Жизнь на фотографии. Или полмира за LIKE - Владислав Петухов

И вот, уже достаточно приблизившись к этим двоим, я встаю во весь рост на носу катера и прикладываю руки ко рту, пытаясь усилить голос:

– Девочки, привет! – кричу этим двоим.

– Здрасте, – отзывается та, что держит фотоаппарат.

– Может, горячего чаю после такого заплыва, – снова ору я, широко улыбаясь.

– С удовольствием! – опять отвечает фотограф. Она смотрит на свою полуголую подругу, после чего они о чем-то говорят, спорят, а потом та, что стоит в воде, все-таки выходит на берег, берет полотенце и закутывается в него. Теперь они обе смотрят на меня.

Картина эта может показаться абсурдной. Осень, на дворе почти «минус», прохожие, движущиеся неподалеку по пешеходной дорожке, облачены в пуховики или теплые пальто. Вокруг очень холодно, плюс, еще дует пронизывающий осенний ветер, а вода уже кристально прозрачная, что свидетельствует о ее низкой температуре. Все это рождает желание закутаться в одеяло с кружкой чего-нибудь горячего или, по крайней мере, тепло одеться, выходя на улицу. Последнее, что вам, вероятно, захочется делать в такую погоду – это снимать мокрые, эротические фотосессии с «полуобнаженкой»…

Я подплываю ближе и помогаю обеим залезть на катер.

Начну с того, что этим утром у меня родилось желание съездить на рыбалку. Чтобы все серьезно – лодка, глубина, трофей, однако время не позволяло отдалиться от столицы далеко, поэтому я выбрал самое простое – озеро в центре города. Тут есть прокат лодок и катамаранов, так что, в общем, водный транспорт разрешен, да и на берегу есть отличный ресторан, в котором я часто ужинаю после работы, и в который могу наведаться сейчас, если сильно проголодаюсь.

Я быстро сделал мелкие дела по дому, оставив большую часть из них домработнице, позвонил и обрадовал «зама» тем, что сегодня он за главного, после чего наскоро собрался, съездил на стоянку за катером, который недавно приобрел и, в одиночестве отправился на воду. Это была даже и не рыбалка как таковая, это была обкатка моего нового судна, ведь катер пока еще толком не был на воде, особенно в реальных условиях, для которых я его купил.

Спустив на воду лодочку, я с первой минуты насладился всеми прелестями крутой, заморской игрушки. Там было все и даже больше… Помимо огромного количества разной рыбо-поисковой аппаратуры, «лайвела» для сохранения рыбы живой, которого не было на моей предыдущей лодке, мощнейшего мотора и других очень важных штучек-дрючек, в одном из транспортных отсеков, оказалась бутылка шампанского, положенная туда, видимо, еще на заводе в Штатах, и которая до сих пор там лежит из-за отсутствия повода. Любимые спиннинги притаились в транспортных отсеках и уже ждут своего часа, как и все остальное, включая термос с горячим какао и вчерашний ужин, состоящий из запеченной на углях утки и картофельного пюре, заказанный еще вечером и не съеденный по причине резко нахлынувшей «усталости», связанной, скорее всего, со стаканчиком Dewars White Label или даже несколькими стаканчиками…

И вот, медленно набирая скорость, я помчался к горизонту, как мальчишка, радуясь новой игрушке. Осень была в каждой капле мелкого дождя, в каждом дуновении ветерка, в каждом «голом» дереве. Как же хорошо, что на мне термобелье и теплый костюм, привезенный аж из Швеции, – делая глоток какао, подумал я, стоя уже недалеко от берега, как раз в тот момент, когда услышал щебетание двух молодых русалочек.

– Меня зовут Маша, – говорит девушка с фотоаппаратом, сидя у меня в лодке.

– А меня Юля, – говорит «модель».

Я представляюсь, достаю термос, наливаю кружку ароматного дымящегося «Несквика» и даю его в руки Юле, которая уже аж трясется от холода. Девушка явно перестаралась с позированием и сейчас ей несладко. Я снимаю с себя теплую куртку, оставаясь в полукомбинезоне, и даю ее ей. Она немножко сопротивляется, но потом всё-таки одевает. «Холод сильнее вежливости… Или гордыни».

А вообще интересно, как ей было там, на берегу в мокром купальнике…

– Что вы тут делаете, девочки? – задаю я достаточно идиотский, но, как мне кажется, уместный вопрос.

– Юля попросила меня поснимать ее, – отвечает фотограф Маша. – Говорит, что нужны новые фотки в Инстаграм. Подписчики начинают уходить.

Да-а, – думаю я про себя. – А ведь ребята из отдела рекламы говорили, что вся эта тема с интернетом сейчас в моде у молодежи, но я и подумать не мог, что есть вот такие вот Юли и Маши, готовые, не смотря ни на что, фотографироваться для своих страничек в интернете хоть в дождь, хоть в стужу. Разумеется, я замечал миллионы фотографий полуголых девушек, которыми пестрит тот же самый Инстаграм, но мне всегда казалось, что эти фотки сделаны от балды, просто потому что момент подходящий – пляж, например или еще что-то в этом роде. Уж никак я не мог подумать, что ради хорошего кадра кто-то вот так вот страдает, причем, скорее всего, потом, в редакторе, эти фотографии обретут летний оттенок и солнечно-теплые тона, а какой-нибудь слабосведующий в подобных делах человек, как я, например, примет эти картинки за правду и решит что перед ним успешная молодая девушка. Ровесники, увидев эти изображения, будут думать, что они не чета ей и, наверное, будут за глаза» называть шлюхой – …ведь скорее всего она кому-то дала, что бы ТАК отдыхать…

Я смотрю на Юлю, и меня удивляет ее взгляд – он пустой. Она не видит ничего сверхъестественного в том, чтобы устроить эротическую фотосессию на побережье городского водохранилища, в полуголом виде, в конце октября. Смотрю на ее вещи, лежащие рядом: туфли на каблуке не менее 12—13 сантиметров, легкое платье, причем очень короткое, такой же короткий пуховичок, доходящий, видимо, до талии, причем добрая часть его длины – манжет, подчеркивающий эту самую талию. В общем, Юля всегда «на показ».

– Вы собираетесь еще снимать? – спрашиваю я, хотя по виду модели – следующие фото уже будут с оттенком синевы.

– Наверно нет, – отвечает Маша, поворачиваясь к подруге и как бы спрашивая у нее.

– А покажи мне, что у нас получилось, – говорит та, протягивая руку к фотоаппарату.

Я предлагаю девушкам свой iPad для лучшего просмотра материала, и вот мы уже листаем фотографии вместе.

Иногда, когда я встречаю таких вот Юль, мне хочется надавать им подзатыльников.

О чем ты думаешь, дорогая? О малолетних дрочилах, которые, как я слышал, ждут каждую новую фотографию симпатичной девушки в этом самом Инстаграм, чтобы уединится с ней в туалете, или о продюсере, который когда-нибудь, наверное, может быть увидит тебя и предложит работу. О чем?! О чем думают твои родители, когда видят, как ты выходишь на улицу в 5 градусов мороза в такой одежде?

Юля, видимо, заметила выражение моего лица и начала громко комментировать изображения на экране:

– Тут вот плохо задний план видно. Тут вот не понятно, что я в воде. Тут вот вообще страшная! – Эти ее слова меня просто убили.

Да что ты говоришь?! – думаю я, улыбаясь. – На первой фотографии не задний план плохо видно, а твои стоячие соски, которые ты, видимо, так хотела показать, на второй – не вода в тень попала, а рука на попке. На третьей, скорее всего, плохо видно язычок, которым ты губы облизывала, неумело изображая страсть…

– Маша, давай еще завтра сходим сюда, что-то мне фотки не очень нравятся! – говорит Юля, держа кружку, трясущимися от холода руками и шокируя меня окончательно.

– Ну ладно, – пожимает плечами Маша. – Только я оденусь получше, а то что-то уже холодновато.

Еб твою мать! – чуть было не вылетает из меня крик души, внезапно родившийся после такого резкого поворота событий. – Ну вы даёте, товарищи…

– Вам далеко тут до машины? – спрашиваю я, пытаясь хоть как-то облегчить жизнь этим глупышкам. – А то совсем замерзли, в салоне хоть отогреетесь.

–А мы не на машине, – говорит Юля. – Мы пешком. Нам дворами пройти чуть-чуть и мы на Орловскую выйдем. Там на троллейбус и через полчасика, мы дома. Мы в военном городке живем, точнее квартиру снимаем.

Военный городок. Веснянка. Туда три дня лесом, два дня полем. Один троллейбус и то «в час по чайной ложке» ходит, а до остановки идти еще по берегу минут двадцать, – я быстро прикидываю маршрут в уме.

В принципе, а что мне стоит их добросить до дома? Все равно, я уже не буду ловить здесь, а из-за ветра, поднявшегося полчаса назад, уже не только руки замерзших девочек трясутся как осиновые листы, но и на моей щетине начинает появляться иней, а нос скоро станет похож на свежий баклажан…

– Вот что, девочки, давайте я лодку на прицеп загоню, съездим на стоянку, ее там оставим, а потом, так и быть, закину вас домой. Как раз в машине погреетесь.

Девчонки немножко подумали, а потом согласились. Юля отдала мне пустую кружку, в которую я снова налил «Несквик» и дал Маше.