Спорим, ты меня полюбишь?! - Алла Биглова

Она даже позволила уехать посреди рабочего дня, чтобы забрать мою тушку с аэропорта.

Нет, конечно, где-то в глубине души я была ему благодарна за неожиданную заботу, но только очень-очень сильно глубоко. Не очень-то доверяла таксистам, слышала страшные байки и даже ужастики от знакомых.

Лучше уж ехать в машине с ненавистным сводным братом, который, в общем-то, не сделает мне ничего плохого, чем оказаться в лесу изнасилованной и мёртвой.

— Чего приуныла, сестрёнка? Скучала по родному городу и теперь разглядываешь его из окна? Если хочешь, можем потом прогуляться, я покажу тебе новые места, — Стас ухмыльнулся, резко затормозив перед светофором.

Недоверчиво посмотрела на парня. Жест доброй воли и Стас никак не сочетались в моей голове. Ожидала от брата подвоха, предательства, ножа в спину. В общем, чего угодно, но только не приятной «романтической» прогулки.

— Ну чего ты на меня волком смотришь? Я тебе уже лет шесть пытаюсь доказать, что я не оборотень, на луну не вою, не обрастаю шерстью, не превращаюсь в волка, — засранец перечислил все клише современного кино об оборотнях, думая, что это забавно.

— Судя по тому, как быстро растёт у тебя щетина на лице, я бы поспорила с «не покрываюсь шерстью», — жёстко подстебнула я, зная, что это одно из самых его больных мест.

При гладком торсе, где почти не росли волосы, лицо Стаса обрастало бородой почти мгновенно. Когда мы были подростками, он мог бриться каждое утро, потому что его самого бесили эти волосы. А я каждый раз злорадно хихикала, называя его зверем. Зверем, который рвался наружу.

Кажется, я оставила ему «детскую» травму.

— Не добреешь ты, Линка, не добреешь, — причмокнул он языком, разочарованно покачав головой. — До сих пор кавалером, небось, не обзавелась?

Один: один, падла! Он прекрасно знал, как задеть за живое. Мы расстались ещё в конце второго курса, а на третьем мне было совершенно не до отношений. Хотела ли я их? Сама не знала ответа на столь компрометирующий вопрос.

— А ты? Уже переспал со всеми девчонками города, или хоть одна осталась? — парировала я, вновь желая придушить его прямо на месте.

Стас всегда вызывал во мне не самые лучшие чувства. Я становилась злобной старой ведьмой рядом с ним, и мои рыжие волосы только сильнее подтверждали колдовской статус. Увы, так и не смогла проклясть ненавистного парня.

— Ну, как минимум, ещё одна осталась, — Стас спокойно припарковался у дома, одарив меня пошловатой улыбкой.

Непонимающе уставилась на него, потому что не сразу поняла его подколку. А затем меня пронзило осознанием и ненавистью. Гад умудрился намекнуть на меня! Как он только посмел?!

Ну, держись, Стасик! Я превращу эти две недели в твой персональный личный ад! Ты больше никогда не станешь караулить и преследовать меня!

Обещаю!

Глава 2

Родителей не было дома: они появятся только в районе шести. Тётя Катя пообещала приготовить все мои любимые блюда и закатить пир на весь мир по поводу моего возвращения.

Поднялась на второй этаж, затащила чемодан, не доверяя Стасу свои вещи, прошла по коридору до самого конца. Толкнула знакомую дверь и улыбнулась. Здесь всё осталось по-прежнему. Моя любимая комната в голубых тонах. Отец позволил мне выбрать цветовую гамму, обои, мебель, в общем, всё в этом маленьком помещении, когда делал ремонт. И здесь я чувствовала себя счастливой.

Моя мама умерла несколько лет назад. Несчастный случай, катастрофа, отец был безутешен. Мне было всего одиннадцать, и я не сразу поняла, что произошло. Мы долго учились с папой жить без неё. Это было тяжело, и не из-за свалившихся хозяйских дел, а просто потому, что родного человека больше не было рядом.

Но время шло, залечивало раны и затягивало шрамы. Через два года отец встретил тётю Катю и отчаянно влюбился во второй раз. Женщина недавно развелась с изменившим ей мужем. Я не мешала их счастью, потому что возлюбленная отца хорошо ко мне относилась, да и вовсе оказалась хорошим и добрым человеком. Она пыталась заменить мне мать, потому что всегда хотела девочку. К сожалению, они познакомились в том возрасте, когда было поздно заводить детей.

Впрочем, ни мой отец, ни его новая девушка не спешили, и я долгое время не воспринимала их отношения всерьёз, хоть и постепенно привыкала к новой женщине у нас в доме.

Всё изменилось спустя примерно ещё два года, когда они решили сообщить о свадьбе, вместе с этим наконец-то познакомив своих детей. Это и было их роковой ошибкой.

Тяжело вздохнула, услышав шорохи снизу. Стас, похоже, закрыл ворота и теперь искал меня. Боже, как же я его ненавидела! С первого взгляда, с нашего злополучного знакомства!

Парень, которому тогда вот-вот должно было исполнится восемнадцать стал для меня кошмаром наяву. Особенно после того, как отец купил этот огромный двухэтажный коттедж, и мы все переехали сюда. Мы стали жить вместе, как одна семья. По Стасу сохли почти все мои подруги, нескольким из них он умудрился разбить сердце, оказавшись тем ещё бабником. Так я лишилась нескольких приятельниц. Правда, как оказалось по прошествии времени — к лучшему.

Мы никак не могли поладить со Стасом, этот гад был везде. В каждой бочке затычкой. Он был той ещё занозой, считавшей, что меня надо оберегать, защищать, ограждать от внешнего мира всеми силами, правдами и не правдами. Я боролась за свою свободу, как злая дикая кошка, и вскоре тиран отстал, сдавшись. Но дружбы у нас всё равно не вышло.

Стас после школы не стал уезжать в другой город, поступив здесь и досаждая мне круглый год. Не выдержала, после школы подала документы в Москву и уехала жить в общежитие. Тараканы и крысы для меня были соседями куда приятнее, чем неугомонный братец.

Слышала от тёти Кати, что её бывший муж купил сыну квартиру, слышала, что Стас устроился на отличную работу на удалёнке, стал дизайнером веб-сайтов. Что-что, а рисовал Стас восхитительно. Это я даже ненавидящим парня подростком признавала.

Я успешно пряталась от него три года. Приезжала к отцу только летом, когда слышала, что брат улетал в другой город на обучение, в командировку для личной встречи с заказчиком. Зимой не приезжала, ссылаясь на сессию. И вот так отчаянно прокололась: меня раскрыли, как настоящую воровку.

Повалилась на кровать, не желая больше ни о чём думать. Как-то надо перетерпеть эти две недели, мило улыбаясь негодяю, обманувшего нас всех.

Дверь распахнулась. А вот и он. Негодяй.

— Ли, ты кушать