Фифа и магия луговых трав - Фредерика Вайцель

Настоящее чудо! Девочка почти не понимала, что делает, ноги сами понесли её вслед за оленем. Она бежала так быстро, как только могла, но всё никак не поспевала.

Когда олень окончательно исчез в зарослях, Фифочка остановилась. Куда она бежала? И откуда? Понять было совершенно невозможно. Со всех сторон деревья и кусты направляли на неё острые ветки-шпаги. Лес ощетинился, будто дикий зверь. Стало очень страшно.

– Аааау! – прокричала девочка.

– У-у-у-у, – ответило эхо.

С дерева спрыгнула напуганная белка и стрелой умчалась прочь, сверкая пышным хвостом. Из дупла выглянула недовольная сова. Она осмотрелась, пытаясь понять, кто разбудил её в столь ранний час, лениво ухнула и, нахохлившись, продолжила дремать.

Тяжёлые капли застучали по густой листве… Дождь играл свою песню. Но для Фифы это была грустная мелодия. У девочки на глаза навернулись слёзы – каждая размером с небольшую жемчужинку из маминого ожерелья. Мама… Мамочка… Что же делать? И как теперь искать дорогу домой?

Глава 4

Никопоп остановился лишь на мгновение, чтобы отдышаться, и вновь продолжил бег. Несмотря на все старания, двигался он медленно. Куда ему было угнаться за быстроногой девочкой…

– Ну зачем она так понеслась? Ну зачем? – то ли ругался, то ли жаловался Никопоп.

Но одно было ясно точно: он переживал! Волновался так сильно, как, казалось бы, не могло существо с очерствевшим сердцем. Внутри всплыло давно забытое чувство, когда ты тревожишься о том, что очень дорого тебе… или о том, кто дорог.

Никопоп уже почти выбился из сил и всё равно бежал. Как вдруг до его острого слуха донеслись еле слышные всхлипы. Это была она – малышка. Никопоп без раздумий бросился к девочке, которая плакала, обняв коленки и прислонившись спиной к стволу большого старого дуба.

Услышав хруст веток, шум тяжёлых шагов и пыхтение, Фифочка подняла заплаканное лицо и увидела… неизвестного зверя. Никопоп замер в метре от девочки. Некоторое время они смотрели друг на друга.

Никопоп первым пришёл в себя. Не говоря ни слова, жестом он показал Фифочке следовать за ним. Вытирая слёзы и поминутно всхлипывая, девочка взглянула на зверька слишком серьёзно для своего возраста. Удивительно, но он не показался ей страшным или опасным.

«Что делать? Пойти с ним… Или остаться тут?..»

Зажмурив глаза, вдохнув побольше воздуха, Фифа сделала первый шаг, второй, третий… Вслед за Никопопом она уходила всё глубже в лесную чащу, озираясь. Гулять по мрачному лесу в дождь ей ещё не доводилось. И компания у неё была странная, молчаливая… и незнакомая. Фифа вглядывалась в спину пыхтящего зверя и не понимала: кто это?

Фифочка была очень умной девочкой. Она пролистала все книги из домашней библиотеки. Особенно ей нравился зоологический справочник. Там были нарисованы все-все звери, которых только можно встретить в природе. Она точно знала, как выглядят медведи и бобры, зайцы и лисы. Но такого зверя, как тот, который только что возник перед ней, Фифа не встречала.

«Как мне вернуться домой? Может, этот мохнатик знает? Но только он со мной не разговаривает. Поглядывает да лапой показывает: право-лево… Чудной какой-то…»

Никопоп уверенно продвигался вперёд. Фифочка следовала за ним. Ветки лезут в лицо, ноги путаются, цепляются за корни деревьев, сплетённые между собой в тугие узлы. Слёзы высохли.

Страшно, аж жуть!

Дождь усиливался и заставлял Никопопа торопиться.

«Мама узнает – не видать мне малинового пирога…» – думала Фифа.

На секунду она прикрыла глаза и даже почувствовала сладкий запах и ягодный вкус.

Мммм…

Никопоп резко остановился. Фифа не ожидала этого и, поскользнувшись на мокрой траве, со всего размаху уткнулась в меховой бок.

– Ой, как больно! – сказала Фифа, растирая место удара.

Никопоп стоял как вкопанный. Насупившись и прищурив узкие глаза, он пристально смотрел на неё. Взгляд был похож на мамин, когда что-то прольёшь или просыплешь… Строгий, внимательный… Ну точь-в-точь как мама.

Фифочке стало не по себе. Она была так занята своими мыслями, что не сразу поняла, где оказалась.

Никопоп лапкой толкнул темноту и… Фифа увидела дверь! Зверь сделал широкий жест, приглашая Фифу войти. Девочка медлила. Никопоп дернул её за подол плаща.

Дождь лил как из ведра.

«Ну… внутри хотя бы не так мокро, как снаружи», – подумала Фифа, зажмурилась, сделала глубокий вдох и шагнула вперёд.

Секунда!

И Фифа оказалась посреди маленькой комнаты. Она стояла с широко раскрытыми глазами, только и успевая ими хлопать, смахивая то ли слёзы, то ли капли дождя.

Никопоп начал бренчать посудой, заглядывать в баночки, разжёг огонь в очаге и повесил на крюк котелок. Он ловко обнюхивал щепотки трав и специй, отмерял на глаз нужные пропорции и успевал помешивать варево длинной серебряной ложкой.

Крышка котелка запрыгала. Кухню заполнил необычный запах. Не сказать, что пахло невкусно… но ничего подобного Фифа раньше даже представить себе не могла.

Закончив суетиться около котелка, Никопоп налил с полчашки приготовленного отвара и протянул его девочке. Зверёк явно хотел, чтобы Фифа это выпила.

«Была не была…» – Фифа прикрыла глаза, зажала нос рукой, открыла рот, быстро вылила туда отвар и проглотила. Так пьют мерзкие лекарства, которые любят выписывать доктора. На удивление, она не почувствовала горечи. Немного остро и свежо и что-то пощипывало в горле.

Никопоп спрятал за спину корень имбиря.

А дальше произошло то, что в обычной жизни просто не могло случиться.

– Здравствуйте, юная леди, – вдруг произнёс отчётливо зверёк, до этого момента не проронивший ни слова. – Вы выпили чай, который наделил вас способностью понимать языки животных и волшебных существ. Это не слишком надолго… но, думаю, нам хватит.

Фифа озадаченно смотрела на необыкновенное существо, напоминавшее мохнатого крота или новый вид крысы, и удивлялась, что зверь теперь говорил с ней вполне по-человечески.

– Моё имя Никопоп.

– Кто? – уточнила Фифа.

– Никопоп, – терпеливо повторил её новый знакомый и пояснил: – Для вас это, должно быть, звучит очень необычно.

– Да, странновасто, – подтвердила девочка.

– Дело в том, что моё имя появилось из старинного языка, который понимали люди, звери, птицы и даже растения. Когда-то весь мир говорил на этом языке. Но он давно утрачен. Остались лишь отдельные слова… А как зовут вас?

– Фифа, – нерешительно представилась девочка, пытаясь понять, говорит теперь на человечьем или на животном языке. – Скажите, кто вы, сэр? И как мне вернуться домой?

При упоминании дома на глаза девочки навернулись