Приквел цветных революций: Апогей гибридной холодной войны. 1946—1991 - Дмитрий Викторович Суржик

друга из СС Вальтера Рауффа, во время Второй мировой войны изобретавшего новые модели газвагенов, а после нее ставшего сотрудником DINA. В конце 1976 г. Барбье привез в Боливию итальянца Карбоне8.

Карбоне был скорее теоретиком, чем практиком политических убийств. В Ла-Пасе он стал секретарем «Черного интернационала» — фашистской группировки. Другие итальянцы из группы Делле Кьяйе в ноябре 1977 г. перебрались в Аргентину и там под руководством подполковника Антонио Франциско Молинари, начальника местной службы безопасности, использовались в «борьбе с подрывной деятельностью». В начале 1978 г. Барбье поручил своему коллеге Карбоне установить контакт с лидером итальянских коммандос Стефано Делле Кьяйе и завербовать его для выполнения задания в Боливии9.

Аргентинская разведка направила в Ла-Пас специальную группу коммандос. Среди первых офицеров аргентинской разведки, работавших над планами свержения власти в Боливии, был лейтенант Альфред Марио Минголла. Аргентинец получил приказ связаться с Альтманом. Минголла позднее заявил: «Я мало что слышал об Альтмане, однако перед отъездом мы получили досье на него. В нем говорилось, что он был очень полезен для Аргентины, поскольку играл важную роль во всей Латинской Америке в борьбе с коммунизмом. Из досье также следовало, что Альтман работал на американцев. Там были указаны его контактные лица, а также его различные поездки в США»10.

Аргентинские разведчики и немецкие рекруты контррреволюции, приезжавшие в Ла-Пас, шли одним и тем же путем. Первым делом они докладывали о прибытии доктору Альфредо Кандиа, боливийскому резиденту «Всемирной антикоммунистической лиги». Кандиа отводил их в часовую мастерскую Шнайдера. Владелец, немец по происхождению, любит показывать своим товарищам фотографию, на которой секретарь гитлеровской партии Мартин Борман, якобы исчезнувший в 1945 году, изображен в монашеском одеянии в Ла-Пасе. Шнайдер проверил новобранцев и приказал им встретиться с Барбье на следующий день в автошколе «Индианаполис» на авениде Марискаль Санта-Крус. Секретарь Барбье, Альваро де Кастро, выдал им двухлетние визы, удостоверения Интерпола и лицензии на огнестрельное оружие, оформленные Министерством внутренних дел.

«Идеалист-нацист», курировавший боевиков, Барбье дошел до того, что сформировал из своих боевиков филиал давно почившего общества «Туле». На собраниях ложи Барбье под свастикой и при свечах читал лекции о нацистских принципах. Ближайшие соратники Барбье организовали боевую группу национал-социалистов «Боливия Ховен», «Молодая Боливия», созданную по образцу СА. Ее соучредителями стали доверенное лицо Барбье Эмилио Карбоне и секретарь Барбье Альваро де Кастро. Официальным лидером «Молодых боливийцев» был 30-летний Армандо Лейтон, агент разведки и поклонник национал-социализма.

Барбье согласился с лидером террористов Стефано Делле Кьяйе в том, что необходимо объединить вооруженные правоэкстремистские группы со всего мира. Боливия должна была стать ядром национал-социалистической революции во всей Южной Америке. «Черный интернационал» оборудовал идеологический и военизированный тренировочный лагерь для иностранных товарищей в зданиях, принадлежащих Летнему институту лингвистики, подконтрольному ЦРУ11.

Боливийский военный путч 17 июля 1980 г., как отмечают журналисты издания «Подпольные акции», был почти исключительно срежиссирован и организован иностранцами. Единственными важными боливийскими игроками были генерал Луис Гарсиа Меса и полковник Луис Арсе Гомес, которые были назначены лидерами хунты. Они считались самыми жесткими в офицерской клике правых экстремистов. Тем не менее бывшему гестаповцу из Лиона, известному своими «искусными, интеллигентными и ненасильственными методами допроса», не удалось «реализовать» свой расстрельный список из 185 имен, в которых новые власти увидели немало своих родных имен.

Первым иностранцем, кто посетил «новозахваченного» президента, был… представитель религиозной секты «Единение» (также по имени создателя, Мун сан Мёна, они носят название «муни»). Полковник Бо Хи Пак, сменивший мундир на самозваный статус доктора, был вторым лицом и вторым лидером «муней» после смерти сан Мёна, и это неудивительно, ведь он возглавлял Корейский фонд культуры и свободы, получавший деньги из Японии и… США. «Мунь № 2», прибыв в Боливию, самоуверенно заявил: «Я воздвиг трон для отца Муна в самом высоком городе мира»12.

И это было правдой. Первый представитель «муней» приехал в Боливию в конце 1960-х гг. На 13-м этаже здания Jazrnin в Ла-Пасе Харумико Ивасава сидел с несколькими американцами, и никто, казалось, не знал, что они там делают. Только в 1983 г. министерство внутренних дел Боливии и боливийские журналисты установили, что господа из секты Муна, а также другие лица вложили в подготовку переворота около 4 миллионов долларов. Были найдены списки членов политической организации Муна Causa. В первых строчках списков значились имена почти всех ведущих военных, которые в то же время почитали свастику в домике Барбье. Даже лидер хунты Гарсиа на некоторое время был обращен в «мунизм»13.

Что же привлекало корейских «святош» в измученной военными переворотами латиноамериканской стране? Ответ на этот вопрос последовал 31 мая 1981 г., через девять месяцев после переворота кокаиновых генералов, когда почти все руководство секты Муна и их латиноамериканской политической организации Causa прилетело в Ла-Пас. Перед 200 приглашенными гостями в «Зале свободы» отеля Sheraton представитель Муна полковник Пак и лидер боливийской хунты Гарсиа начали с молитвы за президента США Рейгана, который был ранен в результате покушения. Затем Пак объяснил: «Бог выбрал боливийский народ в самом сердце Южной Америки как тех, кто победит коммунизм»14. Вложенные деньги должны приносить доход, но его еще предстояло извлечь из кокаиновых плантаций, для обороны коих «муни» решили создать свою «религиозную армию».

Организация Causa — филиал «муней» в Боливии — начала свою политическую миссионерскую работу по всей стране. 50 тысяч книг секты — согласно отчету боливийской разведки — были доставлены в Ла-Пас бортом… военно-воздушных сил США. Наряду с идеологическим «просвещением» началось формирование антикоммунистической «народной армии» для «вооруженной церкви». Около 7 тысяч боливийцев приняли участие в военной подготовке. Как заявляют авторы журнала CovertAction, «вооруженная церковь» также получила учебные фильмы о борьбе с палестинским сопротивлением.

Резидентом «муней» в Боливии был Томас (Том) Уорд. Том Уорд был также тем человеком, который в начале 1981 г. доставил платеж от ЦРУ лейтенанту аргентинской разведки Альфредо Минголле. Ежемесячная зарплата Минголлы в размере 1500 долларов выплачивалась в офисе Causa, принадлежавшем Уильяму Селигу, представителю Уорда. Его, зачастую поглощенного молитвой, кстати сказать, весьма часто видели вместе с Клаусом Барбье. Селиг придавал меньше значения благочестивым взглядам, чем его босс. Он был специалистом по электронике с опытом работы во Вьетнаме и консультировал боливийскую разведку по техническим вопросам. Третьим человеком в кадровом резерве ЦРУ среди мунитов был Пол Перри, который уже пытался организовать «вооруженную церковь» в Бразилии.

Том Уорд был связным ЦРУ с Клаусом Барбье до и сразу после путча 1980 г. Постоянная же связь осуществлялась через торговца оружием Фернандо Инхаусте. Он хвастался, что имеет прямой контакт с президентом Рейганом, которого якобы знал в бытность киллера губернатором Калифорнии. Еще одним постоянным связным Барбье в ЦРУ был Джордж Португал, также торговец боеприпасами. Он являлся близким другом Инхаусте и деловым партнером Барбье. Третьим человеком из «секретной разведки», с которым работал Барбье, был Людвиг Альвез Пачеко.

Несмотря на террор, отвлекающую религиозную трескотню «муней» и тайный передел кокаиновых плантаций, режим Луиса Гарсиа Месы продержался у власти всего лишь 1 год и 18 месяцев. Хунта решила не делиться со своими спонсорами и получить монополию на торговлю кокаином. В довершение всего Гарсиа и Арсе также разграбили национальный банк. Боливийской нации и боливийской экономике грозило полное банкротство. На улицах Ла-Паса стали появляться толпы голодающих, приехавших за милостыней из провинции. И США поспешили откреститься от своего