День - Герман Иванович Романов

«вредительство», злоумышление, что судьбы только покалечит и ничего доброго не сотворит. Так что из таких лицеев новые Пушкины не выйдут, тут ожидать сего не приходится.

— Но почему, деда? Ты же всегда говоришь, что в знаниях великая сила сокрыта. Да еще приговариваешь — век живи, век учись.

— Вот и живу, и учусь постоянно, так что поговорка верна, — хмыкнул дед, глаза подозрительно блеснули. — Я решение ищу, а вам его предлагают в виде готовых ответов, когда нужно верный выбрать. Заметь, не искать его, а выбирать из нескольких предложенных. А это откровенная манипуляция с сознанием, оболванивание оного, именуемое кастрацией.

Старик засмеялся — его лицо снова помолодело, но к таким перепадам Лешка уже привык. А «Дед» продолжил говорить дальше, снова став серьезным, привычным, только хмурым, каким он стал за последние три года, как началась война, которую поначалу таковой не называли.

— Ленив человек, думать порой не хочет, поиском ответов на вопросы не любит заниматься. А потому легко управляемым становится, внушаемым — достаточно перед ним заранее подготовленную картину мира развернуть. И ответы готовые подсовывать, приговаривая — ты не думай, ты выбирай. А оные таковы — одни варианты испытуемому не выгодны в той или иной степени, а другие вроде ничего, относительно приемлемы. Только вся штука в том, что последние выгодны и тому, кто их предложил. Вот так, Лешка, по жизни и происходить — сие называется управление социумом путем его превентивного оглупления. Вспомни классиков, у них масса примеров.

— А как же, много чего написано на эту тему. И еще больше используется в обыденности. Иначе бы «разводняков» не случалось.

Улыбка у парня вышла кривоватой — что ему говорил старик, он уже давно понял. И что греха таить, сам применял в жизни с неизменным результатом, ведь чисто теоретические знания без их прикладного аспекта бесполезны, а то и вредны. Это как в боксе, где удар надо ставить, а для этого долгая подготовка нужна, чисто физическая.

— Теперь о «хранителях», о тех самых «трехсотлетних старцах», к коим принадлежит и твой верный слуга, и отнюдь это не оборот речи, и без всяких кавычек. Я и есть твой преданный служитель… Челюсть подбери, а то удивление у тебя безмерное на лице написано!

Голос Павла Ивановича стал жестким, и Лешка пришел в себя от удивления — теперь он осознал, почему старик все эти годы так заботился о нем, оберегал и опекал, лечил, и главное — учил. Парень посмотрел на полку, где одна за другой выстроились шеренгой картонные папки с распечатанными на принтере материалами. Содержимое в них было весьма характерное, и касалось собранной Лешкой за последние три года информации на разные темы. Сведений хватало с избытком благодаря интернету — он сам не ожидал, что можно столько набрать. И что интересно — официальная историческая наука или напрочь игнорировала факты, замалчивая их, либо давала весьма неубедительные ответы. А темы были острые, и доказательства наглядные — не менее семи мест, где налицо признаки применения в далеком прошлом ядерного оружия. Одно это напрямую свидетельствовало о существовавшей технологически развитой цивилизации, в силу определенных причин погибшей. И многое другое тоже было весьма занимательным поиском, включая карты знаменитого османского пирата, на которых была изображена Антарктида задолго до ее открытия, и Новый Свет — когда еще европейцы и не подозревали, каковы его масштабы на самом деле.

Так что правильно говорят, что все «новое» есть хорошо забытое «старое», и Лешка теперь в этой аксиоме окончательно уверился. Колумб же плыл не просто так в Америку, как и не с пустого кондачка в США замутили «Манхеттенский проект», а в гитлеровском рейхе организовали Аненербе — зловещее «наследие предков».

Нет дыма без огня — вот только скверно, что последствия от последнего могут быть самые печальные…

Глава 5

— Я тебе многого не скажу — здесь и сейчас, — дед невесело улыбнулся и отвел глаза. — Живым не дамся в руки, могу себе сердце остановить, так что никакая реанимация не успеет. А вот ты иное дело — не знаешь многого, но сила в тебе недавно забурлила. Это видно не только мне, другие ее тоже чувствуют — девки в лицее ведь на шею стали вешаться. Да не смущайся, то дело обыденное, у баб такой отбор природой заложен — они нутром чувствуют, ребенка понести от такого человека для них во благо, но нам в опасность сие занятие. Немало погублено хранителей от бабьей болтливости, так что держаться тут надо подальше. Или быть постоянно настороже — писание вспомни, и того, кто первым поддался дьявольскому искушению.

Лешка только вздохнул — он не понимал сам, что с ним происходит в последние месяцы. Будто жар внутри появился, поначалу мышцы и кости ломало, а потом отпустило. А ведь хотел к врачу идти, только дед категорически запретил. И действительно — изменился он, более внимательным стал, и память великолепной сделалась, на занятиях запоминал все, и даже больше. Достаточно взглянуть на текст, и словно фотографию делал. И одноклассницы свое отношение поменяли — раньше его не замечали, вели себя как принцессы, а теперь вроде служанок стали. В глаза заглядывают, искательно улыбаются, стараются притронуться. А если он за столом сидит, то к спине прижаться грудью, наваливаются бесстыдно. А если до какой сам дотронется, ладонь на плечо положит или за руку возьмет, то девчонки податливым воском таяли, натурально млели. Вот только странность стал замечать — с одними нормально себя чувствовал, но таких немного, а вот от других странный запашок ощущать стал, неприятный, всегда хотелось отодвинуться. Но беда в том, что эти девчонки и лезли, хотя раньше с другими парнями дружили, ну понятно как — какие времена такие в них и нравы. Оттого уже несколько раз дрался, и отнюдь не за юбку, которая и не нужна — просто на него стали наезжать нешуточно, и чем дальше, тем больше…

— Потому жить тебе осталось немного, сколько времени потребуется знающим на тебя выйти. А это произойдет достаточно скоро. Есть понятие виктимности — ты ведь знаешь что это такое?

— Ты имеешь в виду социальных жертв, тех людей, которые становятся объектом агрессии и насилия со стороны других?

— Именно это, но с тобой иное — тебя подсознательно начинают бояться, а потому и стараются напасть первыми, чтобы ликвидировать для себя источник потенциальной