Красное бедствие - Рита Хоффман

свечи в зале погасли и вспыхнули вновь, но пламя их было зловещего синего цвета. В полумраке Савьер попытался нащупать руку Амели, но той не оказалось рядом.

Вскочив, он попытался оглядеться, но в море человеческих тел не было видно ни зги. Отовсюду доносились крики, пол стал скользким от крови. Савьер запнулся о чье-то тело и упал. Ладони окрасились алым. Он попытался стереть кровь, но лишь испачкал одежду.

– Амели! –в отчаянии выкрикнул он. –Амели!

Поднявшись, Савьер заковылял к дверям, надеясь найти подругу там, но его снова сбили с ног. Трость отлетела в сторону, кто-то наступил на нее и в гомоне голосов он услышал треск.

– Приведите моего брата ко мне! – раздался громоподобный окрик.

Кто-то схватил его под руки и потащил к трону. Савьер сопротивлялся из последних сил, но самообладание оставило его, когда он увидел Амели, лежащую на столе. Уродливая крылатая тварь припала к её шее, белое платье потемнело от крови. Остекленевшие глаза девушки смотрели в пустоту.

– Что ты наделал?! – закричал Савьер, вырываясь. – Что ты наделал?!

Дверь зала с треском распахнулась и выжившие бросились прочь. Чудовища ринулись за ними, а Лаверн усмехнулся и медленно опустился на трон. Савьера наконец отпустили, он упал к ногам брата и схватился за край его плаща.

– Что ты наделал? – тупо повторил Савьер, стараясь не смотреть на последствия устроенной бойни.

– Я стану императором, – сказал Лаверн и его губы изогнулись в насмешливой улыбке.

– Это невозможно! Никто не склонится перед тобой, – прошептал Савьер.

– Перед эмпуссиями склонятся все.

Вперед вышла высокая женщина. Она откинула капюшон и Савьер узнал в ней эльфа – потомка лунного народа. Выходит, под плащами действительно скрывались члены Дома Убывающих Лун. Вот только они прибыли не как гости, а как помощники нового узурпатора.

– Ты сошел с ума. – Савьер не узнал собственный голос.

Он отвернулся от Лаверна, зажмурился, все еще надеясь, что все происходящее просто кошмар, но когда открыл глаза увидел то, от чего его сердце едва не остановилось.

Амели медленно села и посмотрела прямо на Савьера. Рана на ее шее продолжала кровоточить, но девушка неловко встала и, шатаясь, двинулась прямо к трону. В ее глазах не осталось ничего человеческого, движения стали ломаными и неуклюжими.

– Пусть убирается, – сказал Лаверн.

Эльфийская женщина сделала странный жест рукой и Амели вдруг вздрогнула, встрепенулась, принюхалась, словно дикий зверь, и бросилась прочь из зала. Через мгновение Савьер услышал женский крик.

– Что ты с ней сделал?!

Савьер попытался подняться, но Лаверн толкнул его ногой. Он скатился со ступеней и упал на липкий от крови пол.

– Теперь все склонятся передо мной, – удовлетворенно произнес Лаверн.

– Да здравствует новый император, Лаверн Второй! – громко произнесла эльфийка.

– Да здравствует Дом Убывающих Лун, – вторил ей Лаверн и поцеловал длинные серые пальцы.

Глава 1

Полгода спустя

– Вот эта карта говорит о том, что твой путь будет долгим и тернистым.

– Мне не нравится, вытащи другую.

– Нет, дорогая, так это не работает.

– Почему? Разве ты не можешь вытащить карту, которая будет пророчить мне беззаботное будущее?

– Довольствуйся тем, что есть.

– Бабушка!

– Все хотят знать, что их ждет, но никто не желает принимать то, что им не нравится.

Ромэйн подтянула под себя ноги и улыбнулась. Её бабушка, старшая леди Дома Наполненных Чаш, вытащила из колоды еще одну карту и положила её на одеяло.

– А эта что означает?

– Погоди-ка… – Глаза на сухом старческом лице превратились в щелочки.

– Ну?

Ромэйн подалась вперед и увидела, что так взволновало бабушку – карта с изображением Жнеца. Восседающий на белом коне всадник попирал сваленные в кучу окровавленные тела.

– Это Жнец, – сказала Ромэйн. – Кто-то умрет?

– Жнец не всегда означает смерть, – подумав, ответила бабушка. – Он несет с собой перемены, которые, впрочем, к смерти тоже могут привести.

– Сегодня твой расклад получается просто ужасным. – Ромэйн вздохнула.

Бабушка подалась вперед, схватила её за руку и притянула к себе.

– Будь осторожна, дорогая моя, – прошептала она. – Жнец не приходит просто так.

– Но на карте есть еще и солнце. – Ромэйн, удивленная странной реакцией бабушки, попыталась высвободить руку. – Вон там, в углу. Ты сама говорила, что важна каждая деталь.

– Верно. – Бабушка отпустила её и аккуратно взяла карту двумя пальцами. – Перемены могут быть разрушительными, но, в конце концов, они могут пойти на пользу.

– Художник сделал все, чтобы о хорошем ты думал в последнюю очередь, – фыркнула Ромэйн. – Посмотри сколько тел под копытами его коня.

– Это то, что ты принесешь в жертву. – Бабушка вернула карту на место и хотела было вытащить из колоды еще одну, но замерла в нерешительности.

– Давай же, – подбодрила её Ромэйн, – я хочу знать все.

Следующим из колоды появился рыцарь на гнедом коне, размахивающий мечом. Бабушка положила его рядом со Жнецом, долго разглядывала расклад, а потом медленно произнесла:

– Глядя на эти три карты я вижу цельную картину, она только что сложилась в моей голове.

– Ну? – Ромэйн склонилась над раскладом. – Говори!

– Карты предсказывают тебе дальнюю дорогу. – Костлявым пальцем бабушка указала на изображенную на карте лодку, пронзенную мечами. – Твоя судьба уведет тебя из родного дома. Карты советуют тебе бежать.

– Куда мне бежать? От чего? – Ромэйн задумчиво крутила в пальцах локон светлых волос.

– Сейчас такое время, что бежать впору всем нам, – резко ответила бабушка.

Они не сговариваясь посмотрели в окно, за которым разлился серый ненастный день. Где-то там, у границ их владений, идет ожесточенная борьба людей и чудовищ, призванных предателем из Дома Багряных Вод.

Их жизнь изменилась в тот день, когда Монти вернулся с похорон лорда Лаверна Первого. Обезвоженного и едва живого его встретили стражники, которые и помогли ему преодолеть остаток пути. Брат Ромэйн несколько дней не приходил в себя, а когда проснулся начал рассказывать странные вещи. Сперва ему