Драма с собачкой - Маргарита Южина

Неизвестно, что там надумала себе ворона, но она спрыгнула со спинки кресла и попрыгала к столу. Потом попыталась взлететь на телевизор… и взлетела. И тогда Елена поняла – гостья от нее не сможет улететь. У вороны одно крыло сильно отличалось от другого. Оно было то ли перебитое, то ли обрезанное…

– Бедненькая… – поднялась из кровати Елена. – А как же… как ж ты ко мне попала?.. Погоди, я тебе сейчас… Чего б тебе дать такого? Хлеба? А! У меня ж в холодильнике сыр есть! Я ж помню – вороне где-то Бог послал кусочек сыра… Сейчас…

Удивительно, но после того, как Елена увидела это изуродованное крыло, страх куда-то пропал, появилась обычная жалость. Тоже вот, животина… или кто там… никому не нужна… Странно только, откуда она взялась на ее постели? Ясно, что сама залететь не могла, значит… Неужели это детки ей подкинули? Где они только ее нашли, эту несчастную птицу?

– Сейчас, сейчас… я тебе принесу угощение… – бормотала Елена, нарезая сыр. И вдруг она улыбнулась – гостья важно прошествовала в кухню сама.

Ворона вскочила на мягкий табурет и с интересом стала наблюдать за тем, что делает Елена.

– Ешь! Только со стула слезь. – Она поставила на пол блюдце. – Я тебе тут… в ассортименте, так сказать. Сыр, хлеб, колбаску… Я ж не знаю, чем ты привыкла питаться… И все же… Что ж с тобой делать-то?

Ворона спрыгнула на пол, ухватила кусок колбасы и снова взгромоздилась на табурет.

– Нет, ну если ты предпочитаешь по-человечески… – развела руками Елена.

Птица вела себя довольно спокойно. Но когда Елена попробовала ее погладить, тут же отскочила. Однако в угол не забилась, а по-хозяйски стала осматриваться, расхаживая по всей комнате. Вытащила откуда-то Леркин поясок, правда, эта игрушка показалась ей неинтересной. А вот маленькая пудреница дочери пришлась по вкусу. Ворона осторожно поклевала сей необъяснимый предмет, будто проверяя на прочность, а потом… долбанула со всей силы. Крышечка пудреницы тотчас же отвалилась.

– Нет, подруга, так дело не пойдет! – подскочила Елена. – Нам с тобой за эту штуку все перья повыщипают. Тебе и мне. Дай-ка…

Но не тут-то было. Ворона ухватила крышечку и взгромоздилась на сервант.

– Ах, вот так, значит, да? – уперла руки в бока Елена. – Расхитительница общественной собственности! Отдай крышку! Куда тебе пудриться? У вас вообще белые вороны не котируются, чтоб ты знала! Дай крышку. Лерка придет, убьет.

Ворона не знала никакой Лерки, поэтому не боялась никого.

– Хорошо, – кивнула Елена. – Сейчас ты увидишь, насколько человеческий мозг больше птичьего!

Она удалилась на кухню и принялась там резать колбасу. Птица тут же покинула свое место на серванте и заявилась на кухню.

– Естественно, – победоносно ухмыльнулась Елена. – Куда тебе деться от высшего разума… Сейчас я тебе колбаски, а ты мне крышечку.

Когда Елена зашла в комнату, про колбаску она забыла. Ворона и в самом деле бросила крышку от пудреницы, но зато она заинтересовалась самой пудрой! И теперь вся комната была в пудре!

– Госсподи… да что ж ты наделала-то! – всплеснула руками Елена и побежала за тряпкой.

С тряпкой она принеслась вовремя – пернатая гостья уже сидела на диване и с интересом разглядывала сотовый телефон.

– Ну вот уж извини! – Елена мгновенно схватила свой телефон. – Знаю я тебя! Пока всей стае не перезвонишь, не успокоишься, а у меня на счете всего двенадцать рублей!

В хлопотах о птице прошло полдня. Елена и не заметила, как в дверях заворочался ключ. В это время она пыталась у вороны отобрать новый журнал с программой на неделю и подсунуть ей старую программу. Но птица упрямо желала только последние новости!

– Ого! А ты чего, ее еще не… – раздался в комнате недовольный Леркин голос, который почти сразу же стал фальшиво удивленным. – Ничего не понимаю… а чего это тут у вас? Вороны какие-то… И откуда только… ворона эта?

– Лера? – обрадовалась Елена. – Доченька! Ты посмотри, кого я сегодня нашла! Прямо ума не приложу, откуда она взялась?

Лерка стояла в дверях и с усталой гримаской наблюдала за прыжками матери по комнате. Дочь была одна, без мужа, и явно не в настроении.

– Мам, я говорю, чего ты ворону в дом притащила? – спросила она.

– Лер… – пожимала плечами Елена. – Так… я ее не притаскивала. Я проснулась, а она уже по мне скачет. А это разве не вы принесли?

Глаза у Лерки вдруг округлились от ужаса.

– Что? Что ты сказала? – прошептала она. – Ты проснулась, а она… То есть… Мама! Это же ужас! Это же не птица! Это ж… это знак, мама!

Лера вскрикнула и унеслась в кухню. Елена пошла за ней, и как только вошла, дочь тут же закрыла после нее дверь.

– Какой знак, Лера? – насупилась Елена. – Ты про что это?

– Мама-а-а! – страшным шепотом зашипела Лерка. – Это не ворона! Это знак! Свыше! Недобрый знак! Тебе надо срочно съезжать из этой квартиры! Ой, как жалко-то… прям и не знаю… Нет, мамуль, тебе никак нельзя здесь оставаться. Ворона – самый страшный предупредительный знак!

Елена вздохнула. Новая гостья сегодня отвлекла ее от всяких неприятных дум, а дочка снова напомнила.

– Вот что, Лера… – Мать села напротив дочери. – Не надо мне говорить про какие-то знаки. Эту несчастную ворону притащили вы с Леней. Форточки были закрыты, дверь тоже не взломана. Сама птица сюда прорваться не могла, а кому-то вскрывать замок, чтобы меня осчастливить новым питомцем, это… Это уже не мистика, а фантастика. Только зачем? И где вы ее нашли? Вы ее на улице поймали, увидели, что у нее крыло поранено, и решили – я ее спасу?

Елене очень хотелось верить в эту красивую версию, но Лера только равнодушно усмехнулась.

– Ага, делать нам больше нечего – за воронами скакать! – Дочь скорбно закручинилась и продолжала: – Знаешь, мама, ты вчера нас очень обидела. Прямо-таки до глубины души!..

– Это я вас обидела?! – удивилась Елена.

Но дочь предпочла ее возмущение проигнорировать.

– Ты нас обидела, унизила перед… Лениными сотрудниками… будущими, и теперь его никто не воспринимает как серьезного бизнесмена.

– Да его и раньше-то не больно воспринимали. Он же никак павильона себе найти не может, бизнесмен! Уже все деньги про…

– Поэтому… нам стало обидно, – продолжила излагать Лерка. – Чего мудрить, мамуль, нам было бы лучше, если б ты уехала к бабе Даше…

– Еще бы! Ха! Дураку понятно! Поэтому ты устроила у меня на работе…

Елена попыталась высказать дочери вчерашнюю обиду, но Лерочка была слишком обижена сама. За мужа. Мать она просто не слышала.

– И мы… мы с утра отправились на рынок. Хотели тебе черную кошку купить. Нет, сначала, конечно, просто поймать хотели, но они куда-то все подевались. Вот мы и пошли на рынок. А там вдруг увидели, как вот эту ворону продают. Это ж такая удача!

– Действительно…

– Пьянчуга какой-то нам ее за пятьдесят рублей отдал, ему на бутылку не хватало. Говорит, она у него с птенца живет, он ее любит до невозможности, но алкоголь любит чуточку больше. Он проверял. Вот мы и взяли. Потом пришли и сунули тебе. Конечно, мы думали, ты уж здесь вся в обмороке. А ты… Теперь можешь выкинуть ворону и… вернуть нам пятьдесят рублей.

Елена и хотела бы заплакать от обиды, да не могла – внутри все словно окаменело.

– То есть… вы решили, что я тут окочурюсь? А вы потом…

– Не усложняй, мамуль, – отмахнулась Лерка. – Ну, кто у нас от вороны окочуривался? Так думали… испугаешься и съедешь. А ты тут с вороной принялась дружить. Ну дурдом, честное слово!

– Значит, хотели, чтобы я к тете Даше… – задумчиво покачала головой мать. – Поэтому и на работу ты звонила. Директору.

Лерка заметно оживилась.

– Мам, ну а кто ж позвонит-то? – изумленно вытаращилась она. – Ленечка не может, я ж твоя дочка. Но он все продумал! Мамуль, ты не волнуйся, он все продумал! Он знаешь что мне сказал? Он сказал, что если тебя уж так волнует работа, то в селе-то ведь тоже есть работа! Можно там, к примеру, дояркой устроиться или…

– А Ленечка не хочет сам дояркой поработать? Или пастухом? Скотником еще можно. Очень ему подойдет!

– Мамуля! Ну я прямо… Я прямо в шоке, ну правда! – со слезами в голосе воскликнула Лерка. – Вот ты даже ворону какую-то приютила, а для родного зятя у тебя нет места! Ни в квартире, ни в… душе! За что ты его так не любишь?

– А за что же мне его любить? – искренне удивилась Елена. – Этот родной зять живет в моей квартире…

– Потому что у него нет своей! Это ж понятно!

– …ест из моего холодильника все, что я куплю…

– А ты чего… ты разве не для нас с ним покупаешь? Ну-у… ты ж одна столько не съешь!

– …пользуется светом, водой, я работать не могу, потому что он у меня компьютер отобрал, чтобы в игрушки играть! Мой компьютер!

– А вот за это мы переживаем! Оба! Леня мне так и сказал – попроси, мол, у матери, чтобы она себе новый комп купила. Ей для работы надо! Мамуль, он же не бесчувственное бревно! Он же все понимает!