула я, поморщившись.

Стас не ожидал такого сравнения и тоже поморщился, не скрывая своего отвращения к данному произведению. Тут он был солидарен со мной: мы оба ненавидели эту книгу, вернее того хайпа, что она в своё время вызвала. Я была подростком, Стас был чуть постарше, но это являлось чуть ли не единственным, что не вызывало у нас спора и ругани.

— Там был договор на псевдо-романтику и на очень неверно показанный БДСМ. Это точно к нам не относится, — Стас улыбнулся, видя то, как я облегчённо выдохнула. — Просто спор. Скажем, на желание?

— Ты же прекрасно знаешь моё! — выкрикнула я, скрестив руки на груди.

— Никогда больше не видеть меня? Принято, — кивнул брат, а я в очередной раз поразилась насколько хорошо он меня знал. — Только учти, тебе придётся перестать быть такой колкой язвой, иначе это будет нечестно: я при всём желании не смогу влюбиться в тебя.

Быть милой примерно две недели, чтобы больше никогда не видеть Стаса? Это уж точно не проблема. Как-нибудь справлюсь.

Глава 3

Стас

Лина, чьи глаза были застланы ненавистью ко мне, не видела три очевидные вещи: мою заботу, мои сильные чувства к ней, а также то, с какой мастерской хитростью я заводил её в капкан, чтобы потом его захлопнуть.

Я устал таиться, устал врать. Устал отказываться от девушек и слышать от родного отца: «дорогой, а ты случайно не стал геем?!». Постоянно приходилось врать, что слишком много работы, слишком хорошо нагулялся в юности, и сейчас меня интересует карьера.

Да, был период, когда я встречался с разными женщинами, пытаясь найти ту, что смогла бы выбить из дурной башки мысли о Лины. Но два года безуспешных поисков после уезда негодницы из моей жизни остудили мой пыл. Последний год я ни с кем не встречался даже для удовольствия.

Что отец, что мать беспокойно интересовались причиной, и я отмахивался: карьера. Только отчим оказался мудрее, авторитетно попросив маму отстать от меня. Напускное. Мол, встречу красавицу, влюблюсь и всё.

Дядя Андрей не учёл одной очень важной детали. Я уже встретил её, мучался ночами и днями, грезя о ней. И,