Черное сердце - Екатерина Мельникова

– Скажи мне перед сном три красивых слова.

– Наручники в шкафу. – Бурчит в ее плечо Джордан, делая вид, что он уже одной ногой во сне.

– И что с того? Не эти слова. Лестер, я умоляю – хочу, чтоб ты хоть один раз сказал те слова на любом языке.

– Мин яратам сине. На татарском сойдет? Меня Владлен научил.

– Владлен теперь татарин?

– Наполовину. Главное, что ты знаешь, что это чистая правда.

– Что Владлен наполовину татарин? И что он на родном языке признался тебе в любви?

– Что мое сердце большое. Знать это намного лучше, чем сотрясать воздух словами. Нам ведь хорошо вдвоем, какие еще нужны доказательства? Помнишь, ты сказала, что лучшего любовника, чем я, тебе представить сложно? Хотя тебе не с кем меня сравнить, ты сказала, что просто знаешь это.

– Какие могут быть сомнения, если любишь? Иногда люди находят своего человека с первого раза. Мы были и остались лучшими друзьями. С тобой мое сердце открывается. Мне сложновато представить, чтоб я также легко и просто не постеснялась другого парня.

– Где? В постели?

– Везде.

– Значит, друзья?

– Да. Лучшие.

Они оба смеются. Тогда Джордан щекочет ее, и Карина ржет сильнее.

– Помнишь, как до тебя я встречался с той девчонкой с параллельного класса? Наше общение было довольно приятным, но эти чувства не составляют и дольки моих впечатлений от отношений с тобой.

– О боже, вот это было признание! – вздыхает Карина, выгибаясь мостиком.

– Так-так, похоже, это был тот самый «настоящий» женский оргазм.

– Именно он, ибо я услышала это от мужа, в которого безумно влюблена.

– А еще ходят слухи, что для вас это проблема.

Карина больше не может говорить, как хочет спеть для него.

– I wish for this night-time to last for a life-time…2 – мелодично звучит оперный голос.

– Ммм. «Nightwish»?

– Обожаю готический метал.

– Это рок-опера.

– Давай смешаем эти стили. – Выпрашивает Карина, совмещая свое предложение с нежным прикосновением к его обнаженному плечу.

– Ты и я вместе? – Джордан задумывается, беря в ладонь ее руку. – Дуэтом на сцене? Мои гитарные партии. Твой голос. Наша музыка и слова в любом жанре рока. Надо показать, что мы собой представляем, не только нашим столицам. Пора делиться с людьми своей музыкой по всему миру, хватит уже… жадничать. Ну как? Попробуем?

– Попробуй это. – Шепчет Карина, подтянувшись. Они недолго целуются, прежде чем проваливаются в сон, застыв, как две свечи, которые сплавились в одну.

Глава 3

Пять лет спустя

Настало время летних отпусков. К двум семейным парам и Ромке прибавилась новая девушка Равича – однако по ее легкомысленному виду Карина без труда определяет, что это его «очередная», а не одна-единственная. Что ж, Роме надоело находиться одному среди довольных супружеской жизнью друзей.

Они сняли красивейшую, уютную сауну в египетском стиле на семь человек. Все сидят за столиком, поедая фрукты и деликатесы, пока Владлен с Алисой пытаются научить Сережу плавать. И в очередной раз неудачно. В конце концов, Сережа выходит из воды, закутывается в полотенце, а Владлен как всегда в таких случаях психует:

– Больше не проси меня учить тебя плавать! – психует он так, что вода выходит за бортики бассейна. – Бревно и то на дно не идет!

– Сам бревно, отстань от меня. – Бурчит Сережа и кукожится на диванчике между Джорданом и Кариной. Они – его отдушина, когда отец начинает орать.

– Чо ты сказал?! – бесится тот, но Алиса, хитро улыбнувшись, набрасывается на него сзади и опрокидывает. Вода взрывается тысячами брызг, которые долетают до ребят за столиком.

Основное назначение Алисы в бою (в семье) – отвлекать внимание врага (Владлена) невинными любовными играми и своим очарованием (оружием массового поражения), если он начинает сердиться на сына. А происходит это редко – Владлен обожает Сережу, хотя уже сейчас начинает лепить из него мужчину. Однажды на детской площадке Сергей залез на самую большую горку для взрослых детей (Алиса предупредила, что он еще слишком мал). Сережа побоялся скатиться и слезть. Он умолял снять его оттуда, но Владлен не пошевелил и пальцем.

– Как залез, так и слазь! – провозгласил он.

Сереже пришлось скатиться минут через пятнадцать долгих уговоров Ромы с Алисой, и после этого он не разговаривал с отцом несколько часов, пока тот не зашел к нему в комнату с шоколадкой. Гостинец Владлен объяснил сыну как награду за смелость, и после того, как Сережа почувствовал себя полноценным вполне исправным инструментом в глазах папы, поверил в себя и стал реже нуждаться в помощи, Алиса наконец-то поняла, что ее муж прав. «Будь смел, рискуй, действуй, и жизнь преподнесет тебе сюрприз!» – говорил он.

Шум веселья разбавляет звонок телефона Карины. Она просит Джордана передать мобильник, поскольку на восьмом месяце беременности тяжеловато наклоняться в сторону.

Поговорив с отцом, у Карины делается такой испуганный вид, что ее муж и остальные не в шутку переживают за ее ребенка, которому еще рано выходить наружу, чтоб познакомиться с ними со всеми. Кстати, это мальчик. Наш парень, наш будущий дружище, как с гордостью отмечал Джордан.

– Карина, что случилось? – подбегает Алиса, стирая с головы воду.

– Что стряслось с папой? Опять попал в больницу? – беспокойно спрашивает следом Рома, на коленях которого сидит огненно-рыжая и худощавая ему под стать девушка. Она вся растеклась по нему, как мороженное, которое оставили на солнце, вот только Рома почти не берет это во внимание. Несмотря на все свое бесконтрольное нытье по поводу отсутствия второй половинки он не особо интересуется отношениями, слишком увлеченно разрабатывая в своей голове стратегию красивого гола для грядущей игры. Всем на удивление после пары лет паузы Равич вернулся в мир спорта с новыми победами!

Джордан, как всегда, проявляет завидную сдержанность. Этот человек во всех ситуациях действует без паники и утверждает, что с такими типами, как слезы и страх он не знаком. Нет-нет, это не по его части.

– Тихо! Значит так, – последнее его слово ударяет судейским молоточком, предвещая несчастье, в котором, он уверен, его тесть по обыкновению виноват сам. – Что там у него опять случилось? И не волнуйся, сделай сначала вдох. Вот так. Твой папочка любит тебе нервы мотать. И притворяться – тоже любит. Ему по фиг, что ты беременна.

– Да перестань, что ты такое говоришь? Я вчера ему не могла дозвониться не напрасно! Они с друзьями, – Карина цедит это слово с натяжкой, неуверенная в его прямом значении, – летали в какие-то горы. Лазали, как альпинисты!

– Как – кто? – хмурится Джордан.

– И папе, естественно, стало плохо. Сейчас он в больнице. Здесь, в Питере. Я к нему поеду прямо сейчас!

– Сидеть! – муж придерживает ее рукой. – Свихнулась? Ты волнуешься за папика-дурака больше, чем за сына. Дай мне свой телефон.

– Что с ее папой? – тихо спрашивает девушка Ромы.

– Он страдает болезнью Паркинсона. Поражение нервной системы. – Говорит тот, пока Джордан набирает номер Олега.

Через пару мгновений Олег мученически отвечает на вызов:

– Алло.

– Папа, – сурово выстреливает Джордан.

– О, Джордан, пожалуйста. По голосу слышу, что хочешь напустить на меня собак. Карине скажи еще раз, что все под контролем. Ей нельзя волноваться.

– Вот именно, папа! И вообще! Слушайте сюда. Я вам уже говорил, что вы в свои пятьдесят неисправимый ребенок? Это так. Но сейчас вы просто побили все собственные рекорды в соревнованиях по абсолютной безответственности.

– Джордан. Я не могу жить только своей болезнью, это нечестно. От нее все равно не избавиться.

– И это причина заниматься экстремальным спортом?

– Эээ, – голос Олега растягивается в трубке, – А почему бы нет?

– Папа, – выдувает Джордан, подведя итог. – Я от вас просто херею. – И дает отбой.

У него нет других слов. На английском ничего подобного не отыскать. Несмотря на то, что Карину удается отговорить от поездки в больницу сегодня, ее не удается отговорить от поездки домой. В отдаленной комнате Джордан помогал ей одеваться. Во время беременности Карины его ласки превратились во что-то особенное, – он словно ухаживал за ребенком. Думая об этом по дороге домой, Карина вся осыпалась светом. Но вдруг поняла, что потеряла наручные часы в той комнате! А ведь это был подарок папы на двадцать пять лет! Даря, папа сказал:

– Не теряй своего времени зря. Ни секунды. У нас есть только одна жизнь и миллион шансов, которые она предоставляет и которые даны не всякому. Используй все, которые подвластны тебе.

Карина понимает философию отца – он страдает неизлечимой болезнью, но не сдается. И он хочет, чтобы здоровые люди поступали так же. Нужно всего-то грамотно рассчитывать свои силы, чтобы очередная возможность не стала для тебя последней. А папа порой вообще не задумывается о последствиях, он готов со свистом сброситься с адской горы головой вниз, наивно надеясь, что вернется живым.