Страшно красивая в академии ветра (СИ) - Полли Нария

части предпещерника горделиво вышла драконица. Ее чешуя отливала глубоким черным цветом, с легким фиолетовым отблеском. Крылья, сложенные за спиной, казались почти прозрачными, с тонкими мембранами, в которых играли фиолетовые и синие оттенки.

Голова Тьмы имела благородные плавные черты. Ее морда была вытянутой, с хищным изгибом челюстей. Глаза большие, миндалевидной формы с вертикальными зрачками, окрашенные в ярко-фиолетовый цвет, словно два сияющих самоцвета.

Полная противоположность светлой Пакле, тело которой было покрыто серыми чешуйками, напоминающими кляксы и разводы. Но тем не менее это были сестры из одного помета.

— Ты что, подслушивала? — я уперла руки в бока. И опять возмущенно. А разве могло быть иначе?

— Естественно, — Тьма оскалилась, выказывая тем самым всю степень своего веселья. Картина жуткая, если не знаешь, что так драконы улыбаются.

— Ой, знаете что? — не выдержала я и, подхватив с пола ведро с яблоками, поставила его перед черной мордой. — Можете делать все, что хотите, вам меня все равно не переубедить. И вообще, я опаздываю!

Отерев руки о передник, я сняла его через шею и подошла к выходу, где находились крючки для спецодежды. Повесив его туда, я направилась к дверям. За спиной раздавался равномерный хруст и тихое перешептывание. И на долю секунды мне показалась, что сестрички про меня забыли. Но нет, прежде чем дверь за мной закрылась, я услышала ехидное нравоучение Тьмы:

— Бегство — знак слабости, Элис.

— Да, да! Тебе не идет! Уверена, что Кириану нравятся сильные женщины.

Створка хлопнула, а я не выдержала и, зарычав, пнула землю ногой. Повезло же с вредными подружками!

Но в моем случае выбирать не приходилось.

С неба что-то капнуло на нос. Зарг! Только дождя не хватало. Впереди меня ждала вечерняя тренировка на дракотарах.

Глава 7

Элис

Громкий «плюмс» разнесся по тренировочной площадке и глаза всех одногруппников уставились на меня.

— О-о-о, наша Слепа снова упала в грязь лицом!

Форд Гиенс, будь он неладен, указал в мою сторону пальцем и громко засмеялся. И ведь не возразишь ничего — я действительно свалилась с тренажера прямо в мокрое месиво, в которое превратилась земля после недавнего ливня.

Задорные смешки стали доноситься со всех сторон. Ну конечно, почему бы не посмеяться над замарашкой. Это ведь все любят. Так сказать, за милую душу. Отвлечься от изнурительной тренировки и потешить свое самолюбие.

Я же, как ни в чем не бывало, встала с земли, сняла с лица очки, очистила их быстрым бытовым заклинанием, водрузила на нос и снова полезла на дракотар.

— Что, хочешь опять всех развеселить? — не сдавался Форд. Пока рядом не было магистра Октависа, белобрысый мог позволить себе любое ехидство.

Я глубоко вздохнула, стараясь не обращать внимания на насмешки Форда. Его слова меня задевали, но я знала, что показать это — значило только подливать масла в огонь. Вместо этого я просто твердо посмотрела ему в глаза и промолчала.

Форд же не мог остановиться и продолжал изливаться едкими шутками:

— Молчи-молчи. Мы и так знаем, что ты норовишь всех поразить своей ловкостью и грацией, правда, Слепа? Да любой нормальный дракон давно бы сбежал от такой неуклюжей наездницы, как ты.

Я сильнее сжала зубы.

— У меня вообще-то имя есть, — твердо сказала я, потихоньку закипая.

Держись, Элис! Он не стоит твоего внимания.

— Да кому оно нужно твое имя, Слепая Моль? Когда ты вылетишь из академии Ветра быстрее пробки, про тебя тут же все забудут.

Я лишь презрительно фыркнула в ответ и стала решительно взбираться на дракотар, намереваясь доказать, что достойна быть здесь, несмотря на насмешки.

Однако не успела я как следует устроиться, тут же налетел сильный порыв ветра, буквально сдувая меня из седла. Тот самый ветер, которым славилась академия. И от которого по периметру нас уберегал плотный прозрачный купол. Единственным местом, где защита не была столь прочной, являлась тренировочная площадка.

Я вскрикнула, инстинктивно вцепившись в уздечку, но это не помогло — меня снова отбросило назад, и я приземлилась прямо в грязь.

Раздались взрывы смеха со всех сторон. Форд аж согнулся пополам, указывая на меня пальцем. Который я к этому моменту была готова откусить.

— Ха-ха-ха! Ну и зрелище! Видели, как ее сдуло? Эта замарашка даже на дракотаре усидеть не может! Что говорить о настоящем драконе! Дружище, — позвал он кого-то около себя. — Может, покажешь этой, как нужно держаться в седле?

Стоит ли говорить, что именно в этот момент прямо перед моим носом остановились черные знакомые сапоги, а потом кто-то ловко и без усилий вздернул меня вверх.

Глава 8

Элис

Кириан смотрел на меня с легкой усмешкой.

— Тебя одну вообще можно оставить? Или мне опять надо облачаться в роль спасителя?

Надо ли говорить, что я ничего не ответила. Во-первый, снова плохо его видела, а во-вторых — лицо запачкала грязь, и открытый рот мог только усугубить ситуацию. Надо мной и так все смеялись. Даровать одногруппникам новый повод желания не возникало.

Парень, быстро оценив мой внешний непрезентабельный вид, хмыкнул и, прочертив в воздухе замысловатую руну, помог очистить и лицо, и испачканную одежду. Затем он нагнулся и то же самое проделал с моими очками.

— Такое чувство, что я недавно уже делал нечто подобное, — Кириан протянул мне очки, широко и довольно улыбаясь. — Не напомнишь?

— Знаешь, не припоминаю, — буркнула я и вновь направилась к дракотару. Разговоры прекрасны, когда собеседник приятный. А от улыбочки Кириана у меня начиналась зубная боль. И мигрень. И несварение.

— Тебе первых двух раз не хватило? — Кириан же не собирался упускать возможность подействовать мне на нервы.

— У тебя забыть спросила…

Кажется, в этой фразе что-то звучало не так.

— Эл, может ты имела в виду «забыла спросить»?

Я раздраженно поправила очки и одарила Кириана недовольным взглядом.

— Не пыхти, я могу тебе помочь.

Позади парня раздалось насмешливое:

— Да что ты с ней вошкаешься? Давай, покажи замарашке, как надо драконов объезжать. Эй, ребята, поддержим Кириана! — Форд стал активно хлопать ладонями у себя над головой заводя толпу. — Давай! Давай!

Надо сказать, что сегодня Гиенс перешел рубеж своей выпендрежности. И хоть остальные, не смущаясь, поддерживали его, мне казалось, что поведение парня граничит с чем-то ненормальным.

— Ну же! Не позорь меня, друг детства! Ты же самый лучший наездник, — восклицал белобрысый все громче. — И драконов, и…

Кириан бросил на Форда острый взгляд, и тот, словно опаленный молнией, сразу замолчал, сжимая губы в тонкую линию.

— Форд, давай поговорим, — ровно