За Нарвскими воротами - Наталия Силантьева

родном городе не было. В конце концов однообразная работа и убогие вкусы заказчиков ее достали, и она поняла, что пора «рвать когти».

Давно уже, с самого первого курса, лелеяла она мечту о Питере – архитектурной Мекке, земле, обещанной свободным художникам. Еще в детстве, в первый раз побывав с родителями в тогдашнем Ленинграде, она дала себе слово, что когда-нибудь переедет сюда насовсем и этот город ее обязательно примет.

Так в конце концов и получилось. Старший брат Валерии в самом начале 90-х устроился на работу в банк, быстро приподнялся и помог сестре перебраться в Питер. Они продали ее маленькую квартирку в Екатеринбурге, добавили денег и купили Валерии довольно приличную однокомнатную квартиру в одном из спальных районов Питера.

Жизнь поначалу, казалось, стала складываться неплохо. В городе, который неизменно благоволил талантливым людям, Валерия легко находила заказы – разрабатывала дизайн квартир, помогала делать ремонты, иногда даже шила на заказ. Руки у нее были золотые, и никакой работой она не гнушалась. Ей очень нравилось, что здесь ее идеи находили отклик у людей. Можно было предложить что-то свое, неожиданное, оригинальное – и заказчики охотно соглашались. «Как здорово оказаться среди людей, которые могут оценить твой дар!» – часто думала тогда Валерия. И хотя постоянного места работы у нее не было, без денег она никогда не сидела. Помогал и веселый, открытый характер – Валерия быстро находила знакомства и очаровывала всех своей энергией, талантом и умением легко решать любые проблемы.

Так же легко она познакомилась и со своим будущим мужем – на какой-то из многочисленных тусовок, в которые она сразу погрузилась со всем энтузиазмом провинциалки, давно мечтавшей о богемном образе жизни.

Какой бы разгильдяйкой ни казалась Валерия с первого взгляда, она всегда, на самом деле, хотела иметь дом, семью, детей. Казалось, что теперь у нее всё это будет. Какие могут быть преграды на пути к счастью, если люди молоды, любят друг друга, могут зарабатывать на жизнь своим трудом и живут в отдельной квартире? Но не так-то просто стать счастливым.

Довольно быстро выяснилось, что муж Валерии, очень интересный художник-акварелист и сын весьма известного в городе ученого и общественного деятеля, как и многие люди его круга, больше интересовался наркотиками, чем творчеством. Заставить его работать было практически невозможно. Валерия составляла для него натюрморты из глиняных горшочков, сухих колосьев, минеральных камней – на всё это у нее был безупречный вкус – и говорила: «Смотри, какая прекрасная могла бы получиться картина». «Да, Лера, очень красиво», – задумчиво отвечал он, и на этом творческий процесс заканчивался. Муж отправлялся на поиски наркотиков.

Неудивительно, что Валерия и сама скоро начала употреблять разное зелье – в таких делах мужчины имеют большое влияние на женщин. Не то чтобы она «подсела на иглу» и совсем опустилась, – нет, она понимала, что с ней происходит, и несколько раз пыталась бросить. Ей всё еще очень хотелось ребенка, но ребенок у них не получался, и стимула вернуться к нормальной жизни не было. Жили они в ее квартире на те деньги, которые муж выручал, сдавая другую квартиру – в центре города, шуюся ему от его знаменитого отца.

Нет нужды перечислять все обычные в таких случаях ступени падения, которые прошла Валерия, – это была та самая «простая история», типичная для мегаполиса конца 90-х, одна из тех, которые мы равнодушно наблюдаем вот уже много лет.

С мужем, в конце концов, пришлось расстаться – он уже совсем потерял человеческий облик. Но и оставшись одна, Валерия не сумела справиться с собой. Старые знакомые пытались помочь, что-то говорили про лечение – но ее уже завертело. Появились какие-то странные новые приятели – сильно пьющие люди, торговцы наркотиками, подозрительные лица с криминальными связями. Чтобы как-то прожить, ей тоже приходилось приторговывать наркотиками, но денег всё равно не хватало, так что приходилось уже и вещи из дома продавать. В общем, закончилось всё тем, что Лере пришлось обменять свою однокомнатную квартиру на комнату в коммуналке с доплатой. Так и очутилась она в этом весьма нереспектабельном квартале.

Впрочем, Лерина комната была не так уж плоха. И здесь, несмотря ни на что, сумела она по привычке наладить хоть какое-то подобие уюта – перевезла оставшиеся вещи, расставила глиняную посуду, расстелила везде оригинальные коврики-пэтчверки и лоскутные покрывала – всё сшитое собственными руками. Как бы тяжело ни приходилось Лере, она всегда пыталась устроить свой быт, удержать добрый дух дома – как будто надеялась этим вернуть удачу, гармонию, счастье.

Как ни странно, в какой-то момент у нее это даже получилось – и самым неожиданным образом. Но старые привычки и знакомства даже на новом месте не оставили Леру, она водилась всё с теми же дружками и однажды попалась с наркотой. Вот тут-то и пришлось ей познакомиться с сотрудниками ОБНОНа – отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков – районного управления внутренних дел. Там оказалось всё просто – они и сами торговали наркотиками и пообещали Лере не давать делу хода, если она согласится работать на них.

Так Лера совершила еще один – последний – виток по спирали вниз: она оказалась связанной по рукам и ногам сетями милицейской мафии и вынуждена была делать всё, что ей прикажут новые «боссы».

Всё-таки разум не совсем оставил ее, и она еще пыталась бороться за возвращение к нормальной жизни. Кто-то из прежних друзей, кому еще было не всё равно, что с ней происходит, познакомил ее с Лёшей – молодым симпатичным парнем с открытой обаятельной улыбкой и ясным взглядом больших глаз того оттенка синего цвета, какой бывает у неба в самом начале лета. Он был начинающим адвокатом, в будущем мечтал открыть свою собственную контору, а пока работал на одного из своих однокурсников. Лёша тоже откуда-то приехал, жил на съемной квартире, но, в отличие от Леры, еще не поддался питерской апатии, не потерял желания работать. Его адвокатская карьера только-только начиналась, поэтому сердце его еще не успело очерстветь, и он искренне стремился помогать людям. Они встретились с Лерой, поговорили, жалкое положение девушки его тронуло, и ему очень захотелось ей помочь. Но было здесь и нечто большее – Лера всегда умела нравиться мужчинам, никакие обстоятельства не могли отнять у нее этого таланта. Была она маленькой, подвижной, непоседливой, с ловкими руками и ногами, с заразительным смехом и очаровательной, немного лукавой улыбкой. Глядя в ее живые карие глаза, вслушиваясь в почти беззаботный смех, окружающим трудно было догадаться, в какой