Опальная бывшая Тёмного наместника - Эмили Гунн

что Асина готовится совершить запретный ритуал, но та ей так и не призналась. А когда Полли, наконец, решилась прийти к нам и сознаться в своих подозрениях, было уже слишком поздно.

- Вы нашли меня вместо Асины, - кивнула я, представив, как всё было с их перспективы.

А не мечтала ли Полли, что Асина заберет и ее с собой? Может, потому она и возненавидела меня так яро…

Отношения с остальными у меня тоже особо не складывались. Поккер меня не замечал, Пабла едва ли не открыто приставал, Поль подтрунивал, а глава семьи только мрачно на всё это дело взирал. Да строго полыхал на меня гневом в сверкающих радужках, делая тем самым невербальные внушения не подводить их род.

А еще меня периодически мучили кошмары. Снилась моя прошлая настоящая жизнь. Хотя какую теперь считать настоящей, я уже и не знала… Снились всякие ужасы, разные твари. То полуволки с клыками, с которых стекали капли крови, то василиски. Причем последние сразу в двух вариациях. Иногда это были горячие мужчины с змеиными хвостами, а временами… с петушиными. Кажется, я где-что читала, что эти мифические создания изображаются еще и как петухи с крыльями дракона. Спрашивать напрямую, кого мне прочат в мужья, озабоченного змия или… кхм-кхм, петушка, я так и не решилась. И так крыша ехала от всего происходящего.

Но самым болезненным сном, пожалуй, был тот, где я попадала в пещеру к израненной волчице. Хрупкой, измученной. Она поднимала на меня жалобный взгляд, и в нем читалась такая вселенская скорбь, что я мечтала вернуться в кошмары с кровожадными оборотнями и брачующимися птицами.

Глава 3.

Глава 3.

А потом было знакомство с Василиском. Замуж за него я, разумеется, не собиралась. Просто пока не придумала, как без последствий отшить.

Но чего уж скрывать, когда вошла в гостиную, где меня ждали сваты, прибывшие к Платиновым, на секунду обомлела. Среди всех явившихся мой взгляд мгновенно выцепил одного. Это был мужчина…

Нет, не так. Это был ПРОСТО. РОСКОШНЫЙ. МУЖЧИНА. Высокий, плечистый, с золотистым отливом смуглой кожи, что идеально гармонировала с темными, как ночь волосами, падавшими на широкие плечи и дотягивавшимися черными концами до самых ключиц. Те, неполностью проглядывались в разрезе полурасстегнутой белой рубашки, великолепно оттенявшей теплый цвет его собственной кожи. Под которой бугрились мышцы развитой мужской груди. А когда он сложил мощные руки на уровне своего сердца и вперился в меня своими пристальными опаловыми глазами, меня словно пронзило навылет. Моё собственное сердце пропустило удар, и я замерла под этим изучающим, гипнотическим взглядом черных радужек.

Наверное, со стороны я выглядела неважно. Уставилась на незнакомца, который, будто пригвоздив к месту своим необычным взором, принялся медленно, без стеснения, осматривать меня с ног до головы.

От этого практичного осмотра сквозь холод его черных опалов, насмешкой поблескивавших в глазницах, почувствовала себя… просительницей. Словно стояла, пуская слюни и мечтая, чтобы он согласился выбрать меня.

В двух шагах почти в такой именно позе застыла Полли, восхищенно облизывая взором мистера Василиска и чиркая по мне животной ненавистью в расширившихся зрачках.

Ох, как я была сейчас благодарна дорогой сестренке за этот ее вид! Ведь он помог мне оклематься и взять себя в руки. Не хочу выглядеть так же жалко, как она сейчас!

Так что пришлось импровизировать.

И, задрав вверх подбородок, я отзеркалила позу Василиска. Скрестила руки на груди. Еще и бровь вскинула, принявшись без зазрения совести оценивать жениха в ответ.

Можно же и вдвоем поиграть в некоторые игры?

Да, я разглядывала потенциального жениха. И что с того? Он вон тоже со мной знакомится. Конкретно сейчас с моими округлыми полушариями, выпячивающимися в декольте благодаря наряду, подобранному Патриссией .

Изогнутые темные брови тунлисса взлетели вверх. Он еле заметно склонил голову на бок и прищурился.

- Первым будете высказываться о результатах осмотра? Или мне начать? – усилием воли заставила я свой голос не задрожать, когда произносила эту дерзость вслух.

Понятия не имею, какие-такие наказания светили за это дочери Платиновых, но я лучше приму последствия, чем буду стоять тут, потупив взор.

Воцарилась ошалелая тишина. Ну, это когда все вроде как молчат, но ты всё равно слышишь, как они потрясенно ропщут и завывают в душе. Только звук этих возмущений пока тоже в ауте и еще не нашел способа прорезаться.

Однако первым раздался громкий хмык. Жениха. Он изогнул идеальную линию губ. И уже через миг они дрогнули в улыбке под бдительными взорами моей родни, которая никак не могла самостоятельно решить, как же реагировать на мою выходку? А затем комнату залил красивый, чуть хрипловатый смех Василиска.

«Приятный», - с недовольством констатировала я.

Есть в этом ошеломительно шикарном мужчине хоть что-то отталкивающее?! Он же мне все планы разрушит своим мозгоплавительно-прекрасным внешним видом и отменным умением реагировать на мои выпады!

- Пожалуй, первенство в составлении мнений оставлю за собой. Как и во всём, - въедающимся в сознание фактом заявил тунлисс Василисков и, приняв расслабленную позу, действительно, охарактеризовал меня вслух. – Красивая. Гордая. С острым умом, но наивно переоценивающая свои силы. А еще, - высунулся под моим остолбеневшим взглядом его раздвоенный язык и бесстыдно провибрировал кончиком, - моя невеста источает вкусный запах и совершенно не обучена скрывать эмоции. Обезоруживающая смесь!

Его свита, состоящая исключительно из мужчин с военной выправкой, разразилась хохотом.

"Не то, чтобы сказанное было очень смешным. Скорее, подчиненные поспешили поддержать своего главного", - досадливо сжала я губы, поняв, что шанс на ответный сарказм у меня всё же отняли. Жениха заступили его приближенные и мужчины из семьи Асины, потеряв ко мне интерес. И, очевидно, решив, что Василиск сказал своё слов. Перекричать их я, конечно, не пыталась даже. Это выглядело бы совсем уже неаристократично. А высказывать что-то сестрам, которые сразу же принялись тихонько хихикать и шушукаться с приглашенными дамами, показалось мне бессмысленным.

Но я твердо решила, что это еще не поражение! И что я заставлю тунлисса передумать и добровольно расторгнуть помолвку. И чтобы мне прилетело от разгневанного Асинового отца, если я сама откажусь выходить замуж. А еще я пообещала себе, что Василиск очень скоро убедится, как остро может уколоть мой ум!

Так что свои впечатления от Василиска, которого мне так и не представили по имени, я оставила при