Сердце ведьмы - Лаура Лабас

Я расплакалась. Во время жестоких истязаний Филиппа я не проронила ни слезинки, но представить, что Тино казнят за то, что он помог мне, я спокойно не могла. Ведь в Новом Орлеане царил несправедливый закон — ни одно теневое существо, к которым в том числе относились лесные тролли, не могло избежать казни за убийство кого-то из ведьм или ведьмаков.

— Отдай мне свой кинжал, — попросила я его и протянула руку. Тино мгновение колебался, потом отдал мне простой кинжал, который невозможно было бы опознать. — А теперь уходи, если хочешь помочь мне и себе!

— Тино, — тихо сказал он.

— Пожалуйста, — жалобно простонала я.

Тино кивнул и вышел из комнаты. Я наклонилась над Филиппом и вонзила кинжал сквозь спину прямо в сердце. Поскольку он уже был мертв, мне пришлось использовать свою скудную магию, чтобы вызвать кровотечение. Кроме того, потребовалась и моя физическая сила, чтобы согнуть шею так, чтобы она перестала неестественно свисать вниз. Я надеюсь, что вся эта инсценировка выглядела достаточно правдоподобно.

На следующий день Камен бросил мне вызов кровной мести, и я вместе с Тино покинула Морскую Душу.

Прикусив нижнюю губу, я стряхнула с себя последние обрывки воспоминаний и поднялась по нескольким ступенькам к входной двери.

Я находилась перед впечатляющим домом Рои, который наверняка был так же красив внутри, как обещали его белый фасад и ухоженный палисадник.

После моего решительного стука прошло несколько мгновений, и мне открыла дверь молодая ведьма из шабаша. Она выжидающе смотрела на меня, сохраняя на лице непроницаемое выражение.

— Меня зовут Дарсия Боннет, и я прошу аудиенции у старейшины круга Рои.

— Да неужели? — ведьма подняла рыжие брови. — А чего хочет веда от нашей старейшины?

— Я хотела бы сделать ей предложение, — сухо сказала я, сердясь на то, что она даже не захотела впустить меня в дом.

Она ехидно улыбнулась и отвернулась.

— Убирайся, сука. Подобные тебе портят репутацию ведьм.

С этими словами она захлопнула дверь у меня перед носом, и меня сбило с ног сильное заклинание. Мне удалось вовремя вытянуть руки, чтобы не упасть плашмя и не ушибиться.

Разозлившись, я поднялась и напоследок окинула дом взглядом. Возможно, мой план сразу и не сработал, но, в отличие от предыдущих случаев, в случае успеха к нему добавится удовлетворение от того, что я лишу высокомерное сборище его главы.

— Просто подождите, — прошептала я. — И вы все увидите.

Глава 20

Рут

Такие дни, как сегодня, Рут могла сосчитать по пальцам одной руки. Она стояла перед зеркалом в человеческий рост в коридоре «резиденции Гапур», как ее отец шутливо окрестил их дом, и придирчиво инспектировала свой внешний вид.

Обычно она этого не делала. В ее работе не было причин обращать внимание на внешность. Будучи членом городской стражи, Рут скорее проверяла, в порядке ли ее оружие, а не гладкость прически или ровность складок униформы.

Однако сегодня вечером она приглашена на прием к королеве, и было важно, чтобы ее внешний вид был безукоризненным — так она выразит свое уважение. Хотя она по-прежнему напугана и расстроена. Она боялась направления собственных мыслей, потому что ее не покидало чувство недоумения. Ее обязали стать частью тайной коалиции, принципы которой ей не нравились. Она даже сочувствовала другой стороне. Стороне, которая разоблачала тайные махинации правящей семьи. Этим …бунтарям.

Одних этих мыслей достаточно, чтобы вышвырнуть ее из городской стражи и отправить в темницу.

Рут резко отвернулась от своего отражения в зеркале.

Хотя несколько часов назад Джеральд в спешке покинул ее дом после своего неожиданного видения, он помнил, что обещал за ней заехать. Конечно, она и без него добралась бы до Вавилонской башни, где проходили официальные встречи королевской семьи, но на самом деле с ним рядом она чувствовала себя в большей безопасности. Ровно в половине восьмого она выглянула из кухонного окна и узнала ожидающую на перекрестке карету с эмблемой ясновидящего. Три золотые точки на черном фоне.

Каждая точка символизировала один из его глаз. Третий глаз символизировал его внутреннее зрение, позволяющее ему видеть образы событий.

— Я пошла, — крикнула она через плечо и вышла из дома в своих полуботинках. Они и платье принадлежали ее матери, так как Рут такие вещи считала чепухой и у нее их не было. Но сейчас она не хотела нарушать этикет. Хотя королева Сиара была очень современной и любила носить брюки и блузки, на своих приемах она требовала, чтобы приглашенные были одеты так, как того требовали правила.

Джеральд вышел из кареты, чтобы помочь Рут сесть.

— Как у тебя дела? — взволнованно спросила она.

— Как обычно.

Она устроилась удобнее и подождала, пока Джеральд сядет рядом с ней по направлению движения. Их обоих укачивало, когда они сидели во время поездок по другую сторону. Одно из тех редких качеств, которое было у них общим. Рут заметила это в один злополучный вечер, когда так устала, что заняла всю скамейку. Джеральд не беспокоил ее и сидел спиной вперед — до тех пор, пока его не затошнило.

— Ты сообщил королеве о видении? — продолжила она, когда они уехали.

— Ты же знаешь, что да. Давай не будем об этом говорить, — коротко ответил Джеральд и откинулся на спинку кресла. Она поглядывала на него, отмечая его безукоризненный внешний вид, и удивлялась, как она смогла завоевать его дружбу. Оторвав взгляд от его белого костюма с черными пряжками, она принялась с интересом рассматривать свои ногти. — Баронесса Хаксли-Фитч снова проводит относительно много времени в Висячих садах.

— Угу, — сказала Рут безучастно, так как слушала только вполуха. Она вспоминала прошлые времена, когда с ними еще был Вэл. Тогда Джеральд относился к ней настороженно, но с тех пор, как их осталось только двое, она считала, что завоевала его доверие. Неужели она ошибалась? Почему он не захотел рассказать ей о своем видении?

— Говорят, что каждую ночь она приводит себе нового любовника, чтобы потом сожрать его живьем, — продолжил развивать сплетню Джеральд. Собирать и передавать чужие сплетни было его любимым занятием. Собирая по цветочку, он составлял из них целый букет, который затем представлял слушателям во всем великолепии.

— Почему ты недолюбливал меня раньше, Джеральд? — вырвалось у нее прежде, чем она успела передумать и не задавать ему этот вопрос.

— Что ты имеешь в виду? — она повернулась к нему и увидела, что он нахмурился.

— В то время, когда Вэл нас познакомил. Ему постоянно приходилось пускаться на