Измена. Невеста на месяц - Ольга Вейс

— хихикаю я. "Эй, я был близок к победе!" — фыркает он, поправляя наушники. "На Бали я займусь коктейлями, а не ремонтом." "Только не спали бар," — подмигиваю я. Он ржёт, и я на миг забываю, что мои ноги затекли, а кофе из аэропорта был похож на грязь. Но тут в голове, как назойливый комар, жужжит мысль о свадьбе. Как он пропадал, как смотрел куда-то мимо. Мой внутренний голос шипит: "Серьёзно, Анна, ты паришься в самолёте?" Я представляю, как швыряю в него подушкой, чисто для смеха, и хмыкаю: "Расслабься, это не сериал." Он был просто занят, гости, суета, всё такое. Я пишу в заметки: "Если это любовь, то я, может, лучше с пиццей останусь. Она хотя бы не пропадает." "Ты чего там строчишь?" — Михаил косится на мой телефон. "Список, как тебя дрессировать," — ухмыляюсь я. "Первое: не спать в самолёте." "Жестоко," — ржёт он. "А что ещё?" "Носить мне коктейли," — говорю я. "И не ныть, если я заставлю тебя нырять." "Нырять?" — он прищуривается. "Только если ты первая." "Договорились!" — хихикаю я, но замечаю, как он тянется к телефону. "Серьёзно, опять?" — ворчу я. "Проверю почту," — бормочет он. Я закатываю глаза, но решаю не портить вайб. На Бали он будет точно мой, без этого экрана. Я смотрю на поднос с едой — какая-то каша, похожая на клей, и булка, которой можно забивать гвозди. "Если это ужин, я требую парашют," — шиплю я, отодвигая тарелку. Думаю о нашей жизни — как мы будем спорить, кто забирает доставку, или ржать над его попытками петь в душе. "Мы будем кайфовать," — шепчу я, и это как обещание. Но мысль о его отстранённости на свадьбе лезет в голову. "Анна, не психуй," — твержу я. Просто нервы, просто хаос. Я пишу ещё: "Бали, сделай так, чтоб я не ныла." Самолёт качается, и голос стюардессы объявляет, что мы садимся в Денпасаре. Сердце прыгает. "Вот оно," — думаю я, глядя на Михаила, который убирает наушники. Я беру его за руку и говорю: "Готов к приключению, жених?" "С тобой — всегда," — ухмыляется он, и я верю, что всё будет огонь. Когда колёса касаются земли по телу бегут мурашки, а в моих мыслях: "Тут начинается моя лучшая жизнь!"

Добро пожаловать в сказку

Глава 6: Добро пожаловать в сказку

Я вываливаюсь из такси у курорта, и Бали обрушивается на меня волной жары, запаха орхидей и какого-то острого аромата, от которого хочется заказать карри прямо на обочине. Небо пылает оранжевым, пальмы гнутся, как будто кланяются, а я стою, щурясь, и думаю: "Мы попали в чёртову открытку." После самолёта, где я чуть не прибила стюардессу за отвратительную клейкую кашу, это место — как глоток ледяного мохито. Михаил тянет чемоданы, пыхтя, будто тащит рояль, а я уже вижу себя у бассейна с коктейлем, где плавает ананас.

"Это что, мы реально тут жить будем?" — ору я, тыча в вывеску курорта, обвитую лианами. Михаил хмыкает, вытирая лоб: "Если тут есть кондиционер, я согласен."

"Уже скулишь, жених?" — хихикаю я, пихая его плечом. "Где твой тропический вайб?"

"В багаже застрял," — ухмыляется он, и я ржу, но его улыбка всё ещё бьёт в сердце, как первый аккорд любимой песни.

Мы топаем к вилле по дорожке, усыпанной ракушками, и я чувствую себя звездой какого-то travel-шоу. Вилла — это космос: стены цвета сливок, деревянный потолок с балками, кровать, на которой можно играть в футбол, и терраса с видом на океан, который шепчет: "Чилл, детка." Я визжу: "Михаил, это не вилла, это дворец султана!" Плюхаюсь на диван, раскинув ноги, и объявляю: "Я не уеду отсюда. Никогда."

"А я думал, ты хочешь на пляж," — говорит он, скидывая кеды и падая рядом, чуть не придавив мне руку.

"Пляж, коктейли, массаж — я хочу всё сразу!" — ржу я, представляя, как мы будем жариться под солнцем, пока не станем цвета карамели. После всей предсвадебной беготни — это место как кнопка "перезагрузка". Я вспоминаю, как мы болтали в аэропорту про хижину у моря, и шепчу: "Мы в деле, да?"

"В деле," — кивает он, но тут же тянется к телефону. Я морщу нос: "Эй..." Он хихикает, убирая гаджет: "Всё, я тут." Я киваю, но в груди мелькает лёгкий укол — на свадьбе он тоже пропадал, болтая с кем-то. "Анна, расслабься," — шиплю я себе. Всё фигня.

Я вскакиваю, распахиваю чемодан и начинаю выкидывать шмотки. "Где мой купальник? Я должна сиять, как местная дива!" — провозглашаю я, размахивая шляпой, которая выглядит, как реквизит из старого кино. Михаил ржёт: "С этой штукой ты будешь пугать рыб." Я швыряю в него футболку: "Смотри, чтоб я не утопила тебя за такие шуточки!"

Мы мчим на пляж, и я теряю дар речи. Песок блестит, как сахар, волны бьются о берег, а воздух такой, что его хочется намазать на тост. Я сбрасываю сандалии и бегу к воде, вопя: "Михаил, это круче, чем твой борщ!" Он догоняет, обрызгивая меня, и я ору: "Ты покойник!" Мы хохочем, валимся на песок, и я думаю: "Вот оно, моё счастье, и я его держу."

Но Михаил опять лезет в телефон, и я не выдерживаю: "Серьёзно?" Он пожимает плечами: "Пару сообщений." Я фыркаю, но решаю не ныть. Ложусь на песок, глядя на облака, которые плывут, как пена в капучино, и твержу: "Анна, кайфуй." Закат красит небо в малиновый, а я наслаждаюсь моментом.

Вечером мы идём в ресторан курорта, где столы утопают в лианах, а фонарики мигают, как светлячки. Я нацепила платье, которое трепыхается, как парус, и чувствую себя, как в лучшем романе. "Если я не съем что-нибудь с креветками, я устрою бунт," — говорю я, изучая меню, где всё звучит, как песня. Запах имбиря и лемонграсса кружит голову, и мой желудок готов аплодировать.

"Только не закажи весь океан," — подмигивает Михаил, и я кидаю в него соломинкой.

"Эй, я теперь миссис, мне можно!" — хихикаю я. "А ты что, опять будешь жаловаться на острое?"

"Я выживу," — ухмыляется он, и я краснею от его взгляда, как школьница. Мы треплемся о свадьбе — как Лена чуть не свалилась в торт, как дядя Вова пел "Мурку" под гитару. "Ты была огонь," — говорит он, и я тану, но замечаю, как он косится на телефон.

"Что там, мировые