"Фантастика 2024 - 156". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Белаш Александр Маркович

Зенон лежал в гробу чистый и спокойный. Загадка его смерти уходила вместе с ним.

«Разве я обязан её разгадывать? — слабо возмутился Форт про себя. — В граде есть полиция, это её работа. Мне своих дел хватает».

— Мы провожаем Зенона Освейского в последний путь... — начала мать Лурдес в богослужебном одеянии, а Буфин сбоку придвинулся к Форту и зашептал:

— Мать классно служит, люблю её слушать. Здорово, что за Зенона заплатили, а то бы... бр-р-р, как представишь, что из тебя делают кисель по-ньягонски, сразу не по себе становится. Лучше в грунт лечь, по-нашему. На поверхности есть участок, кладбище эйджи; посольства содержат его в складчину. Форт, ты не раздумал купить люгер? Можно спроворить и дешевле, миллиона за три. Невдалеке есть местечко... этакий вольный рынок... Аламбук, не приходилось слышать? Будут нужны рекомендации — я это устрою и сведу с кем надо. Так что помни — я всегда к услугам. Каждый день я в «Кабарете»...

— Может быть, — прохладно отозвался Форт. — Я возьму на заметку.

— ...мы возвращаем его тело земле. — Мать Лурдес закончила вступительную часть.

Мозг распределял обнаруженные тела псей по дням приступов и карте гибели свинок. 26-е, седьмая луна — неровная апельсиновая черта в лиловом ореоле. 3-е, восьмая луна — ломаная линия. 15-е той же луны — ещё линия. Теперь — сгладить неровности. Ну-с, просмотрим схемы приступов поодиночке...

Оранжевые рубцы с лиловыми краями стали ложиться один за другим, пересекая план града. Они напоминали следы бича, проступающие на коже, и складывались в кисть с растопыренными пальцами. Линии сходились где-то на северо-западе, за рамками имевшейся у Форта карты; угол между крайними лучами веера насчитывал 39 градусов.

Едва он оформил в уме единую картину приступов, как завибрировал карманный телефон.

— Алло?

— Фортунат, это Pax. Я хотел напомнить, что сегодня у нас посещение белковой колонки. Жду у проходной.

— Буду.

— Бизнес? — понимающе спросил Буфин.

— Да. Пытаюсь пополнить свой счёт путём мелких финансовых спекуляций.

Блок 6

— У нас возникли сложности, профессор?

— Представьте, коллега, — Мошковиц составил инструкцию о работе с модулями «сефард»! Нам предписано разъяснять им, как обслуживать биобоксы. Иначе-де они задач не понимают. Только устно! Полная нелепость.

— Сэконд-лейтенант Даглас, — Яримицу начал привыкать, что собеседника зовут не «образец II», — слушайте и запоминайте...

— Прошу прощения, сэр, в нашей серии все — Дагласы. Нельзя ли выделять меня среди Дагласов по имени?

— Ну хорошо — Албан Даглас. — Яримицу спрятал рычание за безжизненной улыбкой. Лишь скудоумие военных могло наделить киборгов именами (!), а также одинаковыми званиями и фамилиями. — Итак, всё, что передают датчики 18-29 и 55-80, надо систематизировать по схеме...

— Мистер Яримицу, я понял. Поймите ивы — я пилотирую корабль по переменным трёхмерным координатам, с вариантами входа-выхода и набором боевых планов. Да ещё вы нагружаете объёмными раскладка -ми по наносекундам. У вас нет программы, которая бы этим занималась? я волью её себе, и дело наладится.

— Идите к Мошковицу; программы — по его части. Теперь вам ясно, насколько мои работы серьёзней вашего «лети туда, лети сюда»? С точки зрения биологии полёты примитивны, как гвозди. А живая материя — гибкая динамическая система архисложной конструкции.

— Мистер Мошковиц, нельзя ли унять Яримицу? Он велит наблюдать за процессами, которые мне трудно уловить. А после каждого полёта — чуть ли не скандал. Это перепутали, то не записали, всё насмарку... Наконец, мы летаем или катаем его боксы?

— Албан, унимать надо тебя. «Флэш» — транспорт, не имеющий аналогов. Запуски очень дороги. Мы буквально стреляем школами, больницами и целыми кварталами... Должна же от нас быть какая-то отдача! так что вам придётся выполнять все требования профессора. И структуры, которые там разлагаются, и их динамику во времени...

На стене: «БИОЛОГИЮ — НЕНАВИЖУ! ЯРИМИЦУ -МАЗДАЙ!»

— Кто написал? Это неуважение к профессору и его науке. Яне буду указывать пальцем, ноу меня есть определённые подозрения! Стереть надпись!

«Альф, — незаметно посигналил Албан радаром, — это намалевал не я. Ирвин отпадает — он правильный парень...»

«Кодируйте, если у вас пошли секреты, — встрял Ирвин, — а то по всей базе слышно. Но всё равно — спасибо, Алби».

«Пожалуйста. 212-536-257-461, — продолжил Албан быстрым шифром. — Карен и Бланш — тоже мимо. Давай предположим, что граффити — дело рук ассистентов Яримицу».

«Да-да! давай предположим! — обрадовался Альф поддержке. — Динамику ему подавай! что за объекты в его боксах, а? Я его выведу на чистую воду, дай срок!»

«По-моему, эти опыты — чушь; ничего живого мы не возим. Я просчитал — по температуре у багажа динамика остывания. Фарш с камбуза, из микроволновки. Яримицу втирает военным очки и под это загребает прорву денег...»

— Албан, ты сердился — значит, был не прав! — лукаво подмигнул Альф. — Я всё разведал. Показать?

— Только... нет! не прыгай на койку! Это вандализм.

— Я хочу её сломать. — «Образец I» ненавидяще уставился на хлипкую откидную кровать, в которой его тяжёлое нерушимое тело совершенно не нуждалось, равно как во сне и в отдыхе вообще. — Нас окружают обман и притворство! Койка, графин, полотенце! тебе нужно полотенце?

— Да, я умываюсь. И тебе советую.

— Тупые столовые ножи! зачем они?! Я без ножа любой бутылке горло откушу!

— Нож тоже может понадобиться. Например, чтоб отскоблить с лица стикерсы. Ты облепился, как кухонный шкаф.

— Нет, они останутся на мне! так я выражаю свою личную неповторимость!

— Тогда хоть койку пожалей. Ведь пятый раз менять придётся.

— У военных гигантский бюджет. Каждая сломанная койка — это деньги, которые не пойдут на патроны!

— Где ты выкачал данные о Яримицу, хакер? — Албан постарался сменить тему, желая хоть так спасти невинную койку. — Влез в сервер его проекта? опасно, заметят.

— Ничего подобного! Секретность — от и до; я искал вне этих пределов.

— И что оно значит? какой это язык? Новояз, что ли?..

— ЛАТЫНЬ, неуч! Перечни загрузки боксов. Тс-с-с... Поставщик — фирма-производитель стандартизованных организмов. До ввоза в Баканар идёт маркировка по каталогу фирмы, а военная тайна начинается за турникетом КПП. В прошлый раз ты возил... вот, смотри.

— Muscadomestica. Это с какой планеты зверь?

— Муха Комнатная! — От хохота Альф хрястнулся на койку почти нежно; она выдержала. — Со Старой Земли!

— Не бывает — вес семнадцать килограммов.

— Тысячи! тысячи мух! Наверное, клоны — все одинаковые. А неразбериха при чтении — молекулы их клеточных ядер, срез в режиме атомарного сканирования. Рибосомы, хромосомы, ДНК и прочее — ты помнишь, как они кишели? Мы следим, как они дохнут посекундно.

— А я-то думал — с чего мне так поплохело? значит, от отвращения.

— Вот груз, который возила Карен, — за него Яримицу нет прощения ни на том, ни на этом свете!

— Человеческий зародыш? — Албан опасливо прочёл непонятное: «Escherichiacoli».

— Кишечная палочка! — Альф извивался от смеха. — Бактерия! живёт в кишках, обеспечивает дерьму его неповторимый вкус и запах! Эту эшерихию как только не истязали! Её геном известен с незапамятных времён, издан в восьми томах. Бедняжка трудится на род людской не покладая ресничек — инсулин, белок, ферменты — тоннами! Половина белковых заводов на ней основана.