За Нарвскими воротами - Наталия Силантьева

этого не надо, и сердце ее мучилось, когда она нервно барабанила пальцами по столу и пыталась другой рукой поднести к губам рюмку. «Надо выпить и успокоиться», – подумала она, но рука не послушалась, задрожала, и несколько драгоценных капель упали на столик. Наконец она справилась с рюмкой, сделала глоток и почувствовала, как внутри растекается привычное тепло, согревает грудь, успокаивает сердце. «Может, всё еще обойдется», – вяло подумала она, когда алкоголь уже начал свое знакомое действие.

Дверь резко отворилась, и Валерия вздрогнула – но тревога оказалась ложной. Это была еще не ее стрелка. Вошла какая-то компания – несколько молодых людей, видимо, хорошо знакомых между собой. Выглядели они немного приличней остальных посетителей, и настроение у них было хорошее. Они тоже взяли выпить, уселись вместе за один столик и довольно громко и весело, явно рисуясь перед публикой, завели какой-то заумный, не очень уместный в таком низкопробном заведении разговор о крутых компьютерах и новомодных примочках к ним.

Этот разговор и усиленная претензия на продвинутость, никак не вязавшиеся с таким местом, показались Валерии ужасно смешными. «И почему это мужики нигде не упустят случая потешить свое тщеславие, прикинуться успешными? – подумалось ей. – Даже там, где это выглядит нелепо». Никогда, ни в одной точке своего бессмысленного и несправедливого падения, не теряла она наблюдательности, чувства юмора, способности выхватить самую суть ситуации. Даже сейчас, когда ей было совсем не до смеха, она воспринимала всё происходившее вокруг отчетливо, ясно и иронично.

Тут дверь снова распахнулась, и вошел невысокий худощавый молодой человек неславянской наружности. Эйфорию, вызванную коньяком, с Валерии как рукой сняло, она вся напряглась и вытянулась, как будто настройщик подтянул внутри нее какую-то невидимую струну. Она боялась встречи с этим человеком и даже не пыталась этого скрывать.

– Ну здравствуй! – сказал он сдержанно, хотя и приветливо.

– Привет, Руслан, – осторожно и тихо отозвалась девушка.

Вошедший подошел к стойке, взял кружку «Петровского», подсел к Валерии и как-то особенно аккуратно и медленно глотнул из кружки. Видно было, что он никуда не торопится, уверен в себе и в том, что он делает. У Валерии всё сжалось внутри, но уходить было уже поздно.

– Как дела? Ты ведь вроде замуж собираешься? – всё так же неспешно начал человек.

– Да, собираюсь. Поэтому и деньги мне нужны, – перешла прямо к делу девушка. Ее тяготил этот разговор, она не знала, правильно ли она поступила, придя опять сюда, поэтому и хотела скорее всё закончить.

Молодой человек только насмешливо прищурил на нее свои и без того узкие глазки, которые от этого превратились просто в щелочки. Всем своим видом он давал понять, что владеет ситуацией и сам прекрасно это знает.

– Да ведь ты уже, кажется, один раз выходила, – съехидничал Руслан. – Только что-то быстро развелась.

Валерия ничего не ответила – удар был подлым, но она давно уже потеряла способность ощущать боль от этих мелких злорадных тычков.

– Ну хорошо, я всё принес, – примирительно сказал он и опять отхлебнул из кружки.

Кафе к этому времени почти опустело, двое друзей уже промыли косточки всем своим знакомым, допили водку и ушли. Оставалась только шумная компания любителей компьютеров, но они были слишком заняты своим разговором, да какой-то ханурик у стойки пытался выпросить у барменши сто граммов водки.

Руслан внимательно, но скрытно огляделся, оценил обстановку и осторожно полез во внутренний карман своей зимней куртки. Почти незаметным движением руки он извлек оттуда небольшой пластиковый пакетик с хорошо знакомым Валерии содержимым, отсыпал оттуда немного светло-кремового порошка в другой пакетик, поменьше, и мгновенно сунул его в ловко подставленную ладонь – остаток же аккуратно спрятал обратно в карман. Вся процедура, повторявшаяся много раз при самых разных и не всегда безопасных обстоятельствах, не заняла и десяти секунд. Всё было так хорошо отрепетировано, что исполнителям не понадобились лишние слова и телодвижения. Никто ничего не заметил – барменша разбиралась с марамоем у стойки, да и не могла она оттуда увидеть, а молодым людям было не до них. Руслан всё это точно просчитал.

Засунув пакетик в сумочку, Валерия допила коньяк и вся внутренне подобралась, чтобы сказать главное – для нее дело еще не закончилось.

– Знаешь, Руслан, как хочешь, но это уже в последний раз. Мне свою жизнь устраивать надо.

– Ну и устраивай. Это твоей жизни не помешает.

– Нет, не могу больше. И Лёша против – я ему слово дала, что завяжу. Мне ведь и пить сейчас нельзя, ты же знаешь.

– Ты же не для себя берешь. Денег подзаработаешь, ведь нужны будут на приданое.

– Нет, всё – хватит. Нельзя с этого семейную жизнь начинать. Я человека полюбила, не могу я своей и его жизнью так рисковать.

– Да куда ты от нас денешься! Забыла, что ли, как по двести двадцать восьмой попадалась? – холодно усмехнулся Руслан. Во время всего этого разговора он не терял самообладания, выражение лица его оставалось равнодушным и насмешливым – только проницательные глазки-щелочки пристально изучали собеседницу. Похоже было, что он не воспринимает слова девушки всерьез, но всё же пытается понять и оценить, что за всем этим стоит.

Эти слова болезненно подействовали на Валерию, хоть и знала она заранее, что он именно так и ответит. Она вся как-то сникла, как будто жесткий ответ ее визави выбил у нее из-под ног опору. Уверенности у нее поубавилось – ведь не раз уже пыталась она выправить свою жизнь, но старые знакомства не отпускали. Опять она почувствовала себя как в страшном сне, когда пытаешься от кого-то убежать, куда-то успеть, а ноги не слушаются, путаются перед глазами надписи на указателях, и твой самолет улетает. Да разве не во сне прошли последние несколько лет ее жизни?

А тут еще выпитая некстати рюмка коньяка давала о себе знать – мысли расползались, путались, не слушались ее, даже движения стали вялыми и замедленными. Немного ей надо было выпить, чтобы прийти в такое состояние. Но в главном она была уверена: ей надо завязывать и объявить об этом окончательно и определенно, чтобы расставить все точки над “i” раз и навсегда. Одного она никак не могла понять: зачем она тогда вообще сюда пришла?

– Хватит, Руслан! Говори что хочешь, но это в последний раз. Как продам это, деньги тебе верну, и всё. Можешь больше ко мне не обращаться.

– Кончай базар, дура! – Собеседник как-то вдруг бросил церемониться, но видно было, что и это неслучайно, никакой это не срыв, а просто ему стало наплевать – слишком уж он был