Черное сердце - Екатерина Мельникова

– Поднесенная к лицу ладонь выражает негодование. Еще мы прикасаемся рукой к лицу, когда в шоке. Также этот жест применяется в ответ на очевидную глупость.

Карина смеется, переглядываясь с Алисой. Неугомонный и обиженный Рома еще несколько лет продолжает делиться эмоциями, а у него их, эмоций, всегда миллиард с копейками.

– Почему, когда между вами все было хорошо, они были лучшими, а сейчас они все – отстой? – спрашивает его Джордан.

– Потому что сейчас между нами не все хорошо. Между нами вообще ничего нет. Вывод. Джордан, Владлен, Карина и Алиса. Вот – друзья! Спасибо за ужин. – Рома отодвигает тарелку и откидывает свой затылок на спинку дивана, благодарно дожевывая вкуснятину. Кажется, на этом у него все.

Владлен надеется, что после Ромкиных жалоб на старых друзей разговор не зайдет о футболе, но в какой-то момент Равич внезапно спрашивает у Джордана:

– Ты все еще мечтаешь играть в клубе на гитаре?

Джордан понуро глядит на Владлена, как на строгого папочку, который ему ничего не разрешает. Настоящий папочка, словом, тоже поставил запрет на сцену после их последнего приезда из Кембриджа. Вместо этого он принуждает его играть в футбол, но Джордану не семнадцать лет, а двадцать два года, и пора решить: продолжать прозябать на поле или отстаивать свое мнение, упрочиться и стать самым настоящим собой. Отец вечно твердил: рок – это опасность! Станешь наркоманом – убью лично! Неужто во времена его молодости футболисты не занимались, черт знает чем? От профессии ли зависит грехопадение? И насколько безопасна игра в его засратый футбол?

– Я разрываю контракт. – Смело отзывается Джордан. Также в этой фразе отчетливо слышно «Хватит!» Внутренний голос завопил ему, наконец: рокер ты или нет?

Черные миндальные глаза Владлена и его рот мигом становятся похожи на три озера. Был из рода татар, сейчас с этими глазищами – форменный филин в сезон охоты.

– Да ты чо?!

– Села бабка на плечо. Я ухожу.

– Черт, кончай дурью маяться! Будь русским мужиком, не кидай друзей! Ты ведь не знаешь, что делаешь!

– Еще как знаю, и я это сделаю. Карюша недавно подала мне идею быть гитаристом в ее группе. Ведь мы с детства пишем песни вместе. Ее поэзия и моя музыка друг без друга не могут. Соединяясь, они становятся полноценными. – Любовно произносит Джордан, словно речь идет не только о музыке, но и об их коже.

Карине так нравятся его слова, что она не сдерживается и целует его.

– Так я и знал. Ладно. – Ворчит Владлен, сдавшись. – Но тогда и меня не будет в следующей серии!

– Скатертью дорожка. – Пожимает плечом Джордан. Дальнейшая судьба команды его не интересует.

Затем все слышат, как в соседней комнате проснулся малыш.

– Ой, Сереженька плачет. – Алиса подлетает, как бабочка, но муж ловит ее прямо в воздухе:

– Я сам, лютик, отдыхай.

– Повезло мне с мужем, только и делаю, что отдыхаю – он у меня все делает сам. – Хвастается она подруге, но Карине нечему завидовать – она обожает Джордана. А иногда случайно вспоминает глаза и голос экстрасенса. Это случилось год назад в ресторане, но Карина до сих пор не в силах отогнать образ искреннего взгляда серых глаз, выглядывающих из-под белокурой челки. Есть чувство, что годы никак не могут встать между ними и вытянуть руки, потому что она как будто видела эти глаза только вчера, и их пронзительный цвет просачивался прямо в ее кожу. Как зовут этого человека? И почему его взгляд заряжен электричеством? Почему он так и манит? Ее напугало то, что он сказал об их совместном будущем. Зачем ей другой муж? Куда денется Джордан? Как она умудрится оставить его позади?

За Владленом, вытерев пухлые губы салфеткой, в спальню идет Рома, чтобы впервые в жизни увидеть Сережу. Через пару мгновений в комнате слышатся улюлюканья, чего Карина не могла ожидать от Равича, который интересуется только футболом и друзьями, а вовсе не девушками и уж тем более не детьми (хотя у него все в порядке с ориентацией), а когда успокоившегося малыша приносят в зал (ребенок дергает ножками на руках у Ромы), раздается звонок в дверь.

Владлен знает, что за дверью его родной брат. Он открывает, не спрашивая, кто там, и на пороге видит Родиона в клетчатой расстегнутой рубашке поверх белой футболки и с его привычной эмовской челочкой. С первого взгляда братья кажутся близнецами, никто бы не подумал, что Родиону – слегка под тридцать лет.

– Приветик, заходи.

– Это вам с Алисой и Сережей. – Родион передает красивый пакет. Владлен, приняв подарок, снова приглашает брата в квартиру, но тот медлит, виснет, нервно топчется и переваливается, как неуклюжий нерешительный медведь.

– Ты чего?

– Владлен, не ругайся, но… я пришел с другом. Можно?

Владлен выгибает брови и теряет челюсть так широко, что во рту видно паутинку слюны.

– Нет. Нет. Нет. – Он мотает головой, стараясь придать этому единственному слову приличный вес. – С любовником? – выплевывает он изо рта, словно дохлого таракана. – Ни за что! К тому же я устал запоминать все их имена.

– Тебе стыдно? – старший брат буквально ошеломляется, и это возмущает младшего.

– Да, стыдно. А ты специально, что ли? Ты не имеешь права так со мной поступать! Это мой праздник, а не ваш! На вашей тусовке я бы и слова не сказал, но здесь – не твой дом, понял? И не «голубой» клуб, где ты откапываешь всех своих мальчиков. Я не буду знакомиться каждую неделю с новым. Ты бы хоть выбрал, наконец, кого-то одного. Хочешь, чтоб Сергей с пеленок смотрел на это гадство? Не порти моего ребенка!

– Владлен…

– Родион Перес. Уходи. – Он закрывает перед лицом брата дверь и съезжает по ней вниз. И подумывает дать возмущению снести себя, но вместо этого в голову идут слова экстрасенса. Владлен никогда их не забудет: «Твой брат отдавал тебе последнюю булочку, когда сам был голоден». Он украдкой заглядывает в пакет. Родион подарил им необычный плед, о котором они мечтали с Алисой. Важно не то, в чем вы отличны. А только то, в чем схожи. – Стой! – кричит Владлен, раскрыв дверь, но брат уже в лифте. – Пусть он уйдет, ты – останься!

Он подбегает к задвигающимся дверям лифта, краем глаза замечает брата и какого-то тощего пацана, однако брат успел обидеться. Сильно.

Поздно.

Выругавшись через секунду, Владлен возвращается в квартиру. Дома он все рассказывает, и Джордан первым комментирует ситуацию:

– Ну, натуралом его не сделать, так что какой есть, коли брат! Я бы над ними тут пёрся, что ли? Мне по фиг!

– Влад, желтая карточка. Это ведь твой брат. Он тебя любил и не бросил ни на секунду, когда было трудно. У меня один из братьев наркоман, и это намного страшнее.

– Равич, забейся. Я ему позвоню. Раз Сережа все равно проснулся, может, споем? Джордан! – Владлен звонко щелкает пальцами. – Тащи гитары.

Карина с Алисой хлопают в предвкушении. В такие моменты сам воздух наполняется волшебной музыкальной атмосферой. Какой бы повод ни был у вечеринки этих ребят – обязательным ее элементом является живое исполнение. Концерт начинается. Вначале парни исполняют легендарную «Сказочную тайгу» группы «Агата Кристи», предварительно договорившись, что Владлен дает вступление и все сольные проигрыши, а за Джорданом остается основной фон и пение. Карина знает эту песню с детства, но влюбилась в нее только недавно благодаря исполнению Джордана, прослушала ее сто тысяч раз и нечаянно выучила все слова. Они с Владленом так прекрасно играют ее вместе, как одно целое, как настоящие друзья. На них любо смотреть!

Затем выдают несколько лучших песен другого гения русского рока – группы «Кино», одну за другой. Поют до позднего вечера, пока за окнами не темнеет. В соответствие с тем, как пацаны решили изменить свои занятия в жизни, прекрасной кульминацией акустического концерта становится песня «Хочу перемен». Страшно что-то менять… Но если ты действительно решил превратиться в себя, тебе потребуется смелость. Рискуй!

После того, как засыпает малыш, друзья вновь заводят речь о работе, продолжив поглощать остатки еды, приготовленные Владленом, и деликатесы, заказанные в ресторане. Правда, Карина больше трогает мидии. Она радуется за Алису, которая, наконец, поняла, чего хочет на самом деле, решив вернуться в «Санкт-Петербургский институт экологии и химии».

Карина также радуется, что Джордан использует свое крутое образование на деле и станет выступать с ней на сцене. В клубе, где поет Карина, руководителем всего на свете в его пределах является отец Джордана – он открыл свой бизнес после того, как получил серьезную травму и не смог больше играть в футбол. Но пустит ли отец в свой клуб и Джордана, настаивая, что тот должен вернуться в спорт? Джордан обещает, что будет бороться за право самостоятельно выбирать свою судьбу – пора бы уже проявить все лучшие качества смешанной крови. И тогда его талант не будет похоронен заживо.