Весь Роберт Джордан в одном томе - Роберт Джордан

— Я И НЕ ОЖИДАЛ, ЧТО ТЫ ОТСТУПИШЬ, — ответил Ранд. — ДУМАЮ, ТЫ ПРОСТО НЕ СПОСОБЕН НА ЭТО. Я БЫ ХОТЕЛ, ЧТОБЫ ТЫ СУМЕЛ ПОНЯТЬ, ОСОЗНАТЬ, ПОЧЕМУ ТЫ ПОСТОЯННО ТЕРПИШЬ ПОРАЖЕНИЕ.

На поле боя под ними падали троллоки, разбитые юным игроком из Двуречья. Тень не должна была проиграть. Это было абсолютно невозможно. Троллоки были сильнее.

Однако троллоки сражались лишь, если их погоняли Мурддраалы. Троллоки не станут драться с более сильным противником, точно так же как лиса не будет пытаться убить льва.

В этом заключался основной закон мира хищников: пожирай тех, кто слабее тебя, беги от тех, кто сильнее.

Тёмный кипел от ярости, которую Ранд ощущал в этом месте как нечто осязаемое.

— НЕ СТОИТ ТАК УДИВЛЯТЬСЯ, — продолжил Ранд. — РАЗВЕ ТЫ ХОТЬ РАЗ ПРОБУДИЛ ЧТО-ЛИБО ЛУЧШЕЕ В ЧЕЛОВЕКЕ? ТЫ НА ЭТО НЕ СПОСОБЕН. ЭТО ВНЕ ПРЕДЕЛОВ ТВОИХ ВОЗМОЖНОСТЕЙ, ШАЙИ’ТАН. ТВОИ ПРИСПЕШНИКИ НИКОГДА НЕ БУДУТ СРАЖАТЬСЯ, ЕСЛИ НАДЕЖДЫ НЕТ. ОНИ НИКОГДА НЕ СТАНУТ СТОЯТЬ НАСМЕРТЬ ТОЛЬКО ПОТОМУ, ЧТО ТАК НАДО. ТЕБЯ ПОБЕДИЛА НЕ СИЛА, А ДОБЛЕСТЬ.

— Я ВСЁ УНИЧТОЖУ! Я ВСЁ РАЗРУШУ И СОЖГУ! Я ПРИНЕСУ ВСЕМ ТЬМУ, И СМЕРТЬ СТАНЕТ ВЕСТНИКОМ МОЕГО ПОЯВЛЕНИЯ! А ТЫ, МОЙ СОПЕРНИК… ДРУГИЕ СМОГУТ СПАСТИСЬ, НО ТЫ УМРЁШЬ. Я ХОЧУ, ЧТОБЫ ТЫ ЗНАЛ ЭТО.

— О, Я ЗНАЮ, ШАЙИ’ТАН, — тихо сказал Ранд. — И Я ПРИНЯЛ ЭТО, ВЕДЬ СМЕРТЬ ЕСТЬ — И ВСЕГДА БЫЛА — ЛЕГЧЕ ПЁРЫШКА. СМЕРТЬ НАСТУПАЕТ В ОДИН УДАР СЕРДЦА, И ОЩУТИМА НЕ БОЛЕЕ, ЧЕМ МЕРЦАНИЕ СВЕТА. У НЕЁ НЕТ ВЕСА, НЕТ ТЕЛА…

Повышая голос, Ранд вышел вперёд:

— СМЕРТЬ НЕ СМОЖЕТ УДЕРЖАТЬ МЕНЯ, ОНА НЕ СМОЖЕТ УПРАВЛЯТЬ МНОЮ. И УЖ ЕСЛИ ЗАШЛА ОБ ЭТОМ РЕЧЬ, ОТЕЦ ЛЖИ, КОГДА ТЫ ВДОХНОВЛЯЛ ЛЮДЕЙ ОТДАТЬ ЗА ТЕБЯ СВОЮ ЖИЗНЬ? НЕ РАДИ ОБЕЩАНИЙ, КОТОРЫЕ ТЫ РАЗДАЁШЬ, НЕ РАДИ БОГАТСТВ, КОТОРЫХ ОНИ ЖАЖДУТ, ИЛИ ПОСТОВ, КОТОРЫЕ СТРЕМЯТСЯ ЗАНЯТЬ, А РАДИ ТЕБЯ? СЛУЧАЛОСЬ ЛИ КОГДА-ЛИБО ТАКОЕ?

Темнота умолкла.

— ДАВАЙ, ПОДАРИ МНЕ МОЮ СМЕРТЬ, ШАИ’ТАН, — прорычал Ранд, бросаясь в темноту. — ПОТОМУ ЧТО Я ПРИНЁС ТЕБЕ ТВОЮ!

* * *

Авиенда шлёпнулась на каменистую площадку, находившуюся намного выше долины Такан’дар. Она попыталась встать, но искалеченные ступни и ноги не смогли выдержать её веса. Когда она упала на камни, копьё света исчезло из её рук. По ногам поднималась боль, словно их сунули в топку.

Тяжело дыша и держась за бок, Грендаль попятилась. Авиенда немедленно попыталась атаковать плетением огня, но Грендаль мгновенно разрезала его собственным плетением.

— Ты! — выкрикнула Грендаль. — Червяк! Мерзкая девчонка! — Женщина, несмотря на рану, оставалась сильна.

Авиенда нуждалась в помощи. От Эмис, Кадсуане, кого-то ещё. В отчаянии цепляясь за Единую Силу, несмотря на невыносимую боль, она начала сплетать Врата, ведущие обратно. Это было не очень далеко, поэтому не было нужды хорошо знать местность.

Грендаль позволила закончить это плетение, между её пальцев текла кровь. Пока Авиенда занималась Вратами, Грендаль сплела тонкую прядь Воздуха и как тампоном заткнула ею рану. Затем она протянула окровавленные пальцы в сторону девушки:

— Пытаешься сбежать?

Она начала сплетать щит.

В отчаянии, теряя силы, Авиенда завязала своё плетение, оставив Врата открытыми.

«Прошу, Эмис, заметь их!» — думала она, отражая щит Грендаль.

Ей едва это удалось — она слишком ослабла. Во время схватки Грендаль использовала чужую силу, а Авиенда свою. В нынешнем состоянии, даже с учётом ангриала, она не могла тягаться с Грендаль.

Отрёкшаяся с трудом выпрямилась, боль исказила её лицо. Авиенда плюнула ей в ноги и поползла, оставляя за собой кровавый след.

Никто не пришёл через Врата. Неужели она открыла их не туда, куда нужно?

Добравшись до обрыва, она бросила взгляд вниз, на идущий в долине Такан’дар бой. Стоит ей двинуться чуть дальше, и она упадёт. «Лучше так, чем стать ещё одной её игрушкой».

Захлестнувшиеся вокруг ног Авиенды потоки Воздуха дёрнули её назад. Вскрикнув сквозь сжатые зубы, она перевернулась. Ноги были похожи на окровавленные ошмётки. Её окатила волна боли, в глазах потемнело. Она отчаянно попыталась дотянуться до Единой Силы.

Грендаль держала её, но она сама ослабла и хрипела, затем, охнув, согнулась. Заткнувшее рану Плетение оставалось на месте, но лицо женщины побледнело. Казалось, она вот-вот потеряет сознание.

Открытые совсем рядом врата манили Авиенду, даря надежду на спасение, но они с таким же успехом могли находиться и в миле от неё. Мысли путались, ноги жгло огнём, Авиенда потянулась за ножом.

Но тот выпал из её дрожащих пальцев. Она слишком ослабла, чтобы его удержать.

Глава 44

ДВА МАСТЕРА

Перрина разбудил шорох. Он осторожно приоткрыл глаза и обнаружил, что находится в тёмной комнате.

«Это дворец Берелейн», — припомнил он. Шум прибоя снаружи стал тише, а крики чаек смолкли. Вдали грохотал гром.

Который час? Пахло утром, но снаружи оставалось темно. Он с трудом различил тёмный силуэт человека, двигавшегося к нему через комнату. Он было насторожился, но учуял знакомый запах.

— Чиад? — спросил он усаживаясь.

Айилка не вздрогнула, хотя, судя по тому как она замерла, Перрин был уверен, что застал её врасплох.

— Мне не следует здесь находиться, — прошептала она. — Я рискую своей честью, балансируя на грани дозволенного.

— Это Последняя Битва, Чиад, — ответил Перрин. — Можно выйти за некоторые рамки… если, конечно, мы ещё не победили.

— Битва в Меррилоре выиграна, но более важное сражение в Такан’даре по-прежнему продолжается.

— Мне нужно вернуться к делам, — сказал Перрин. На нём было только исподнее, но его это не беспокоило. Айилку вроде Чиад ничем не смутить. Он откинул одеяло.

К сожалению, прежняя пожирающая его изнутри усталость не прошла, лишь немного утихла.

— И ты даже не скажешь, что я должен оставаться в постели? — спросил он, устало разыскивая рубашку и штаны. Они оказались сложены у изножья кровати рядом с его молотом. Чтобы до них дотянуться, ему пришлось опереться на матрас. — Что я не могу сражаться в подобном состоянии? Мне кажется, каждая знакомая мне женщина считает своим долгом сказать нечто подобное.

— Я убедилась, — сухо ответила Чиад, — что, когда указываешь мужчинам на их глупость, они только поступают ещё глупее. А кроме того, я — гай’шайн. Это не моё дело.

Он посмотрел на неё, и хотя в темноте не мог видеть залившую лицо девушки краску, учуял её смущение. Её поведение не очень-то пристало гай’шайн.

— Ранду следовало просто освободить вас от всех клятв.

— Он над этим не властен, — резко ответила она.

— Какой прок от чести, если Тёмный победит