Поклянись мне - Сара К. Л. Уилсон

в саботаж поставок, стрельбу в местах заключения сделок и попытки нанести удар по руководящим членам каждой организации. Сказать, что это дерьмовое шоу, было бы гребаным преуменьшением.

Типичные мужчины, измеряющие размеры своих членов.

Я пришла к выводу, что в нью-йоркской организации определенно есть крыса, и я проквел последние четыре дня, наблюдая за Алехандро Муньосом и заставляя его людей говорить, чтобы выяснить, кто это.

Я нахожусь в Байларе, клубе, принадлежащем Картелю. На мне черный парик, прикрывающий мои грязные светлые волосы, короткая кожаная юбка и красный укороченный топ. Я сомневаюсь, что кто-нибудь здесь узнал бы меня даже без маскировки, если только они не в курсе последних новостей о чикагской одежде, но я решила, что лучше перестраховаться, чем потом сожалеть. Мне не нужно, чтобы какой-то придурок раскрыл мое прикрытие, прежде чем я получу то, за чем пришел сюда.

Я провела ночь, флиртуя с Муньосом, танцуя и прижимаясь к нему, угощая его напитками, притворяясь, что пью сама. Я бы предпочла получить информацию старомодным способом, болтая без умолку, а не пытками вытягивать ее из него. Я пока не готова к тому, что кто-то узнает, что я в городе.

В конце концов, он пригласил меня в VIP-секцию, где мы сейчас сидим с его людьми, он шутил и хвастался тем, чем занимался в "Романо".

— Мирда, мы одним ударом уложили восьмерых их людей, — смеется он, хвастаясь тем, как на прошлой неделе расстрелял одно из заведений "Романо", и я едва сдерживаю закатывание глаз.

— Как ты это делаешь, Алехандро? Конечно, они видят, что кто-то вроде тебя приближается, — мурлыкаю я соблазнительным голосом и хлопаю ресницами, внутренне закатывая глаза. Понятия не имею, как это дерьмо действовало на него всю ночь. Он похож на ребенка в кондитерской, как только я смотрю на него.

Жалко.

Он сажает меня к себе на колени, и я не могу сдержать дрожь от отвращения. К счастью, он воспринимает это как хороший знак, думая, что я возбуждена, и на самом деле у меня не чешутся пальцы пырнуть его по руке, лежащей на моем бедре, за то, что он прикасался ко мне.

— Это действительно довольно забавно, muñeca1. Два идиота-сына одного из их капо начали покупать у меня наркотики и в итоге оказались в долгу, который не смогли выплатить, так что их папаша должен вернуть мне деньги, не так ли? — Говорит он с усмешкой.

— Романо, el cabron2, понятия не имеет, что его amigo3 Амате — причина, по которой он теряет так много людей, — говорит он с ухмылкой. "Ах, продолжай ухмыляться, милый, ты только что дал мне все, что мне нужно", думаю я про себя, мило улыбаясь ему и глядя на него так, словно он повесил луну. Черт, хотела бы я быть той, кто усмирит этого мудака, но я знаю, как устроена эта жизнь, это должен быть Сальваторе Романо или один из его сыновей, если они собираются содержать свой дом в порядке.

Я провожу еще двадцать минут у него на коленях — не хочу уходить слишком рано и вызвать у него подозрения, — прежде чем, извинившись, удаляюсь в туалет и быстро выхожу через заднюю дверь клуба.

Итак, оказывается, что этот Амате и его сыновья являются причиной стольких смертей "Коза Ностры". Похоже, мне предстоит еще кое-что сделать, если я собираюсь найти их до того, как свяжу себя узами брака.

И черт, я точно знаю, что подарю своему дорогому мужу на свадьбу. Меня достало, что меня недооценивают. Пора показать Луке Романо, что я не просто племенная кобыла или красивая трофейная жена, которой можно хвастаться перед его людьми.

В конце концов… разве каждому мужчине не нужна женщина, которая поставила бы его на место?

Глава 3

Luca

— Я так рад за тебя, чувак, посмотри на себя в смокинге, принарядился для своей маленькой принцессы, — смеется Энцо, сидя в кресле.

Мы в моем пентхаусе, готовимся к этой гребаной свадьбе. Я неделями пытался найти альтернативу, чтобы мне не пришлось заключать эту сделку, но русские и колумбийцы приближаются к нам.

Мы ничуть не приблизились к поиску нашей крысы, и если так пойдет и дальше, наш отец сорвется и заболеет, отправившись на досрочную пенсию, а я ни за что на свете не стану Доном прямо сейчас, в зрелом тридцатилетнем возрасте.

Так что, увы, я готовлюсь встретить свою будущую невесту у гребаного алтаря. Антонио Бьянки, должно быть, держал свою маленькую девочку под замком или, по крайней мере, подальше от социальных сетей, подальше от прессы и любых гребаных камер, потому что я даже не видел ее лица.

Все, что я знаю из того, что Алек раскопал на нее, это то, что ей двадцать четыре и у нее степень в области компьютерных наук, которую она получила дистанционно. Какого хрена она планирует делать в информатике, я не знаю. Самое странное, что он не смог найти на нее ничего другого, а учитывая его род занятий, это гребаный красный флаг, если он когда-либо был.

Я покопался в некоторых своих контактах в Чикаго и выяснил, что она — воплощение избалованных принцесс мафии, проводящая дни дома или за покупками, тратя деньги своего папочки и проводя время с такими же избалованными светскими львицами, пропивая весь день за поздним завтраком со своими друзьями. На самом деле мне похуй, что она делает с собой, пока она не раздражает меня до чертиков, держится подальше от меня и пока она выполняет свои клятвы.

Я могу не любить эту женщину и даже нихуя не знать ее, но для меня брак — это обязательство на всю жизнь. Я не позволю ей трахаться с другими мужчинами. Так же, как я не буду трахать других женщин.

Это просто вопрос уважения, если мужчина хотя бы на секунду задержит взгляд на моей жене, я всажу ему пулю между глаз, а если кто-то подумает, что может прикоснуться к ней? Да, я выну их гребаные кишки и использую их как петлю, прежде чем повесить его на Эмпайр Стейт Билдинг на глазах у всего Нью-Йорка. Пусть это будет предупреждением о том, что происходит, когда кто-то прикасается к тому, что принадлежит мне.

Хах, может, я все-таки это сделаю. Было бы весело.

— Он не обращает на нас никакого внимания, Энцо. Он потерялся в своем собственном маленьком мирке, мечтая о белом заборе из штакетника и минивэне, — добавляет он, и