Падуб и железо - Гарт Никс

— Это был герцог?! — изумился Джек. — Я думал…

— Наверняка он, — кивнула головой Робин. — Четырнадцать ферраментов, точных, как часы, ни на миг не отклоняющихся от цели. Герцог Вильям — единственный из ныне живущих мастеров железа, кто обладает такой силой. Так что это был он. Мой дед принес гибель моей сестре. Хотя вина лежит и на мне тоже…

— Не надо, — быстро перебил ее Джек, увидев, как лицо Робин исказилось от горя. — От судьбы не уйдешь. Значит, принцессе на роду было написано погибнуть именно так.

С минуту Робин молчала, глядя в огонь. Когда она наконец подняла голову, глаза у нее были покрасневшими, но без слез. В глубине ее сознания начал складываться план… вернее, еще не план, а какое-то смутное представление.

— Кто наследовал бы герцогу, умри он сейчас? — спросила девушка.

Меревин всегда была осведомлена о кознях, заговорах, ответных заговорах и смертях среди норманнской знати, не Робин предпочитала ничего об этом не слышать, поскольку отрицала свою принадлежность к этому роду.

— По-моему, до сих пор живы восемь его внучатых племянников: сыновья сыновей его сестры, сын любовницы его брата — бастард Орильякский, — Джек поколебался немного и добавил: — Но никто из твоих кузенов не имеет столько прав на земли герцога, сколько ты, принцесса.

— Я не норманнская наследница! — возмутилась Робин. — Свои права я унаследовала от своего отца, истинного короля Англии! Кроме того, герцог уже пытался убить меня, так же как его железные слуги убили Меревин!

Джек чуть склонил голову, выражая сомнение в том, что ферраменты действительно хотели убить Робин. Но девушка этого не заметила. Она неотрывно смотрела на огонь и была погружена в собственные мысли.

— Джек, если я умру, кто будет следующим наследником?

Джек взглянул на Робин, стараясь понять, о чем она думает. Он знал Робин с самого ее рождения, но даже когда она была совсем малышкой, трудно было предсказать ее действия и угадать, что у нее в голове. Робин всегда была своевольной, но обычно этот недостаток сглаживался острым умом. Она никогда не делала одну и ту же глупость дважды. Хотя и одного раза бывает достаточно, чтобы раскаиваться потом всю жизнь…

— Прямого наследника не существует, — с расстановкой произнес Джек. — Если говорить о линии твоего отца и его брата, то родичи жены брата в Ютландии. Думаю, король Свен и заявил бы о своих правах, да никто из нашего народа не пойдет за ним…

— А среди англов наследника нет?

— У твоей семьи есть отдаленная родня, но никто из них не обладает ни именем, ни кровью, которые могли бы впечатлить наш народ. И среди них нет того, кто владеет магией падуба или рябины, как ты.

То, что Робин владеет также и магией железа, осталось непроизнесенным. Магия падуба и рябины была англской, корнями уходила в саму эту землю и являлась свойством королевской крови. Магия железа не была родной для островных королевств. Это была чуждая сила, как и сами норманнские захватчики. Также это была магия, куда более подходящая для войны и завоеваний.

— Принцесса, что ты задумала? — спросил Джек.

Робин не ответила.

— Я знаю… я полагаю… ты хочешь увидеть обряд, который пройдет в память о принцессе Меревин. Но мы не можем привести жреца сюда, равно как и не можем здесь задерживаться. Скорее всего, ферраменты не сумеют перебраться через Удар Молота, но обычные живые воины сумеют, к тому же это место достаточно известное… и здешние жители могут не выдержать и проговориться.

— Особенно теперь, когда они знают о смерти Меревин, — с горечью добавила Робин. — Скажи-ка, толстый жрец все еще живет в той пещере у поляны?

Джек посмотрел на Двойного Джека.

— Угу, живет, — отозвался тот.

— Какому богу он служит?

Двойной Джек пожал плечами.

— Он об этом помалкивает. По-моему, Всеотцу.

— Не самый лучший… — начал было Джек.

— Он может отпеть мертвого? — перебила его Робин.

— Он отпевал Уота, сына мельника, — откликнулся Двойной Джек. — Но не в пещере.

— Ее должны отпевать в Высоком храме в Винчестере, — с грустью заметила Робин, — Но мы не можем отправиться туда и вообще в какой-либо храм или церковь. Поэтому мы пойдем к толстому жрецу, кому бы он ни служил.

Джек и Двойной Джек поклонились, хотя ясно было, что Джек спорил бы и дальше, если бы не запрет Робин.

— Принцесса, нам нужно забрать отсюда все, что только возможно, — сказал Джек. — Вдруг у нас не получится сюда вернуться.

— Я заберу все, что нужно, из нашей… из моей палатки, — кивнула головой Робин.

Она подошла к маленькой палатке, которую долгие годы делила с сестрой. Там находилось не так уж много вещей. Робин взяла второй лук Меревин, который был лучше ее собственного, а все остальное оставила. Из своих вещей она выбрала колчан: среди дюжины стрел была одна с наконечником из слоновой кости и черным оперением — такие стрелы делались, чтоб убивать норманнских мастеров железа. Помимо этого, она прихватила небольшой кошелек с серебряными пенни и один охотничий наряд.

Затем Робин вытащила из-под соломенного тюфяка кожаный футляр. В нем лежали две книги. Одна из них, в ярко-синем кожаном переплете, была учебником по англской магии падуба, рябины и дуба. Вторая, принадлежавшая когда-то ее матери, была переплетена в тускло-бронзовую и черную кожу и представляла собой колдовскую книгу, сборник заклинаний и знаний мастеров железа.

Робин начала рассортировывать и упаковывать вещи. В душе у нее, пробиваясь сквозь остатки сонного зелья, снова всколыхнулась буря чувств. Но Робин подавила в себе смесь из горя, вины, гнева и печали, стараясь сосредоточиться на укладывании футляра, лука, колчана и узла с одеждой. Ей потребовалось всего несколько минут; за последние четыре года необходимость быстро покидать лагерь стала неотъемлемо частью ее жизни. И все-таки Джек и Двойной Джек собирались быстрее: их заспинные коробы были набиты теми вещами, без которых не обойтись.

Дорога, по большей части пролегающая по тайным тропам в глухом лесу, тянулась долго. Ночь выдалась достаточно светлой для путешествий — прибывающая луна была почти полной, да и звезды светили ярко, и лишь на горизонте протянулась единственная длинная линия облаков. Робин не думала ни о том, куда ступать, ни о зеленом царстве вокруг, она просто следовала за Джеком, а Двойной Джек следовал за ней. Разум девушки не мог сойти с собственной узкой тропы, на которой раз за разом повторялись те роковые мгновения, когда феррамент шагнул вперед и обрушил свой щит на Меревин.

Пытаясь вырваться из этого замкнутого круга, Робин сосредоточилась на плане, который постепенно складывался у нее в голове. Если она сумеет исполнить задуманное, то, быть может, отчасти загладит свою вину перед Меревин, перед отцом и перед народом Англии.