Страж моего сердца, или как не влюбиться в дракона - Оксана Северная

на меня с такой теплотой и заботой, что дыхание сбилось.

— Ты можешь звать меня просто Дэмиан, — его голос прозвучал низко, бархатисто.

Сердце грохнулось вниз и застучало в груди с новой силой.

— Дэмиан…

Его рука мягко коснулась моей щеки, осторожно убирая прядь волос за ухо.

Наши взгляды переплелись, и голова закружилась. Я ощутила будто меня уносит течением, мягко покачивая на волнах

— Тебе нужно поспать, — тихо произнес он, почти касаясь губами моего виска.

Я чуть качнула головой, не отрывая от него взгляда.

— Я уже сплю, — выдохнула в ответ. — Это не может быть реальностью. Сьер Райвен не похож на тебя, Дэмиан. Ты побудешь со мной?

Его взгляд стал еще теплее, а рука мягко и бережно скользнула на мое плечо, притягивая к себе.

— Конечно, — выдохнул он, накрывая меня нежными, бережными объятиями, и я почувствовала, как внутри разливается невероятное спокойствие.

Закрыла глаза, вдыхая его аромат, слушая мерный, глубокий стук его сердца. Как будто впервые за долгое время оказалась в абсолютной безопасности.

Его ладонь осторожно и бережно коснулась моего подбородка, чуть приподнимая лицо, и спустя мгновение я ощутила, как его губы мягко и едва заметно прикасаются к моим. Нежность и осторожность этого прикосновения заставили все внутри сжаться. Теплая волна прокатилась по коже. Я чуть приоткрыла губы, чувствуя, как теплая волна его эмоций сливается с моими, смешивается с нежностью, желанием и чем-то яркий, сочным. Его рука осторожно скользит по моей шее, пальцы тонут в волосах у затылка.

И я тонула. В этом медленном, сладком танце. В тепле, которое растекается от губ к щекам, к груди, до самых кончиков пальцев.

— Спи, Айви, — прошептал Дэмиан тихо, отстраняясь, но не разрывая объятий.

53

Я проснулась как никогда отдохнувшая. Впервые за много дней сон наконец даровал покой. Ощутила первые лучи солнца, скользнувшие по лицу сквозь щель в шторе. Зарылась носом в подушку, перевернулась на другой бок, открыла глаза… и замерла.

Рядом, прямо на моей кровати, на белоснежных простынях, спал Дэмиан Райвен.

Он лежал на спине, одна рука свесилась с края кровати, другая покоилась на покрывале. Белая рубашка была расстегнута, обнажая загорелую грудь, на которой виднелся теперь уже едва заметный тонкий шрам. Его темные волосы мягко обрамляли лицо, а дыхание было глубоким и размеренным. Он выглядел безмятежно… и так прекрасно, что сердце заколотилось чаще.

Может, мне все это снится?

Я моргнула раз, другой, но наваждение не исчезло. Наоборот, все вокруг стало еще более реальным. Горячая волна стыда захлестнула меня.

— Пресветлая богиня…

Подскочила на кровати так резко, что простыни скомкались у ног, а волосы упали на лицо. Дернула на себя одеяло, кутаясь в него, будто это могло защитить меня от происходящего.

Но я не успела подняться на ноги. Теплая рука мягко, но уверенно перехватила меня за запястье. Я поспешно отпрянула и вскинула взгляд.

— Что вы делаете в моей кровати? — вырвалось первое, что пришло в голову.

Мужчина лениво потянулся, уголки губ чуть дрогнули в сонной полуулыбке.

— По-моему, это очевидно, — хрипловато сказал он, — я спал. Ты вчера сама просила меня остаться.

Я покраснела до самых корней волос и едва не запуталась в одеяле, пытаясь все же подняться на ноги.

— Это был не сон, — пробормотала я.

Все же удалось принять вертикальное положение.

Сьер Райвен сел на кровати. Белая рубашка соскользнула с плеча, волосы растрепались после сна.

На мгновение прикрыла веки. Память охотно подсунула воспоминания. Его руки, голос, поцелуй, тепло, охватившее меня, когда я дрожала после кошмара. Он казался нереальным, нежным, мягким. Плодом моего воображения!

Натянула на себя одеяло до подбородка, отчаянно пытаясь взять себя в руки. Это все ничего не меняет.

— Совершенно точно не сон. Тебе приснился кошмар, а я не мог тебя просто так оставить.

— Мне снилась Лисса…

— Да, я видел. Ты готова была пожертвовать жизнь ради нее.

Мои пальцы сильнее сжали одеяло. Образ Лиссы, бездыханной на руках Эдриана, все еще стоял перед глазами.

— Она бы сделала то же самое ради меня. В тот день она едва не погибла, спасая студентов, застрявших в академии рядом с разломом. Мы… семья. Понимаете? Как иначе?

Он задержал дыхание, не сразу ответив. Янтарные глаза вдруг потемнели, в них мелькнула тень чего-то почти болезненного.

— У меня не было семьи, Айви, — наконец сказал он, спокойно, но так, что сердце сжалось. — Как сказал один мой наставник… семья — непозволительная роскошь в моем положении.

— Вы многого лишились, сьер Райвен, — выдохнула я.

Он посмотрел на меня серьезно, чуть нахмурившись.

— Мы вчера договорились, что ты можешь звать меня по имени, — мягко напомнил он.

Я покачала головой. В мыслях стучало лишь: «Семья для меня — непозволительная роскошь»

— Нет. Это ни к чему. Ничего не изменилось. Ночью это было кхм… временное помутнение разума. Между нами ничего быть не может. И никогда не будет.

Соскользнула с кровати и попятилась к двери. Сердце колотилось, мысли путались.

Он встал вслед за мной, и я сердце судорожно кувыркнулось в груди. Нельзя подпускать его близко!

— Это не то, что ты чувствуешь, Айви, — тихо проговорил он, делая шаг ко мне.

— Нет места чувствам в нашем положении. Через девятнадцать дней все закончится. А вы лишь все усложняете!

И прежде чем он успел что-то сказать, я выскользнула за дверь и захлопнула ее за собой, стремглав рванув в ванную комнату. Там, в прохладной тишине, я прижалась к стене, пытаясь унять хаос в душе и вновь обрести равновесие.

54

Когда я, наконец, собралась с духом выйти из ванной комнаты, Таиса сообщила мне, что сьер Райвен уже уехал.

Решила выбраться на свежий воздух, чтобы привести мысли в порядок. Достала из сумки справочник, по которому я должна была готовиться к защите диплома. Открыла его на случайной странице, но взгляд упорно скользил мимо слов, совершенно не воспринимая их смысла.

Мысли хаотично метались в голове, возвращаясь к утренней сцене в спальне. Что сьер Райвен от меня хочет? Чего добивается своими откровенными жестами, поцелуями? Я ясно дала понять, что роль любовницы меня не устраивает. Но он…

Пресветлая богиня…

И главное, почему я так на реагирую на него? Я не могу позволить себе испытывать что-то подобное. Любые, отношения с бастардом короля и главой Тайной канцелярии перечеркнут мою репутацию раз и навсегда. На мне будет печать — любовница дракона, о нормальной семье можно будет забыть. У меня перед глазами отличный пример —