Сны - Мэри Стайлз

— Да нет, правда все нормально, — повторила Элисса. — Просто я немного взволнована перед презентацией для «Моранко».

Тут Никки призналась, что совсем забыла про этот большой заказ из-за множества других проектов, и обеспокоенно спросила, все ли готово для презентации.

— Через полчаса я отправляюсь туда, чтобы помочь в последних приготовлениях, — ответила Элисса, взглянув на часы, чувствуя облегчение, что тема беседы сменилась.

Никки снова принялась искать что-то в глубине своей внушительной сумочки.

— Значит, пока я мучаюсь с этой упрямой клиенткой, ты едешь на свидание с самым желанным холостяком на Манхэттене?

— Не думаю, Никки.

— Как? — воскликнула подруга с ироничным удивлением. — Ты не согласна с тем, что высокий, красивый и богатый Александр Моран — один из самых желанных женихов в городе?

От имени Александра Морана по спине Элиссы вдруг, ни с того ни с сего, пробежали мурашки. Это просто нервное, решила она и ответила:

— Свиданием это точно не назовешь. Кроме меня там будет целая команда дизайнеров, в которой я — самая неопытная.

— Ясно. Наш дражайший босс хочет, чтобы ты просто передавала эскизы и держала рот на замке, — сочувственно произнесла Никки, опрыскивая себя парфюмом. — Да уж… Но скажи — ведь ты бы этого хотела?

— Хотела чего? — не поняла Элисса.

— Как чего? Свидания с Александром Мораном, конечно! Лично я бы с удовольствием.

— Ну, я об этом никогда не думала, — слегка смутилась Элисса, понимая, что это не совсем так. Хоть она ни разу не встречалась с новым важным клиентом «Кэррэдайн и Партнеры», ее мысли уже обращались к нему раньше.

Первый раз Элисса услышала об Александре Моране спустя пару месяцев после рождения Сэнди. Она листала газету, и ее взгляд вдруг приковала фотография мужчины с острыми чертами лица и непроницаемым взглядом. Статья под фото рассказывала о блестящей карьере Александра Морана.

Газеты очень часто писали о Моране. И, несмотря на то, что интерес к нему не был сознательным, Элисса узнавала все новые подробности его жизни. Александр Моран уже в двадцать пять лет создал собственную строительную фирму, а первое офисное здание приобрел еще до того, как ему исполнилось тридцать. О нем говорили как об очень умном, усердном и крайне замкнутом человеке — настолько замкнутом, что никому не удалось узнать что-либо о его личной жизни.

— Лиз?

— Что? — Элисса встряхнулась.

— Ну а сейчас ты об этом думаешь? — Никки лукаво посмотрела на нее. — Рандеву с Александром Мораном…

— Брось, Никки, — Элисса решила закрыть эту тему. — Я же с ним ни разу не виделась!

Полный напряженного ожидания, Александр Моран шел по коридору к залу для конференций. Новый проект означал для него новый вызов, и это доставляло ему удовольствие.

Два месяца назад он приобрел гостиницу в Манхэттене. Это была очень удачная покупка. Владельцы гостиницы, ранее роскошной, а со временем совсем пришедшей в запустение, особенно после недавнего пожара, оказались на грани банкротства и уже собирались закрыть отель, когда Алекс сделал им выгодное предложение.

Он хотел снова открыть отель, целиком отреставрировав его в старинном стиле. В этом ему должны были помочь «Кэррэдайн и Партнеры».

Когда Алекс зашел в конференц-зал, его заметили не сразу, и он стал разглядывать участников: человек пятнадцать, большей частью из «Кэррэдайн и Партнеры», остальные — из его компании.

И тут он увидел ее.

Его словно ударило молнией. Доун! Она стояла у противоположного конца стола, настраивая проектор. Молодая женщина склонилась вперед, и волосы заслонили лицо; ее волнующее стройное тело, некогда бывшее так близко, сейчас скрывал строгий деловой костюм, но у Алекса не было и тени сомнения — это была Доун.

Он медленно пошел по направлению к ней. Ему приходилось концентрироваться на каждом шаге. От волнения все тело стало ватным, сердце бешено колотилось, перехватило дыхание.

Кто-то увидел его и взял под руку:

— Мистер Моран! Рад снова вас видеть!

С отсутствующим видом Алекс повернулся к грузному, почти лысому мужчине и удивился, что вообще вспомнил его имя:

— Мистер Кэррэдайн…

— Проходите, давайте я представлю вам нашу команду!

Алекс машинально жал руки, знакомясь с партнерами, но его внимание было целиком поглощено одним-единственным человеком в этой комнате.

Доун заметила его только в тот момент, когда он подошел к ней. За секунду до того, как она подняла на него глаза, Алекс почувствовал нежный цветочный запах ее духов. Он не знал их названия, а на острове Корасон Доун никогда не пользовалась духами.

— А это Элисса Коллинз, — представил ее Генри Кэррэдайн. — Элисса, это Александр Моран.

Алекс опешил. Он был абсолютно уверен, что прозвучит совсем другое имя. Да нет, это какая-то ошибка.

— Элисса… Коллинз? — переспросил он. Губы с трудом произнесли незнакомое имя.

— Верно, — ответила Элисса своим чудным альтом, который не переставал звучать в его ушах все эти годы. На ее мягких, чувственных губах появилась приветливая улыбка. — Приятно познакомиться, мистер Моран.

Ее глаза — глаза Доун — сияли все той же глубокой голубизной, были все так же прекрасны.

Когда Александр Моран последний раз смотрел в них, он видел любовь, желание и беспокойство за него. Теперь там были лишь немые вопросы и ни малейшего признака, что Доун его узнала.

Глава 2

— С вами все в порядке, мистер Моран?

Алекс не воспринял вопроса, который задала ему Дороти Рейнолдс, работавшая его секретаршей последние десять лет. Он просто стоял и рассеянно смотрел на Дороти, пока та не повторила вопрос. Алекс едва сдержался, чтобы не засмеяться горьким смехом — с ним ничего не было в порядке.

— Все нормально, — ответил он коротко.

— Я хотела напомнить, что у вас встреча с…

— Отмените ее.

— Но только что звонили из офиса мистера Хоулетса — он уже…

— Отмените встречу, миссис Рейнолдс, — резко повторил Алекс. — И не переключайте на меня ни одного звонка.

— Хорошо, сэр, — ошеломленно ответила Дороти.

Алекс коротко кивнул ей и зашел в кабинет. Закрыв дверь, он сразу подошел к встроенному бару, щедро плеснул в стакан скотча и залпом выпил. Не останавливаясь, он повторил порцию и налил третью. Поднеся стакан к губам, Александр вдруг остановился и тяжело облокотился о полку шкафа, чувствуя, как подгибаются колени. Голова гудела, но дело было вовсе не в виски. На мгновение в глазах у него потемнело.

Из груди вырвался крик ярости, и брошенный стакан с виски разбился о стену. Спокойно! Он попытался привести себя в чувство и, чтобы успокоиться, мысленно досчитал до десяти. Потом еще раз.