Холодная тьма - Татьяна Резник

– не стать участником, – философски заметил Саня и, взглянув мне в глаза, уже серьезно добавил:

– Убитый – мужчина тридцати лет, спортивного телосложения, работал маркетологом в сетевой компании. – Увидев, что я жду продолжение рассказа чуть тише добавил. – Убили его… Жуть какая-то, Макс. Ему разорвали живот до самого паха. Кишки валялись по всей кабинке. На шее синяки, как будто кто-то его душил, правая рука сломана… Достаточно тебе подробностей?

– Артерия на шее была повреждена?

– Была. Её словно проткнули каким-то острым предметом. А ты откуда знаешь? – искренне удивился Сашка.

– Просто предположил, – соврал я, вспоминая рассказ московского сыщика. – Представляю, сколько там было крови…

– Ага. Ресторан пришлось временно закрыть. – Я представил грустное лицо девушки-администратора, которую, как мне вчера показалось, волнует судьба ресторана. Может, причина в том, что она боится остаться без работы, на которую только что устроилась, а может причина ее поведения носит личный характер. – На время, конечно. До тех пор, пока не закончатся следственные действия.

Я хотел уточнить у Сашки еще несколько моментов, но появился Николай Шишкин по прозвищу Лесник, крича на весь коридор:

– Макс, тебя Владлен ищет! Сказал, что срочно!

Владлен Измайлович – это наш главный редактор и нормальный мужик, который без особой надобности никогда не дергает своих подчиненных. Интересно, что ему от меня понадобилось?

– Спасибо, Сань, – поблагодарил я Симоненко и поспешил к руководству. Лесник увязался за мной. Коля – парень вездесущий, любит уши погреть, к тому же рано утром в редакции ему, отвечающему за взаимодействие с клиентами, делать особенно нечего…

Шеф при виде меня встал и поспешно вышел из-за стола, протягивая руку для приветствия. Я понял, что или что-то случилось или вот-вот произойдет. Не то чтобы Владлен Измайлович вел себя грубо или надменно с подчиненными или коллегами, он вообще не такой человек. Но вскакивать с кресла при виде посетителя, как какой-нибудь стажер, ему тоже не свойственно.

– Что случилось? – задал я вопрос, пожав протянутую мне руку.

– Тут такое дело, Макс… Времени у нас мало, поэтому перейду сразу к делу. Ты, наверное, знаешь, что мои родители погибли. – Я не знал, но кивнул. – Мы с сестрой остались вдвоем. Нас отправили в детдом, откуда нас через год забрал дядя, работавший дипломатом в Австрии.

Я был не в курсе таких подробностей биографии шефа, но, устроившись в кресле, не перебивал и послушно кивал, стараясь не показывать удивление, вызванное таким необычным началом разговора.

– Мы выросли и зажили собственной жизнью. Маша, моя сестра, вышла замуж… К сожалению, ее жизнь сложилась непросто. У нее долго не было детей, а когда наконец она поняла, что беременна, муж уже завел другую семью. Она ничего не сказала ему о ребенке… – Шеф замолчал. Я тоже сидел тихо, как мышка, теряясь в догадках, зачем шефу понадобился весь этот экскурс в историю. – Прости, что загружаю тебя этими подробностями, но без них ты не поймешь почему я вызвал тебя, – добавил он с виноватым видом. Судя по всему, Владлену неудобно было рассказывать о таких сугубо личных вещах.

– Дима вырос избалованным ребенком, – со вздохом произнес Владлен Измайлович, глядя на меня так, словно я знал, кто такой этот Дмитрий. – Сестра умерла год назад. Конечно, он уже слишком взрослый, чтобы я мог стать его опекуном, но я стараюсь помогать мальчику. Он – единственный мой родственник и напоминание о моей горячо любимой сестре. Дяди, к сожалению, давно уже нет в живых.

Я кивнул, разобравшись в том, кто этот Дима, но все еще не понимая, что шефу нужно от меня. Дверь открылась, впуская Леночку, секретаря Владлена. Она поставила на стол две чашечки и молча покинула кабинет.

– Диме пришла в голову странная идея, – шеф придвинул ко мне чашку кофе, которую я с благодарностью взял со стола. – Странная для нас с тобой, но не для него. Он решил отправиться в С-ие штольни (штольня* —горизонтальная или наклонная горная выработка, имеющая выход на поверхность, проведённая на местности со сложным рельефом). Я прочел об этом месте, поспрашивал сведущих людей… Макс, я не могу допустить, чтобы он погиб там. Ты меня понимаешь, – взгляд шефа был грустным, как у больной собаки. – Я прошу тебя, сходи с ним в эти проклятые штольни! Ты спортивный парень, выживальщик и, если уж говорить совсем откровенно, мне обратиться больше не к кому.

Так вот зачем меня вызвал шеф… Ему нужна нянька для племянника!

– Я никогда не был в штольнях. Все мои знания по выживанию относятся только к лесу. Послушайте, Владлен Измайлович… Помните, вчера вечером был сильный дождь? – шеф кивнул. – Чтобы окончательно не промокнуть, я по пути домой забежал в ближайший ресторан, – и хотя шеф меня внимательно слушал, я решил сразу перейти к делу и больше не испытывать его терпение. – Так вот, в то время, когда я там находился, в ресторане произошло преступление. Убили какого-то мужчину. И теперь я под подпиской о невыезде. В ближайшее время мне, как свидетелю, нельзя покидать город.

Шеф лишь на секунду замер, а потом пренебрежительно взмахнул рукой:

– Это не проблема. Я договорюсь, неофициально, конечно. Ты в редакции давно, на хорошем счету, закон не нарушал, руководством характеризуешься положительно… Думаю, следователь пойдет мне навстречу. Тем более что дела об убийствах за неделю не раскрываются. А спустя это время ты уже вернешься. Ты ж не собираешься сбегать? – пошутил Владлен, изобразив на лице улыбку, в то время как его глаза оставались грустными. Несколько секунд помолчал, а потом, наклонившись вперед и глядя мне в глаза, произнес:

– Я прошу тебя, Макс. Ты предусмотрительный, спортом занимаешься, у тебя философский подход к жизни, здоровое чувство юмора и, главное, – я уверен, что ты не позволишь моему племяннику сесть тебе на голову и спровоцировать на какой-нибудь безответственный и глупый поступок, – последние слова шеф добавил со вздохом и совсем тихо.

– А он способен? – так же тихо спросил я.

Владлен кивнул и поднял на меня затравленный взгляд. Я не успел ответить, как дверь широко распахнулась, и на пороге появился субъект с бородой среднерусского крестьянина Смутных времен и многочисленными браслетами на руках. Проигнорировав меня, он бросился к шефу:

– Дядя! Ну что, нашли мне проводника?