Игра теней - Глен Кук

Я ни сном ни духом не понимал, о чем это он.

– Костоправ! – зарычала Госпожа, как-то уловив, что кроется в моей голове, еще до того, как мысль моя успела оформиться. – У нас нет времени на удовлетворение твоего любопытства насчет прошлого! Здесь что-то происходит. Держись ближе к этому, пока в наши задницы не запустили из пращи!

Она определенно становится одной из нас!

– Лебедь, ты вообще-то представляешь, на каком мы свете? Ты ведь не считаешь, что мы верим в случайность встречи с тобой и той женщиной? Давай-ка поговорим попросту.

Конечно, попросту заговорили не сразу. Стало совсем темно, взошла луна. Все выше и выше карабкалась она в небо… Прислуга аллеи окончательно потеряла терпение, однако просить владетельного князя слинять поскорей не позволяла хотя бы простая человеческая вежливость. Те же, кто пришел посмотреть на нас, понятное дело, не желали раньше нас покидать аллею.

– Определенно, здесь что-то происходит, – шепнул я Госпоже. – Только вот – как же вытащить из него, что именно?

Прабриндрах преуменьшал все, о чем рассказывал, но присутствие отцов города прямо-таки вопило: Таглиос вплотную приблизился к опаснейшему распутью. Подтекст услышанного мною я определил так: князь хочет плюнуть в лицо несчастью.

– Давно, – попытался объяснить Лозан, – никто не может точно сказать, когда именно, потому что никто не старался уточнять – в городе под названием Питиус, что в четырехстах милях к юго-востоку, появилась, так сказать, Тьма. Никто и не почесался. Затем она распространилась на Траджевец и Кьяулун, каковые были весьма важны, и на Секст с Фридом. Тут все вдруг всполошились, но было уже поздно. Громадным куском страны стали править четверо колдунов, которых спасшиеся назвали Хозяевами Теней. Пунктик у них был насчет Тени. Траджевец переименовали в Бесплотие, а Кьяулун – в Тенелов, а в наши дни почти все называют их Империю Страной Теней…

– Ты наконец объяснишь, каким образом все это касается нас?

– Примерно через год после завоевания тех городов, ни разу не воевавших с самого Хатоварского террора, Хозяева Теней вооружили население и принялись за обычные имперские игры. За год своей власти они захватили большую часть земель, лежащих между южной границей Таглиоса и краем карты.

– Кажется, улавливаю, – сказала Госпожа, чье лицо мрачнело прямо на глазах.

– Я тоже. Продолжай, Лебедь.

– Н-ну, прежде чем они добрались до нас… Прежде чем взяли Таглиос в оборот, их земли порядком пришли в упадок. Междоусобица, по рассказам бежавших оттуда, была крупная. Интриги, предательства, подрывная деятельность, покушения, союзы – словом, там все здорово переменилось. И если один из них вырывался вперед, то остальные объединялись против него. Так было лет пятнадцать-восемнадцать, и Таглиосу ничто не угрожало.

– А теперь?..

– Теперь они поглядывают в нашу сторону. В прошлом году пробовали воевать, да не заладилось у них. – Он самодовольно улыбнулся. – А Таглиос имел лишь все мыслимое мужество и – ни малейшего представления, куда его девать. Мы с Ножом и Корди вроде как ведали рекрутским набором в прошлом году. Но я-то в службе мало что смыслю, и они – не более моего. Как генералы мы – все равно, что сиськи на кабане.

– Значит, дело не в охранных функциях и не в грязных трюках во славу князя. Так? Он хочет нанять нас воевать на своей стороне. Он что, полагает, что это обойдется ему дешево? Разве ты не доложил ему о нашем путешествии сюда?

– Он – из таких, кому нужно самим во всем убедиться. Может, хотел посмотреть, не дешево ли себя ставите. Я рассказал ему все, что когда-либо слыхал о ваших ребятах. Но он все желал увидеть своими глазами. Нет, он – правильный старикан. В первый раз я вижу такого князя, который старается сделать то, что полагается князю…

– Ну, так он – редкость куда большая, чем волосатая жаба. Но ты сам сказал, Лебедь: мы выполняем волю богов. У нас нет времени встревать в местные раздоры. Разве что – на обратном пути.

Лебедь рассмеялся.

– Что тут смешного?

– На самом-то деле, выбора у вас нет.

– Вот как? – Я внимательно пригляделся к нему, но ничего не смог прочесть на его лице. Взглянул на Госпожу – та только пожала плечами. – Отчего же?

– Чтобы попасть, куда вы хотите, надо пройти прямиком сквозь Страну Теней. Семь или восемь сотен миль… По-моему, на Хозяев Теней даже вас, ребята, не хватит. А Прабриндраха – тем более.

– Ты говорил, они в четырехстах милях отсюда.

– Это Питиус в четырехстах милях. Где все это началось. Теперь они убрали с южной границы все. До Страны Теней сейчас миль семьсот-восемьсот. И как я уже говорил, они принялись за нас в прошлом году. Забрали все, что южнее Майна.

Я уже знал, что Майн – это большая река на юге от Таглиоса, естественная пограничная – а также и оборонительная – линия.

– Их войска, – продолжал Лебедь, – кое-где стоят всего в восьмидесяти милях от Таглиоса. Мы знаем, что они нападут, едва в реках понизится уровень. И вряд ли церемониться с нами станут. Все четверо Хозяев Теней заявили, что очень разозлятся, если Прабриндрах будет иметь дело с вами, ребята.

Я взглянул на Госпожу:

– Ну просто уймища народу осведомлена, куда и зачем я иду! Причем лучше, чем я сам.

Не отвечая мне, она спросила:

– Лебедь, отчего он вообще обратил на нас внимание? Зачем послал тебя навстречу?

– О, он нас не посылал. Он вообще ничего не знал об этом, пока мы не вернулись. Он просто подумал: если Хозяева Теней вас боятся, значит, с вами нужно дружить.

Хозяев Теней пугал явно не я, но признаваться в этом было незачем. И для чего Лебедю с приятелями и хозяином знать, кем была Госпожа?

– Смелости ему не занимать.

– Им тут всем смелости не занимать. Жаль только, не знают, куда ее применить. Я им объяснить, куда, не в состоянии. Он сказал: если Хозяева Теней все равно рано или поздно явятся, зачем облегчать им жизнь? Зачем давать им время на сборы?

– А что в этом господину Лозану Лебедю? Ты не похож на того, кто работает задаром.

– Ладно. Корди не услышит, поэтому скажу как есть. Я не хочу больше бродяжить. Я нашел себе дом. И не желаю его потерять. Хватит вам этого?

Может быть.

– Здесь и сейчас дать ответ я не могу. Ты это понимаешь, если хоть что-то знаешь о Черном Отряде. Но не думаю, что мы возьмемся за это. Не наше это дело. Но положение я честно обдумаю и оценю. Скажи князю, что мне нужна неделя и требуется содействие его людей.

Я полагал необходимым задержаться в Таглиосе еще на одиннадцать дней, чтобы дать людям отдых и привести в порядок амуницию и оружие. Мое обещание не значило ровным счетом ничего. Кроме того, что и мне неплохо было бы отдохнуть.