Артуа.Звезда Горна - Владимир Корн

Мы делили веса с Проухвом не зависимо друг от друга, и в итоге у нас все сошлось, ну почти сошлось. Мне так привычнее, я даже не стал ничего объяснять внимательно наблюдавшему за нашими действиями Коллайну, правда он и не спрашивал. Делить дальше не видел смысла, есть гиря в десять килограмм и этого достаточно, чтобы определить успехи нашего старания.

Жизнь наша вошла в размеренное русло — подъем, завтрак, добыча золота, перерыв на обед, снова старание до самых сумерек, ужин, вечерние посиделки и сон. Так мы провели в каньоне две недели и вес золота, добытого нами, приближался к семидесяти килограмм. Рана моя подживала замечательно, отчасти благодаря мази Шлона и не в меньшей степени горячим ваннам, которые я принимал на противоположном берегу.

Струя, бившая прямо из скалы, замеченная мною еще в первый день по прибытию, вымыла среди камней небольшую впадину в земле, заполнив ее доверху горячей водой неприятной на вкус и с не очень приятным запахом. Но факт есть факт, полежав в ней пару раз, сразу почувствовал ее лечебные свойства.

Я вообще вел праздную жизнь, слонялся по всему каньону, рыбачил, валялся на травке, короче бездельничал. Моих старателей погонять не было необходимости, энтузиазм так пер из них. Никто не отлынивал, не искал себе теплое место, да и где его было взять.

За третью неделю мы взяли еще чуть больше двадцати килограмм, задача усложнилась, все песок или породу поблизости от воды мы уже пропустили через колоды и лотки, пришлось срочно изготовить пару носилок. И все равно, мы уже добыли золота больше, чем я представлял себе даже в самых смелых мечтах. Значительно хуже дела обстояли с продуктами, запасы наши истощились. Рыба все еще ловилась, но уже не в таком количестве и я все чаще стал задумываться об убое еще одной вьючной лошади, тем более что трава катастрофически подходила к концу. Лошади только делали, что жрали ее, жрали, иногда даже зло брало. И вот тогда Прошка нашел золото, много золота, вернее золото само нашло его.

Глава 18

Заклинание.

Дело шло к окончанию работ на сегодня, поскольку солнце уже скрылось за каменой стеной ущелья. Я стоял, задумавшись, глядя на Амина, ловко работающего на вашгерде, доводящего золотой концентрат до доступной нам чистоты. Вода, необходимая для работы на вашгерде, очень холодная и поэтому менялись там часто.

Вообще-то после этого полученный золотой песок обрабатывается азотной кислотой, сушится и обрабатывается обыкновенным магнитом. И даже после этого оставались примеси, от которых можно избавиться только при плавке. В процессе плавления примеси сгорают, уменьшая вес золота примерно процентов на восемь — десять. Но ничего этого у нас не имелось, да, по сути говоря, и не требовалось. Благородного металла было много и мы не заморачивались золотой пылью, сбрасывая ее в отвал, отбирая только крупные фракции. Эту самую пыль извлечь из породы можно амальгамированием, с помощью той же ртути или применением цианидов, как на горно-обогатительных фабриках. Зато у нас экологически чистое производство, разве что воду мутим.

Подошел Проухв, весь грязный, с перепачканным лицом, но отчего-то ужасно довольный. Я кивнул ему головой, говори мол, чего уж.

— Вот, Ваша милость, посмотрите — Прошка, наверное, единственный из всех, упорно продолжал называть меня таким образом, и протянул камень размером с пару кулаков, такой же грязный как и он сам. Я взял его, удивился его весу, колупнул ногтем и стал быстро обтирать камень прямо об рукав своей куртки. Мать твою, это же самородок!

Килограмм на шесть, семь, не меньше и безо всяких вкраплений кварца.

— Где ты его нашел? -

— Там — Прохор махнул рукой, указывая направление. — Там еще много. Провалился я под землю, одна голова торчит, начал выкарабкиваться, сапог застрял. Я наклонился, там темно, грязь, камни, я разгребать стал, а камни тяжелые, хоть и маленькие. Меня Шлон вытащил, я на камень посмотрел, а он блестит. Шлон меня к Вам послал — возбужденно рассказывал Прошка, ведя меня к провалу. Почти возле самой стены каньона, прямо на тропинке, протоптанной нашими людьми, носившими на носилках песок к воде, действительно зияло темное отверстие. Оттуда летели камни и грязь, затем из под земли показалось чумазое лицо очень довольного Шлона.

— Командир, — заорал он — Вы только посмотрите, здесь же прямо клад зарыт.-

На шум прибежали остальные. Герои дня, Проухв и вылезший из ямы Шлон, гордо посматривали на остальных, мол, учитесь парни, пока мы живы.

Проухв со Шлоном несли носилки, доверху полные золотоносной породы, когда под Проухвом, шедшим впереди, внезапно разверзлась земля.

Шлон в который раз рассказывал собравшимся старателям свою версию событий. По его словам Проухв остановился, прошептал заклинание и, топнув ногой, скрылся под землю. Шлон даже успел его расслышать, заклинание то есть. И звучало оно примерно так — надоело все, хочу домой, к мамке. Тщетно Проухв пытался возразить Шлону, что и не останавливался он, и не говорил ничего и ногой не топал. Все, не слушая его, смеялись, хлопали по плечу и говорили — все парень, теперь скоро домой поедешь и мы вместе с тобой. Пора завязывать этот балаган, Прошку трудно, почти невозможно вывести из себя, но если он все таки разъярится, кто куда бежать будет.

— Так, слушайте сюда. На сегодня все, завтра посмотрим, что нам нашел Проухв, благодаря своей магии.-

Народ потянулся к лагерю, оживленно обсуждая произошедшее событие.

— Ваша милость, — начал Проухв — я не… -

— Конечно, Прохор, конечно — перебил его я. Ты ничего не говорил, не топал ногами, Шлон шутит. Шутник он у нас. А вот тебе действительно улыбнулась удача. Она по-разному всем улыбается. Тебе она улыбнулась таким образом. -

— А вам она как улыбнулась, Ваша милость? -

— Мне? — я на секунду задумался — Мне она улыбнулась тем, что я тебя встретил. Идем, Проухв, идем, тебе еще вымыться нужно, и одежду отстирать. Ты у нас герой сегодня, а герои всегда в белом ходят — и увлек довольного парня за собой.

За следующие четыре дня мы достали из провала столько золота, что его общий вес перевалил за триста килограмм. Жила, определенно жила, да еще какая.

При промышленной добыче золота рентабельным считается содержание его в два-три грамма на кубический метр, а это без малого две тонны породы. Здесь же мы легко, практически не напрягаясь, только при помощи подручных средств выдали на гора за неполных четыре дня двести кг.

Наконец, однажды вечером я заявил, что все, хватит, жадность фраера погубит, заменив слово фраер местным синонимом — тругин. Народ недоуменно посмотрел на меня, и я принялся за промывание мозгов.

— Так, фартовые старатели, золото мало добыть, его еще надо довезти до дома, не потеряв при этом голову. Вот это — я показал на небольшой мешок из грубо выделанной кожи — десятая часть от общего веса. Потрогайте, поднимите, попробуйте на вес. Такой мешок повезет каждая лошадь, кроме вьючных, разумеется. Их мы грузить золотом не будем и понятно почему. Это — я указал на следующий мешочек поменьше, весом около пяти килограмм — доля каждого из вас, которую вы получите сразу, как только вернемся в Стенборо. Главное для нас, это вернуться домой живыми, мертвым же золото ни к чему. Назад пойдем налегке, взяв только самое необходимое, остальное оставим здесь, в долине. Теперь наши жизни зависят от быстроты ног наших лошадей, и перегружать их не стоит. Один умный человек сказал, что даже самым большим ртом нужно откусывать понемножку, иначе можно подавиться.

Если будет угодно Создателю, мы еще сюда вернемся. Поэтому предлагаю — провал завалить камнями, два следующих дня отдыхать и готовиться к дороге, а на рассвете третьего отправляемся в обратный путь. Если кто имеет особое мнение, будет лучше для всех, если он выскажет его прямо сейчас. Хуже нет недоговоренностей и бурчания за спиной. Потом этим заниматься этим будет некогда и незачем — вот такая у меня получилась заключительная речь, подводя итоги наших работ.

Парни молчали, переглядываясь, вроде все верно, жадность никого до добра не доводила, а обратный путь не менее тяжел и опасен.

За всех высказался Ворон, обычно молчаливый и немногословный.

— Командир, Вы правы во всем, возразить нечем. Да и дожди на носу. Верно ребята? — Немного подумав, все поддержали Ворона, заставив меня с облегчением вздохнуть про себя. Желтый дьявол портит людей, ох как портит.

— Парни, мы добыли золота достаточно, и, если вы правильно им распорядитесь, у вас начнется совершенно новая жизнь, ни чуть не похожая на прежнюю. И потом, когда мы вернемся домой, а я в этом абсолютно уверен, что мы вернемся и вернемся все, у нас будут такие дела, что эта мелочь — я пренебрежительно указал на кожаные мешочки — окажется так, для поддержки штанов, не более того.-