Кипр – Кровь и Вера - Сим Симович

дня. Бой с нубийцем. «Ты не человек», — эти слова не давали покоя. Что нубиец увидел в нём, чего не заметили другие?

Крид закрыл глаза, пытаясь очистить разум. Постепенно напряжение отпускало его, мысли становились всё медленнее, всё тяжелее…

И вдруг — вспышка в темноте.

Глава 2

_Снег. Бесконечный снег, окрашенный кровью. Тела, разбросанные по заснеженной равнине. И он — стоящий посреди этого ада, с мечом в руке. Вокруг него воины в странных доспехах, с раскосыми глазами и жёлтой кожей. Они смотрят на него с ужасом и благоговением._

_— Бессмертный, — шепчут они на языке, которого он не должен понимать, но понимает. — Бессмертный._

_А потом стрела пронзает его грудь, и он падает на снег, чувствуя, как жизнь покидает тело…_

Крид резко сел на кровати, хватая ртом воздух. Сердце бешено колотилось в груди, пот струился по лицу. Он поднёс руку к груди, ожидая нащупать рану. Но там была лишь неповреждённая кожа.

Сон. Всего лишь сон… или воспоминание?

Он встал и подошёл к кувшину с водой, стоявшему на столе. Выпил несколько глотков, пытаясь успокоиться. За окном начинало светать — первые лучи солнца окрашивали небо в нежно-розовый цвет.

«Бессмертный», — снова прозвучало в его голове.

Он вздрогнул и решительно тряхнул головой, отгоняя видение. Сейчас не время для призраков прошлого. Сначала нужно обустроиться в настоящем, найти своё место в этом странном времени и чужом мире. А потом…

Потом придёт время для поисков ответов. Кто он. Что он. И почему оказался здесь.

Но пока — он просто Виктор Крид, потерявший память наёмник, готовый предложить свой меч тому, кто больше заплатит. И если судьба привела его к дому Лузиньянов — значит, так тому и быть.

Он услышал стук в дверь и повернулся. Новый день начинался.

— Входи, Маркос, — произнёс он, выпрямляясь и расправляя плечи. — Пора заняться делом.

В дверь просунулась всклокоченная голова Маркоса. Судя по красным глазам и помятому виду, ночь выдалась для него беспокойной.

— Ты уже проснулся? — удивлённо произнёс он, озираясь по сторонам. — Святые угодники, да ты даже не ложился!

— Был занят мыслями, — коротко ответил Крид, не вдаваясь в подробности.

Маркос вошёл в комнату, пряча что-то за спиной. Улыбка расплылась на его лице — хитрая, заговорщическая.

— У меня для тебя сюрприз, — объявил он, выдерживая паузу для пущего эффекта. — Вот!

Из-за спины он извлёк свёрток серой ткани. Развернув его, киприот продемонстрировал тунику из добротного льна, тёмно-синие штаны и кожаный жилет, расшитый серебряной нитью.

— Откуда это? — нахмурился Крид, разглядывая одежду.

— Позаимствовал у знакомого торговца, — небрежно отмахнулся Маркос. — Не волнуйся, я всё оплатил… частично. Остаток отдадим после встречи с капитаном.

Крид взял одежду, оценив качество ткани и пошива. Не роскошно, но и не бедно — в самый раз для воина, желающего произвести впечатление на возможного нанимателя.

— А это, — Маркос достал из-за пояса нож в простых, но добротных ножнах, — чтобы ты не чувствовал себя совсем безоружным. Меч купим позже, после встречи с де Шатонёфом.

Крид принял нож, вытащил его из ножен и осмотрел клинок. Сталь была хорошая, лезвие острое — знающий человек подбирал.

— Спасибо, — сказал он, убирая нож обратно в ножны. — Ты предусмотрителен.

— Это моя работа, — ухмыльнулся Маркос. — Предвидеть нужды клиентов.

Крид поднял бровь.

— И кто же твои обычные клиенты?

— Разные люди, — уклончиво ответил киприот. — В основном торговцы, которым нужен проводник по городу или посредник в сделках. Иногда паломники, направляющиеся в Святую Землю. — Он пожал плечами. — Фамагуста — большой порт, здесь всегда есть место для человека, который знает, где что достать и кого с кем свести.

Крид кивнул. Маркос был из породы вечных посредников — не хватает таланта или смелости заниматься делом самому, зато достаточно хитрости, чтобы наживаться на чужих усилиях.

Он быстро переоделся. Новая одежда сидела хорошо, хотя рукава туники были чуть коротковаты для его длинных рук. Кожаный жилет, однако, оказался впору, а серебряная вышивка, изображавшая волны и дельфинов, придавала наряду изысканный вид.

— Теперь ты выглядишь как настоящий господин! — восхищённо произнёс Маркос, окидывая его оценивающим взглядом. — Только вот…

Он подошёл ближе и критически посмотрел на спутанные светлые волосы Крида.

— Нужно что-то сделать с твоей гривой. И бороду подровнять.

— Позже, — отрезал Крид. — Сначала завтрак, потом оружейник, и наконец — встреча с этим капитаном.

Маркос пожал плечами.

— Как скажешь. Но тебе бы не помешало выглядеть опрятнее.

— Я наёмник, а не придворный, — буркнул Крид, проверяя, хорошо ли сидит нож на поясе.

— Сегодня наёмник, завтра — капитан королевской гвардии, послезавтра — может, и главнокомандующий, — ухмыльнулся Маркос. — С твоими-то способностями, которые я вчера видел…

Крид промолчал. Собственная сила пугала его — особенно после ночного кошмара. Если это был не просто сон, а воспоминание… тогда кто он на самом деле?

Они спустились в общий зал, где Крид заказал плотный завтрак — яйца, свежий хлеб, сыр и фрукты. Он ел с аппетитом, словно наверстывая упущенное за многие годы. Маркос наблюдал за ним с лёгким удивлением.

— Ты всегда так много ешь? — спросил он, когда Крид потребовал вторую порцию.

— Не знаю, — честно ответил тот. — Не помню.

Маркос неловко поёрзал на стуле.

— Да, конечно…

Слушай, я тут подумал… Эта твоя потеря памяти — может, стоит показаться лекарю? Или какому-нибудь мудрецу? В порту сейчас стоит корабль из Александрии, там есть знахарь-копт. Говорят, он умеет лечить головные недуги.

Крид задумался. Лекарь мог бы помочь… или только всё усложнить. Пока он не был уверен, что хочет знать правду о себе. Особенно если правда такова, как намекал его сон.

— Потом, — наконец сказал он. — Сначала дело.

— Как скажешь, — Маркос едва заметно пожал плечами. — Тогда закончим с едой и отправимся к мастеру Родригесу. У него лучшее оружие в Фамагусте, привозное, из Толедо и Дамаска.

Выходя из гостиницы, Крид невольно прищурился — солнце, уже поднявшееся над горизонтом, заливало улицы безжалостным светом. Город пробуждался: торговцы раскладывали товары, ремесленники открывали мастерские, служанки выливали ночные горшки прямо на мостовую (Крид поморщился от зловония), монахи в тёмных рясах спешили на утреннюю службу.

Фамагуста жила своей привычной жизнью —