Порочный треуогльник - Людмила Зенкина

«Ты готова?» — прозвучал мужской голос в мыслях Евы. Наверное, это она сама спросила себя голосом незнакомца, чтобы развеять сомнения. «Да» — был дан самой себе ответ и ноги двинулись вперед, шаг за шагом, всё ближе к заветной мечте. Фигура мужчины шелохнулась в темноте, и девушка вздрогнула, до него оставалось три шага, он здесь, это точно он. Его рука чёрной тенью легла на дверную ручку, и раздался тихий щелчок замка. Дверь приоткрылась и из тонкой щёлки, пронзая темноту сотней ярких игл, в дом ворвались тёплые жёлтые лучи солнца. Озарили всё вокруг, ослепили, окутали манящей нежностью и тут же пропали, всё снова погрузилось в ночную темноту, проницаемую, прозрачную, но всё же, густую и от того неприятную.

— До рассвета три часа, — прошелестел тихий голос из сумрака, окончательно рассеивая иллюзию и вновь угадывая мысли.

Дверь медленно открылась, серый силуэт незнакомца выскользнул на порог и осветился лунным сиянием, сверкнули спокойной глубиной его тёмные глаза, и Ева решительно сделала шаг вперёд.

3. Начало пути

Они шли по дороге, не торопясь, но и не замедляя шаг ни на минуту. Сколько они идут? Час или два? По началу, Ева лишь смотрела по сторонам, стараясь идти с той же размеренной скоростью, что и её ночной гость. Они шли по серому асфальту, вдоль белых линий дорожной разметки, с двух сторон тянулись аккуратные тротуарчики с редкими деревьями, окруженными невысокими железными решетками, за тротуарами шли заборы. Высокие и низкие, деревянные и каменные, тёмные и светлые. А из-за заборов виднелись дома, все тоже разные, интересные и не очень, но все привлекали взгляд — все были чем-то новым для Евы. Так прошло какое-то время. Новая информация компенсировала общее молчание и даже странную мёртвую тишину улицы. Нигде не было движения, не слышалось ни звука — всё стояло, как хорошо нарисованная декорация в лунном свете. Затем городской пейзаж как-то плавно перешёл в лесистую местность, серая дорога всё так же тянулась ровной полосой, но не было тротуарчиков и заборов, только нависающие над дорожным полотном чёрно-зелёные кроны, и также ни звука, ни движения. Лес начал редеть и плавно перешёл в ровную степь. Девушка ни разу не обернулась, смотрела только вперёд и по сторонам, изредка украдкой поглядывая на своего молчаливого спутника. Степь тянулась от горизонта до горизонта и быстро наскучила взгляду, хоть поначалу и рождала волну мыслей о величине мира, которые, впрочем, беглянка оставляла при себе. Желания начинать разговор не было, молчание спутника было каким-то решительно обособляющим, не дающим даже малейшего повода для диалога. Но когда созерцание бесконечной степи и неба окончательно надоело, Ева решилась постучать в глухую стену мужского невнимания.

Она, было, открыла рот и набрала воздуха, чтобы задать вопрос, но уже знакомый мягкий хрипловатый голос произнёс:

— Идти осталось немного.

Девушка вздрогнула от того, как неожиданно разорвалась завеса тишины и как резко снова опустилась. «Он что действительно видит мои мысли?!» — возмущенно подумала она: «Он всё время шёл на несколько шагов впереди, ни разу не обернулся, не сбавил шаг, даже немного не повернул ко мне лица. Нет, он точно читает их!»

— Когда начнёт светать, будем на месте, — снова проронил мужчина.

«А может и не читает» — улыбнулась про себя Ева.

— Как? К рассвету? А когда же мы вернёмся? — вдруг поняла она.

— Ты вернёшься, когда захочешь, я говорил.

— Это значит, что мне уже сейчас нужно повернуть назад? — ехидно спросила девушка, а в душе стало обидно от такой догадки. Что за обман? Где обещанный мир? Какая-то серость.

— Нет, пока мы идём, время не имеет значения, — спокойно произнёс мужчина непонятную фразу, и между путниками снова воцарилось безмолвие.

Настроение стремительно падало, весь азарт куда-то улетучился, вновь всколыхнулась волна сомнений, зарождалось желание развернуться и пойти домой, где через несколько часов девушку ждал выход в настоящий мир. А то, что вокруг — разве это мир? Это в точности как картинки в её книгах — чёткие, красивые, но не живые, недвижимые. Ева опустила глаза на серый асфальт дороги, он ровной пеленой проплывал под ногами, напоминая ту бесцветную пустоту в сознании, что совсем недавно мучила её, требуя новых знаний и ощущений. «В конце концов, в этом тоже есть что-то новое» — утешила себя беглянка, подняла глаза и, опешив, остановилась — над горизонтом показалась первая розоватая дымка рассвета, а всего в трёх шагах впереди серый асфальт вдруг заканчивался — дорога просто обрывалась, терялась в изумрудно-зелёном ковре невысокой густой травы. Взгляд недоуменно застыл на этой зелёно-серой границе. Её спутник тоже остановился и повернулся боком к девушке, одна его нога в массивном тёмно-коричневом ботинке всё ещё стояла на асфальте, а другая уже примяла свежую мягкую траву по ту сторону черты.

— Не останавливайся надолго, — недовольно, но всё также спокойно сказал он и уже повернулся вновь спиной, чтобы продолжить путь. Ева подняла глаза и снова замерла — перед ней из ниоткуда вырос лес: стена вековых деревьев вздымала раскидистые кроны к небу, по которому медленно плыли… Да, плыли облака. Картинка ожила. Розоватые, пушистые барашки неторопливо скользили по тёмной синеве неба там над лесом, а над головой была пустота — чёрный ночной небосвод с неподвижной луной и редкими холодными звёздами. Девушка не стала больше медлить и без лишних раздумий зашагала к тому миру, что звал её своей едва заметной, но всё же, настоящей жизнью. Шаг, второй, третий… ноги на долю секунды замедлились и тут же решительно ступили на мягкий зелёный ковёр. В тот же миг в лицо пахнул утренней прохладой свежий ветерок и до слуха донеслись звуки леса. Ева перешагнула черту и снова остановилась, глядя восторженным взглядом на зачарованный лес — он казался таким фантастически реальным, всё в нём было живым, каждая травинка, каждый листочек, каждая пылинка. Ветер лёгкими пальцами касался ветвей деревьев и они, как струны множества диковинных инструментов, отвечали ему шелестом листьев на все голоса. Зелёный покров травы шевелили мягкие волны, взлетали в воздух, подымаемые ветром, и тут же снова падали в траву лепестки, сорванные где-то на далёких полянах с неизвестных цветов и занесенные сюда игривыми воздушными потоками. Дышать стало так легко и приятно, а в душе поднималась настоящая буря — смесь счастья, удивления и вдохновения. Не в силах больше оставаться на месте, Ева сорвалась и побежала вперёд к чарующему лесу, над которым уже засияли первые солнечные лучи. Она пролетела мимо своего спутника с полными слёз радости глазами, забыв сейчас о его существовании, о существовании всего, что было за спиной.