Тайны московской принцессы - Анна Устинова

Егор поморщился. Теперь придется их есть. Впрочем, это казалось ему куда меньшим злом, чем если мама узнает про Белку.

На следующее утро, едва она ушла на работу, он первым делом кинулся в кладовку. Никаких следов постороннего вторжения. И мешок завязан так же, как они с мамой завязали его вчера. Вот только тревога не уходила. Сосредоточиться ни на чем другом Егор не мог. Каждые десять минут ноги несли его к заветной двери.

Наведавшись в кладовую в пятый раз, он приказал себе не сходить с ума и больше туда не заглядывать, однако на месте по-прежнему не сиделось. Вздохнув, он взял с полки учебник истории и уткнулся в него. Хоть с пользой проведет время.

Грохот в кладовке заставил его вскочить на ноги. Учебник полетел на пол, а мальчик бросился в коридор и рывком распахнул дверь, ожидая снова увидеть Белку. Но в этот раз его ждало гораздо большее потрясение.

На комодике, свесив ноги, сидела… девочка, по виду примерно его ровесница. Белка устроилась рядом с ней и сердито цокала зубом. Крик ужаса застыл у Егора в горле. Последние сомнения отпали. Он точно сошел с ума!

– Ой! – звонко воскликнула девочка. – Ты откуда?

Егор таращился на нее, не в силах произнести ни слова. Больше всего пугала реальность видения. Симпатичная девочка с густыми черными волосами, подстриженными под пажа. Глаза, тоже черные, живые, озорно смотрели на мальчика. Щеки чуть розовели румянцем. На пухлых губах застыла растерянная полуулыбка.

Одето видение было тоже вполне обычно, буднично. Никаких там саванов или хитонов. Джинсы и маечка с ярким принтом, кроссовки… и рядом – зверская Белка! Совершенно необычная.

– Ты кто? – задала новый вопрос девочка.

– Егор, – с трудом выдавил из себя он.

– Крайне информативно, – с ехидным видом продолжила она.

Егор разозлился. «Сама явилась и еще требует ответа, кто он и что здесь делает? Беспредельная наглость!»

– А ты-то кто? – попытался он скрыть растерянность за подчеркнуто хамским тоном.

– Фу, как грубо, – поморщилась она.

Белка, косясь на Егора недобрым глазом, зашарила у себя в складке на животе. Он без труда догадался, что она сейчас снова пульнет в него его же собственным орехом. Мешок был опять развязан и заметно потощал. Воровки наглые!

Схватив стоявшую у входа швабру, он погрозил беспардонному животному:

– Посмеешь кинуть, хвост накручу.

– Какой ты, оказывается, злой, – покачала головой девочка. – Это же Белка. Она тебя не понимает.

– Как орехи воровать, понимает, – еще сильней разозлился Егор. – Как драться – тоже. А как ответ держать, так она просто Белка.

– А это разве твои орехи?

Девочка посмотрела на него так, будто они находились сейчас не в его квартире, а в лесу и орехи спокойно валялись себе на земле под густым орешником.

– Представь себе, мои. То есть наши, – сердито сказал Егор.

– Да-а? – ни капельки не смутилась она. – То есть ты, оказывается, еще и жадный.

– Вот уж нет, – обиделся он. – Было бы что жалеть. Пусть жрет. Я их терпеть не могу. Только пуляться-то ими в меня зачем? И вообще, откуда вы здесь взялись?

– Оттуда, – кивнула куда-то в угол девчонка.

Егора разобрал нервный смех.

– Хочешь сказать, сквозь стену прошла? Как привидение?

– Сам ты привидение! Тут ход есть.

– Ну да, конечно. Тайный. Как в старинном замке. Вешай мне лапшу на уши. Это же современный дом.

– Ну и что. – Девочка пожала плечами. – Везде есть такие ходы. Просто о них почти никому не известно. Они только для посвященных.

– И ты, не знаю, как тебя там, одна из них?

– Не «как тебя там». Зовут меня Зоя. И посвященной я, разумеется, быть не могу. Любому дураку ясно. В двенадцать лет не посвящают. Ходы обнаружила Белка. И мне показала. Только… – спохватилась она, – это большой секрет. Поклянись, что никому не расскажешь. Иначе меня ждут большие неприятности.

– Клясться? – Егор громко расхохотался. – Да если я кому такой бред расскажу, меня сразу в больницу отправят. Лечиться. Только теперь уже не от слепоты, а от сумасшествия. Решат, что наркоз и операция так мне на мозги повлияли. Но у меня с мозгами пока все в порядке. Поэтому я тебе элементарно не верю. Просто, видно, твой ключ подходит к нашей входной двери, вот ты в мою квартиру и прокралась.

В Зоиных глазах сверкнули обида и негодование.

– Глупости! Зачем мне врать?

– Ясное дело, из-за орехов, – не сомневался Егор. – Очень уж они твоему мутанту полюбились. – И он небрежно кивнул в сторону Белки, которая в ответ презрительно фыркнула.

Зоя вздохнула.

– Если совсем уж честно, орехи ей и впрямь нравятся. Но… – Она с новым вздохом умолкла и на мгновенье задумалась. – Если я покажу тебе ход, ты поклянешься никому о нем не рассказывать?

Егор отреагировал на ее вопрос высокомерной ухмылкой. Совершенно ясно, что никакого хода тут нет. Она бы еще предложила ему вулкан Этна здесь показать или слона в обнимку с баобабом найти где-нибудь в пыльном углу за комодиком.

– Ну-у, если тебе так уж надо, клянусь, – легко бросил он.

– Чем? – не моргая, пристально смотрела на него Зоя.

– Жизнью, – не задумываясь, брякнул Егор.

Зоино лицо, скованное настороженностью с той самой поры, как она обмолвилась о существовании тайных ходов, оттаяло.

– Смелый ты человек, однако. Или… слово хорошо умеешь держать?

– Ну да, умею, – заверил он, ожидая с большим любопытством, как она теперь станет выкручиваться. Хотя, если она видение, то просто возьмет сейчас и растает. Самый лучший на ее месте выход из положения после такого пафоса.

Девочка протянула ему руку.

– И что? – поинтересовался Егор.

– Держись, поведу тебя, – деловито проговорила Зоя.

Егор осторожно коснулся ее ладони. Она оказалась теплой и мягкой. Абсолютно настоящей. У видения такой руки быть не может. Это он сразу понял. Белка пронзительно заверещала, и ему тут же стала ясна причина. Зоя другой рукой крепко вцепилась в ее пушистый хвост.

– Ну же, залезай сюда! – указала взглядом на крышку комодика девочка.

– А потом? – все еще недоверчиво улыбался он.

– А потом мы прыгнем, – объяснила она. – Только не отпускай мою руку. Иначе потеряешься.

– А твоя подружка меня не укусит? – покосился он на зверька.

– Делать ей больше нечего. Зубы об тебя тупить. Ты не орех, а значит, для нее невкусный.

Белка словно в подтверждение ее слов веско цокнула и заскребла задними лапами по комодику, безжалостно царапая его поверхность. Отступать было поздно. Мальчик, вскарабкавшись на комод, устроился рядом с девочкой. К его удивлению, они прекрасно там поместились втроем.

– Ну, – выжидающе посмотрела на него Зоя. – Готов?

– Готов, – кивнул Егор.

– Тогда внимание. На счет «три» прыгнем назад. Белка укажет нам путь.

«Прыгнем, конечно прыгнем, – едва сдерживал смех Егор. – Может, даже и полетим».

– Раз! Два! – воскликнула девочка. – Три!

Они рухнули в чернильную тьму.

Глава II

Кромешная тьма. Как тогда, до операции. Неужели он снова потерял зрение? Девочка с Белкой чем-то ударили его по голове? Да нет. Он совершенно отчетливо помнит, как они трое вместе прыгнули. Вот только куда? В кладовке не развернуться. Наверное, прыгнув, он ударился обо что-то головой. И… ослеп. С другой стороны, никакого удара он не почувствовал. И голова не болит. Где он? Что с ним?

Егора дернули за руку.

– Чего застыл? – раздался в темноте недовольный голос Зои. – Надеешься, я на себе тебя потащу? Вот уж не собираюсь. Давай-ка, шевели ногами.

Только тут Егор понял, что вовсе не парит где-то в темном пространстве, а, спотыкаясь, бредет по вполне твердой поверхности.

– Где мы? – кинул он вопрос в густую тьму.

– Ну, ты же сам пожелал увидеть ход, – откликнулась Зоя. – Не верил, что он есть. Теперь, надеюсь, веришь?

– Не знаю. Здесь ничего не видно. А-а, – его посетила новая догадка, – вы мне глаза завязали!

Он провел ладонью по лицу. Ни намека на повязку.

– Вот уж излишний труд тебе глаза завязывать, – ехидно хихикнула Зоя. – Ты и так ничего не увидишь. Тут даже свет зажигать бесполезно. Не пробивает.

– Почему? – Егор никогда не слыхал о подобном.

– Не знаю, – ответила Зоя. – Но факт остается фактом. Пробовала. Погоди немного. Тьма эта не вечная. Пройдем чуть-чуть, а там и фонарик начнет работать.

Они прошагали еще немного. Куда – Егор разобрать не мог. Возможно, вперед, а может, назад или вообще по кругу. Потом в темноте кто-то громко цвиркнул. И вдруг вспыхнул свет, который показался мальчику таким ярким, что он зажмурился. Но это было лишь первое ощущение. На самом деле тьму рассеивал тоненький луч маленького фонарика, висевшего на груди у Зои.

– Теперь тебе стало полегче? – полюбопытствовала она.

– Не убежден. – Он изумленно оглядывал узкий проход, в котором они стояли. Разведя руки, можно было упереться сразу в обе стены – шершавые, каменные. Пол тоже каменный. Над головой низко нависал потолок. Дышалось, правда, легко, что удивляло в столь узком пространстве. Казалось, откуда-то дул освежающий ветерок.